Чтение онлайн

– Я боролся за них, - говорит Гидеон.

– Недостаточно усердно.
– Я поворачиваюсь к деке, где находятся продюсер и звукорежиссер.
– Сколько материала нам осталось доработать?

– Инструментальные партии для песни, которую ты назвал «Кусок дерьма, который всем понравится», уже готовы, но мы ждем, когда твоя группа закончит работу над парой песен.

– Отлично, давайте просто запишем эту ерунду, а потом я смогу пойти домой и смыть с себя все это позитивное и счастливое дерьмо в душе.

Брикс пытается скрыть смех кашлем.

– Нам потребуется десять минут, чтобы подготовиться к следующему треку, - говорит мой продюсер.

– Без проблем. Схожу за водой.
– Я выхожу из звукозаписывающей, но Джейми следует за мной по пятам.

– Я сама справлюсь.

Я позволяю ей догнать меня.

– Спасибо, но я сказал это скорее для того, чтобы выйти из комнаты на некоторое время.

Она бросает на меня сочувствующий взгляд, в котором я не нуждаюсь.

– Как бы то ни было, мне нравятся все песни, которые ты записал на данный момент.

– Спасибо. Мне тоже.
– Вот почему так паршиво, что мне не разрешают использовать две из них.

Я беру пластиковый стаканчик и наполняю его водой из кулера.

– Ммм...
– Джейми переминается с ноги на ногу.
– Так, значит, они все о Бриксе, да?

Я чуть не поперхнулся своим напитком. Да, она знает - видела нас вместе, - но я не думал, что она, ну, знаете, скажет мне это прямо в лицо.

– Осторожнее, Джейми. Боже.

Она выглядит испуганной.

Я трогаю ее за руку.

– Я прикалываюсь над тобой. Как бы. И...
– Мой взгляд падает на закрытую дверь диспетчерской.
– Да. О нем. Хотя, не совсем о нем. Та, что о солдатах, больше о людях в армии в целом. Их самопожертвование ради Бога, страны и всего остального.

– Мне нравится, что он знает, как с тобой обращаться.

– Спасибо, что назвала меня дивой.

– Да ладно, ты же знаешь, я не это имела в виду.

Я киваю.

– Знаю.

– Как ты думаешь, он останется, когда истекут шесть месяцев?

Это не тот вопрос, который я себе не задавал, но намеренно избегаю его.

– По логике, нет. Если только ему все еще не нужны деньги. Я не знаю всей истории, но он по уши в долгах, и, очевидно, этот контракт поможет ему встать на ноги. После этого у него действительно нет причин подписывать другой контракт, чтобы работать на меня.

– Ну, есть ты. Он мог бы сделать это для тебя.

Это то, что я пытался сказать себе, но не купился на это.

– Посмотри на него, Джейми. Он настоящий солдат, который любит действовать. При мне ему приходится проверять мою чертову спальню, как будто я пятилетний ребенок, боящийся монстров под кроватью.

Ух. Вот почему я стараюсь не думать об этом, потому что суть в том, что как только у него закончится контракт, он уйдет. Не думаю, что наша связь изменит это. Я не могу представить, чтобы кто-то выбрал меня в качестве партнера номер один, зная, что я не смогу ответить взаимностью. Для меня музыка всегда на первом месте.

Брикс выходит из кабины управления и направляется к нам. В его глазах тоже читается жалость.

– Уверен, что хочешь остаться и продолжить запись?

Нет, но сейчас я выбиваюсь из графика.

– Мне придется это сделать, если эти две песни не войдут в альбом.

– Нет, не придется. Это зависит от лейбла, а не от тебя. Это их вина, если альбом не будет готов вовремя.

– Я ценю, что ты взялся за это дело, правда, ценю, но подобные мысли - верный способ загубить карьеру. Если я хоть чуть-чуть замешкаюсь и альбом выйдет с опозданием, единственный, кто рискует разозлить людей - это я сам. Большинство людей не понимают, кто на самом деле за этим стоит. Я запустил недоделанный проект, и вина ложится на меня. Как и на всех тех ненавистников бойз-бэндов, которые думают, что у нас есть выбор в том, что надеть или что петь.

Брикс делает шаг вперед и понижает голос.

– Сколько еще ты собираешься убивать себя из-за них?

Черт, вот он и задал мне единственный вопрос, который я задавал последние пять лет. Первые пять были хороши, но я все еще был новичком в индустрии, и у меня в глазах блестели звезды, хотя я и носил розовые очки.

– Я не знаю, - шепчу я.

– Сильнее борись за свои песни, Харли. Ты этого заслуживаешь.

– В твоих устах это звучит так просто.

– Что произойдет в худшем случае? Они угрожают уволить тебя с лейбла? Ты выйдешь из дерьмовой ситуации?

Джейми, слушающая все это, встревает в разговор.

– В его словах есть резон. Разве это не последний альбом, на выпуск которого у тебя заключен контракт с ними? Возможно, это твой шанс выйти на более крупные и личшие лейблы.

– Нет лейблов крупнее «Джойстар».

– Ладно, на лучшие лейблы, - говорит она.

– А если я поставлю на карту всю свою карьеру?

– Разве большая творческая свобода не стоит риска?
– Спрашивает Брикс.

Так ли это?

Некоторым фанатам не понравится новое звучание - это само собой разумеющееся, - но я бы не стал полностью менять свою музыкальную эстетику.

Разве я не заслужил этого права после десяти лет выполнения того, что мне говорят?

Говорят, что моя карьера пошла на спад, когда я ушел из самой кассовой группы последнего десятилетия, но как долго я должен платить по счетам?

Пришло время им увидеть, чего я стою, а они, черт возьми, этого точно не увидят, если я их не заставлю.

Я выпрямляюсь.

– Вы правы, ребята.

И тогда я совершаю либо самый умный, либо самый глупый поступок за всю свою карьеру.

Я врываюсь в студийную диспетчерскую и, глядя прямо в глаза своему менеджеру, заявляю:

– Я сохраняю свои песни.

Гидеон смягчается.

– Давай я попробую с лейблом еще раз.

– Спасибо.
– Я поворачиваюсь к своим звукорежиссерам.
– Я не буду исполнять эту дерьмовую песню о счастье, и на сегодня с меня хватит.
– Выходя, я бросаю взгляд на Гидеона через плечо.
– Эти песни обсуждению не подлежат. Если они не хотят, чтобы это был последний альбом Харли Валентайна на их лейбле, они его одобрят.

Теперь остается только ждать.

И, может, сойти с ума.