Чтение онлайн

Брикс смеется. Сильно.

– Ты не разглашаешь сверхсекретные данные, Поп-звезда.

– Верно, но почему это постоянно занимает первое место? Из-за ажиотажа. Это запоминающиеся песни, которые застревают у тебя в голове, и девочкам-подросткам это нравится. В наших контрактах не только говорилось, что мы не можем совершать каминг аут, но и о том, что если у нас будут девушки, мы не сможем предать это огласке. Ты знаешь, сколько писем с оскорблениями получила Эва за то, что была помолвлена со мной?

– Я прочитал это в твоем досье.

– Все дело в фэндоме. Я пытаюсь порвать со всем этим, но лейбл прав, когда говорит, что перемены не могут произойти быстро. Если имидж бойз-бэнда, который они создавали семь лет, внезапно изменится, я могу потерять все. Как Мейсон. Его сольный альбом провалился, потому что он не подписал новый контракт с «Джойстар», когда мы расторгли наши контракты. Он нашел кого-то, кто позволил ему создать его собственное новое звучание, и это звучание не понравилось поклонникам «Одиннадцать». Никто из новых людей не подхватывал, потому что, несмотря ни на что, нам все равно приходится бороться с клеймом бойз-бэнда, в которое верит большинство взрослых, а именно, что мы бездарны и прячемся за имиджем.

– Однако, ты прячешься за имиджем.

По мне пробегает дрожь, и это не от ветерка, дующего с воды. Брикс не говорит ничего такого, чего бы я уже не знал, но мне все равно становится холодно.

– Может, мы и вписываемся в определенный образ, но мы не бездарны. Те четверо остальных парней - одни из лучших музыкантов во всем мире. Люди не могут пройти мимо бойз-бэнда.

Брикс отводит взгляд.

– Возможно, это тебя шокирует, но… Я один из таких людей. По крайней мере, был таким, пока не начал работать на тебя.

– Да ладно, - сухо отвечаю я.

– Я сказал Айрису, что мне грустно, что он так много о тебе знает. Он пытался сказать мне, что ты настоящий артист, но все, что я видел, - это плохие танцы и дерьмовые тексты.

Следовало бы обидеться, но я не обижаюсь. Потому что так всегда бывает, когда ты играешь в бойз-бэнде. Трудно отказаться от этого стереотипа.

– Боже, я трахаюсь не с тем телохранителем. Айрис считает меня настоящим артистом? Айрис?

Брикс хмурится.

– Просто, чтобы ты знал, если бы ты трахался со своим другим телохранителем, вот этому телохранителю было бы что сказать по этому поводу.
– Он указывает на себя.

– Да?

– Ага. И если бы мы сейчас не были на людях, я бы точно поцеловал тебя и показал, что ты трахаешься не с тем телохранителем.

Я оглядываю пустынный пляж.

– Здесь никого нет.

– Не стоит рисковать. Может, поблизости никого и нет, но это не значит, что никто не придет. Закрыт пляж или нет.

– Ммм, дай мне время до заката, а потом можешь отвезти меня домой и целовать, где захочешь.

Брикс откидывается на полотенце, и я делаю то же самое.

– У тебя самые лучшие идеи.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, и беру его за руку. Это быстрое пожатие, что-то дружеское, но надеюсь, он понимает, насколько это важно.

– Нет, у тебя. Спасибо, что привел меня сюда.

– Обещаю, что всегда буду стараться привносить в твою жизнь немного нормальности.

Печально, но это самая романтичная вещь, которую мне когда-либо предлагали.

Глава 18

Брикс

Не могу удержаться и всю дорогу домой украдкой бросаю взгляды на Харли. Целый день, проведенный на этом утесе, придал ему расслабленность, которую я редко у него видел.

На его лице неизменная улыбка, и он откинулся на спинку сиденья, как будто ему на все наплевать. Он подпевает песне, звучащей по радио, но не так, как если бы он был на сцене. У него потрясающий голос от природы, и он всегда берет высокие ноты и демонстрирует это во время выступлений и в студии, но сейчас он даже не пытается. Ему это доставляет удовольствие.

Я хочу дотянуться до его руки через центральную консоль. От этого мне хочется съехать на обочину и заняться с ним чем-нибудь непристойным.

Член твердеет при одной мысли об этом, и я не могу дождаться возвращения домой, чтобы довести дело до конца.

Я молюсь, чтобы, когда мы вернемся домой, папарацци по-прежнему не привлекали к себе внимания, но, зная, что камеры и система безопасности, установленные Айрисом, следят за нами, мне все равно придется подождать, пока мы не окажемся внутри.

Когда мы подъезжаем к дому, я понимаю, что это, вероятно, тоже не вариант.

– Почему здесь машина Джейми?
– спрашиваю я.

– Без понятия.

Обычно она паркуется на улице, но сейчас припарковалась прямо перед входом. Это не имеет большого значения, но, учитывая, что ее здесь быть не должно, и это не обычно, мои чувства телохранителя обострились. Назовем это внутренним чутьем.

Я не хочу оставлять его здесь, и не хочу пугать, поэтому мы заходим внутрь, но я достаточно осторожен, чтобы держать Харли за спиной.

Джейми расхаживает по кухне, когда мы ее находим, и очевидно, что я прав.

Что-то не так.

– Что случилось?
– спрашиваю я.

Харли собирается обойти меня, но я не позволяю ему уйти далеко. Я держу его рядом с собой.

– Итак, мой телефон разрядился, и у меня нет зарядки, а у тебя дурацкий андроид.

Харли кашляет.

– Потрясающий андроид.
– Он снова кашляет.

– Неважно. В любом случае, я не знала, что делать, поэтому пришла сюда, но теперь думаю, не следовало ли мне пойти к Гидеону и поговорить с ним, или, может быть, с Бриксом, или...
– Она сочувственно смотрит на Харли.

– Что такое?
– Спрашивает Харли.
– Ты меня пугаешь. Это что, очередная глупая статья в таблоиде?
– Его глаза расширяются.
– Кто-нибудь знает? Типа, знает, знает.

Она качает головой.

– Это не таблоиды.
– В руках у нее конверт.
– Это пришло для тебя на почтовый ящик для фанатов.

– Значит, у меня появился еще один сумасшедший фанат. И это все?

Если бы это была очередная безобидная фанатка, ее бы здесь не было.

– Это...
– Она переводит взгляд на меня.
– Это от... того парня. Билли Уэббера.