Чтение онлайн

– Как я уже говорила несколько месяцев назад, – отрываюсь я от своих мыслей. – У него есть багаж, а я не для отношений.

Я кладу маринованный огурец ей на тарелку, потому что терпеть их не могу, а она полная чудачка, которой они нравятся.

Я живу по нескольким правилам, и не ввязываться во что–нибудь серьезное с парнем, у которого есть дети, – одно из них. Я не согласна переходить черту, за которой дети потенциально могут пострадать или оказаться втянутыми в неприятную ситуацию. Я потеряла своих родителей, точно так же, как Эзра потерял свою маму, и ему не нужны новые потенциальные осложнения. Моё внутреннее чутье относительно Сойера не изменилось — я могу сказать, что он парень, который нелегко идет на уступки, и это полная противоположность моему типу. Даже если физически он нажимает на все мои кнопки. И вот почему я никогда больше не смогу вернуться туда — или, точнее, в его постель.

Кендра откусывает кончик маринованного огурца, размахивая им, словно это какая–то подпорка в поддержку её аргументации.

– Кто сказал, что он хочет чего–то серьезного? Я знаю, что, когда мы с Джеком начали дурачиться, изначально это было ради забавы. Дженна продолжала говорить, что это будет хорошая договоренность типа “друзья с привелегиями”.

Дженна – вратарь “New York Storm” и одна из ближайших подруг Кендры. Она мне нравится. Иногда она приходит на хоккейные матчи, и когда я приходила на игры – она была там.

– Единственная причина, по которой у вас с Джеком всё сложилось, заключалась в том, что в глубине души вы оба хотели большего. В данном случае я этого не хочу, – я делаю глоток едва теплого кофе. – Я с трудом удерживаюсь на работе, не говоря уже об отношениях или договоренности о перепихоне, – я морщу нос. – Плюс… – я делаю ударение на этом слове и прикусываю нижнюю губу. – Я не почувствовала искры, – вру я, зная, что определенно почувствовала что–то уникальное между нами. Я понижаю голос и наклоняюсь вперед. – Типа, я кончила и всё такое, и он хорошо сложен, но это было немного скучновато, – вторая часть моего заявления более правдива, но я всё равно чувствую себя дерьмово из–за того, что говорю это.

Кендра борется с собой, чтобы кофе, который она только что выпила, не расплескался. Она откашливается от остатков во рту.

– И чего именно ты хочешь? Цепи и плети?

Я краснею. Снова.

– О Боже мой, – выдыхает она. – Ты любишь такое, не так ли?! Как я могла не знать, что ты увлекаешься чем–то извращенным?

Я обвожу взглядом переполненное кафе.

– Говори громче, детка. Не думаю, что Дейв за четвертым столиком тебя расслышал.

Она опускает плечи.

– Расскажи мне. Мне нужно знать.

Есть только два человека, которые знают мои вкусы в постели: Майк, мой придурок бывший придурок, и парень, с которым у меня был пьяный секс на выходных в Лас–Вегасе, и я сомневаюсь, что он даже помнит моё имя, потому что я не могу вспомнить его, но он был сексуален. Каждую часть своей жизни я держу в секрете, и моя склонность к сенсорным играм определенно является одной из них.

Я поднимаю глаза на Кендру, которая пристально наблюдает за мной.

Я делаю глубокий вдох. Не так я представляла себе свой обеденный перерыв.

– Думаю, ты могла бы описать меня как искателя ощущений в постели.

Кендра заинтересованно приподнимает бровь.

– Оргазм намного приятнее, когда обострены все пять наших чувств. Ну, для меня, – я прикусываю подушечку большого пальца. – Я, как известно, кончаю, когда язык парня ласкает мою шею. Затем в игру вступает лёд и горячий воск, – я делаю глоток уже остывшего кофе.

– Ну, что–то вроде растирания льда по телу? – спрашивает Кендра.

Я киваю один раз.

– Да, а потом можно перейти к более сложным вещам, таким как порка и так далее.

Она проводит языком по нижней губе.

– И с Сойером так не было?

– Ты что, издеваешься? Его не интересуют такого рода вещи. В ту секунду, когда он перешел на миссионерскую позу, я поняла, что просто доведу всё до конца.

Она качает головой, хихикая.

– К тому же, мне тоже нравится проделывать с парнями много подобных штучек, и, да, они не всегда в восторге от этого, – я отодвигаю от себя полупустую кружку с кофе. – Я имею в виду, ты можешь себе представить, как я вытаскиваю хлыст и перья и прошу его полежать, пока я не насытюсь?

Хихиканье Кендры переходит в утробный смех.

– Нет, думаю, что нет. Но я скажу вот что: я думаю, что ты была у него первой спустя долгое время. Джек сказал мне, что он нечасто встречается с женщинами.

Я провожу рукой по волосам.

– Да, он мне сказал. Мы также договорились, что это была только одна ночь, чтобы снять сексуальное напряжение, и никогда больше не говорить об этом, – я пригвождаю её взглядом. – Вот почему ты никому ничего не можешь сказать.

Кендра плотно сжимает губы.

– Я – запертое хранилище, детка.

Я киваю, решив, что лучше сменить тему.

– Итак, что ты собираешься делать после этого?

Она достает свой сотовый и проверяет экран.

– Вообще–то, вернусь на поле. Им удалось сделать его пригодным для игры, так что у меня будет часовая тренировка, а сразу после неё я проведу тренировочную сессию с Дженной.

– Для девочек из твоего спортивного фонда? – спрашиваю я.

Она согласно мычит и убирает телефон в карман, выглядя немного смущенной.

– Что?

Она просто улыбается, и её обычно розовые щеки становятся ещё розовее.

– Ну, конкретно эта тренировка не только для девочек; будет несколько мальчиков, которые тоже проявили интерес... – она замолкает, улыбка всё ещё не сошла с её лица. – Там будет Эзра.

Мне требуется секунда, чтобы сопоставить факты, но потом до меня доходит.

– Подожди. То есть сын Сойера?

Она неуверенно кивает.

– Ага. По–видимому, он очень замкнут в общении с людьми, поэтому Сойер пытается вовлечь его в спорт. Он решил, что футбол может стать для него чем–то новым. Сойер сказал мне, что ему нравится заниматься физкультурой.

Я со стоном закрываю лицо руками. Я не могу сказать, что меня что–то смущает; я просто не привыкла делиться этими частями себя с кем–либо.

– Ты должна изобразить своё лучшее бесстрастное выражение лица.

Она встает со стула и обходит стол, обнимая меня за плечи.

– Не волнуйся, детка; эта девушка ничего не скажет о том, что она знает...или о том, что тебе хотелось бы сильно отшлепать его по заднице сразу после того, как пощекочешь её перышком.