Чтение онлайн

***

К тяжелому и знакомому присутствию Брикса в своей постели было так легко привыкнуть. Так легко обнимать и... скучать.

Моя рука тянется к холодному краю кровати.

– Что...?
– Переворачиваясь, я приоткрываю глаза.
– Брикс?

Матрас прогибается, когда мой полностью одетый телохранитель опускается на колени рядом со мной. Мне не нравится, что он одет.

– Мне вроде как приходится.

Мои глаза распахиваются.

– Я что, про одежду вслух сказал?

Брикс смеется.

– Да. Сказал.
– Он наклоняется и целует меня в щеку.
– Айрис уже в бассейне. Судя по всему, у тебя сегодня день бассейна. Разве это не звучит весело?

Я прищуриваю усталые глаза.

– Ты заставил его сделать это, не так ли?

– Может быть.
– Он наклоняется и, захватив мой рот, нежно целует меня.
– Я вернусь сегодня, как только смогу, хорошо? Постарайся выбросить из головы все эти лейблы.

Легче сказать, чем сделать, потому что прошло уже несколько дней, а я ничего не слышал. Ни хорошего, ни плохого. Просто... ничего.

– Я бы хотел, чтобы ты остался.
– Я провожу рукой по его груди.

Брикс улыбается.

– Я вернусь всего через несколько часов. Ты можешь продержаться это время, не поклоняясь мне, как какому-то богу.

Я смеюсь. Вот почему я не хочу, чтобы он уходил сегодня.

Он быстро стал играть важную роль в моей жизни, особенно после того, как Уэббер прислал письмо. С тех пор все на этом фронте поутихло, но Брикс снова и снова, особенно со всей этой ерундой с лейблом, побуждает меня, наконец, постоять за себя и за то, чего я хочу.

Мы с Бриксом вместе ложимся спать, вместе просыпаемся, и прямо сейчас, когда я смотрю, как он уходит на свой выходной, не могу не желать, чтобы он вернулся.

Какое-то время я лежу в постели, улыбающийся и удовлетворенный, мои мышцы сводит судорогой, и мне требуется секунда, чтобы понять... вот что такое счастье.

Закрыв глаза, я вдыхаю и впитываю ароматы и общее ощущение, которое мне редко удается испытать.

Я думал, в запахе счастья не будет столько секса, но, видимо, так оно и есть.

Когда я, наконец, встаю и выхожу на улицу, солнце припекает кожу. Прозрачная вода в бассейне блестит на солнце, а вид на Лос-Анджелес такой же захватывающий, как и в тот день, когда Брикс пытался вытащить меня сюда, чтобы насладиться им.

– Ты такой напряженный, - говорит Айрис, когда я растягиваюсь на шезлонге рядом с ним.

Он без проблем устраивается на своем месте и позволяет своему телу нежиться на солнце. В отличие от Брикса, который постоянно носит тактические брюки и обтягивающие футболки, Айрис в плавках и без майки.

Настоящий профессионал своего дела.

– Это пустая трата времени.
– Я мог бы писать. Что, не знаю, но я мог бы чем-то заняться.

Мне нужно работать.

– От лейбла до сих пор нет ответа, после того, как ты сказал им, чтобы они засунули твое будущее себе в задницу?
– Спрашивает Айрис.

– Какой позитивный способ выразить это.

– Правда?
– Айрис говорит оптимистично.
– Думаю, я знаю, в чем твоя проблема.

– Я, наконец-то, смог постоять за себя, и теперь у меня неопределенное будущее, так что я могу испытывать стресс?

– Нет, дело не в этом. Тебе нужен хороший трах. Например, умопомрачительный, феноменальный трах.

Определенно, не это моя проблема, гарантирую.

– У меня с этим все хорошо. Спасибо.
– Более чем хорошо. Так чертовски хорошо, что это единственный раз за последние несколько дней, когда я не думаю о том, что руководители лейбла решают мою судьбу.

Брикс отвлекает меня от всего этого. И не только сексом, но и тем, что просто рядом со мной.

Он заставляет меня сделать шаг назад и посмотреть на ситуацию шире. Лейбл может лишить меня карьеры, но они не могут отнять у меня музыку.

Музыка всегда была моим спасением от реальности. Это привычка. Это безопасность.

Теперь я обрел другой тип защиты - теплые руки и добрую душу.

Когда лейбл, наконец, свяжется со мной, независимо от результата, мысль о том, что Брикс будет рядом, уменьшит стресс и беспокойство по поводу их решения.

Я и раньше посылал им пустые угрозы. Отказывался выходить на сцену, пока не добьюсь своего и устраивал истерики дивы. Но я никогда не требовал чего-то настолько грандиозного. У меня не хватало смелости.

Я всегда знал свои пределы и то, что могу, а что нет.

Творческий контроль - не то, что доступно многим музыкантам. Что, если подумать, просто смешно. У артистов нет права голоса в отношении их собственной работы.

– Как ты получаешь феноменальный секс с тех пор, как твоя невеста съехала?
– спрашивает Айрис.

– Своей рукой. Эй, ты знаешь, чем Брикс занимается в выходные? Это сводит меня с ума.
– В основном потому, что я хочу, чтобы он был дома, но еще хочу сменить тему!

– Возможно, случайно знаю...

Я приподнимаю на это бровь.

Он колеблется, затем осекается.

– Ладно, нет, он никому из нас ничего не рассказывает. Расспрашивать о его личной жизни - все равно, что пытать мертвого.

– Хм?

– Нет смысла пытаться. Он тебе ничего не скажет.

Я прищуриваюсь.

– Говоришь, что он тебе ничего не говорит, но у меня такое чувство, что ты знаешь больше, чем показываешь.

Айрис вскакивает со своего места.

– О, забыл. Я принес тебе подарок.

Ну, и кто теперь меняет тему?

– Подарок?
– Кричу я вслед его удаляющейся заднице. Он не останавливается.

Пока его не было, я проверяю свой телефон, надеясь увидеть что-нибудь от Брикса, последние новости о том, когда он может быть дома, но ничего нет.

Телефон, как ни странно, звонит у меня в руке. Это по-прежнему не Брикс. Я отвечаю.

– Привет, Райдер.

– Это правда, что ты послал лейбл на х…хутор?