Чтение онлайн

Пока не испытал оргазма, думая о нем, я выхожу из ванной и переодеваюсь в накрахмаленную белую рубашку и темно-синий костюм, которые делают мои тусклые голубовато-серые глаза немного ярче.

Все головы поворачиваются в мою сторону, когда я возвращаюсь на кухню, где меня ждет завтрак. С откусанным кусочком.

– Вопрос, - говорит Гидеон.
– Почему Брикс приготовил тебе завтрак, а потом откусил от него?

Мы смеемся.

– Возможно, я в шутку дал Бриксу список правил, которым он должен следовать, и хотя я сказал ему, что он может прекратить, он отказывается.

Гидеон даже не сомневается в моем безумии.

К тому времени, как я поел и мы были готовы отправиться в путь, я немного успокоился, но тревога вернулась, когда мы все сели в машину. Гидеон сидит впереди, рядом с водителем, а я зажат между Бриксом и Айрисом, как в пустыне.

В первые несколько дней после взлома я был встревожен, но поскольку Брикс присматривал за мной, я не слишком задумывался о том парне.

Сейчас, однако, в моем воображении, он около семи футов ростом и весит триста фунтов. Я уверен, что он не был таким уж большим, но мое воображение превратило его в настоящего голиафа.

Впервые в жизни я благодарен за дорожное движение Лос-Анджелеса и втайне надеюсь, что мы опоздаем на слушание.

Нам не так везет.

Мы не только прибыли вовремя, но и приехали достаточно рано, чтобы застать парня, ожидающего у входа в зал суда со своим адвокатом.

Да, он определенно не голиаф. На самом деле, он, возможно, даже ниже меня. Ненамного, но все же.

У меня пересыхает во рту и першит в горле.

Я замедляю шаг и останавливаюсь. Гидеон по одну сторону от меня, Брикс - по другую, а Айрис - за спиной. И все же я больше не чувствую себя в безопасности.

Парень, может, и меньше ростом, чем я помню, и выглядит безобидным, но беспомощность, из-за которой я застыл в ту ночь, не дает мне сделать ни шагу дальше.

– Ты справишься, - говорит Брикс.

Нет, не справлюсь. Я пытаюсь открыть рот, но во рту слишком сухо. Больно глотать.

– В туалет, - хриплю я.

– Сюда.
– Брикс берет меня за руку и осторожно ведет в сторону туалета.
– Подожди здесь.
– Он оставляет меня с Айрисом у мужского туалета и появляется через десять секунд. Наклоняется ко мне и улыбается.
– Все чисто.

Я ценю твою шутку, но сейчас не могу заставить себя рассмеяться.

Брикс поворачивается к Айрису.

– Никого не впускай.

Айрис делает, как ему сказали, и блокирует дверь, как только мы входим. Я меряю шагами небольшое помещение, пытаясь избавиться от избытка нервной энергии.

Брикс небрежно облокачивается на стойку, где находятся раковины.

– Дыши, Поп-звезда.

Ничего не получается. Я продолжаю расхаживать.

– Кто он?

Мой взгляд прикован к нему.

– Кто?

– Уильям «Билли» Уэббер. Кто он?

– Парень, что вломился в мой дом. Ты это знаешь.

Брикс качает головой.

– Нет. Ну, да, это он, но это еще не все. Ему двадцать один год. Учится в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе. Работает неполный рабочий день в «Рент-А-Гик» (услуги в области информационных технологий). Его родители разведены, у него есть собака по кличке Ваффлз, и он ведет, а может и нет, фан-сайт, на котором обсуждается, является ли Харли Валентайн из «Одиннадцать» геем, где он отмечает каждый случай «гейского» поведения. Он также убежден, что вы с Райдером когда-то были влюблены друг в друга, и начал использовать хэштег #РайлиНавсегда.

Я, наконец-то, обрел способность управлять ногами.

– Откуда ты все это знаешь?

Он скрещивает руки на груди, и движения его бицепсов достаточно, чтобы отвлечь меня от того, чтобы снова впасть в панику.

– Это моя работа - защищать тебя. Ты же не думал, что я не буду искать информацию о парне, из-за которого тебе вообще понадобилась защита.

– И? Что еще ты обнаружил? Психическое заболевание, в детстве он убивал животных, что?

Брикс издает негромкий смешок.

– Нет. Ничего подобного. Насколько я могу судить, он немного одержимый фанат, витающий в облаках и увлеченный идеей, что блеск твоих глаз, что ты даришь всем своим поклонникам, был только для него, - он понижает голос.
– Не могу сказать, что виню его.

– Что?

Брикс игнорирует меня.

– Итак, кто ты?

– Прямо сейчас я в замешательстве.

– Я не пытаюсь быть философом или глубокомысленным. Кто ты для публики?

– Харли Валентайн, - тихо говорю я.

– Харли, еб твою мать, Валентайн. Ты артист, удостоенный премии «Грэмми», у тебя миллионы фанатов. Твоя жизнь идеальна. Застенчивая невеста, миллионы долларов, и ты счастлив, счастлив, счастлив.

– Ты же знаешь, что все эти разговоры о невесте - дерьмо собачье, и скоро им придет конец.

Он указывает на улицу.

– Все остальные так не думают. Если сравнить твою жизнь с жизнью Билли, он ничто. У него ничего нет. Ты на вершине.

Я, наконец, понимаю, что он пытается мне показать.

– Значит, я не должен позволять ему иметь надо мной власть.

– Вот именно. Я пожалею о том дне, когда ты, наконец, увидишь все это дерьмо своими глазами. И я тебе больше буду не нужен.

Этого никогда не случится. Бриксу всегда удается заставить меня взглянуть на вещи с другого ракурса, и я не хочу это терять. Но он вернется к своей настоящей работе, когда я буду чувствовать себя в достаточной безопасности. Я в этом не сомневаюсь.

Я также не хочу думать о том, что он уходит, потому что, хотя перепихнуться с ним было ошибкой, он важен для моей команды.

Конечно. Для команды.

Я велю своей совести заткнуться.

– Когда у тебя закончатся уроки ракурсов, мне все равно понадобится кто-то, кто будет за меня готовить.

Брикс смеется, и я, наконец, расслабляюсь настолько, что могу рассмеяться вместе с ним.

– А если серьезно, тебе не надоело со мной нянчиться? Разве ты не хочешь пойти туда, взрывать плохих парней и собирать призовые места?

– Призовые места? Ты думаешь, мы занимаемся этим?

– Я не знаю, чем вы, ребята, занимаетесь.