Чтение онлайн

– Тощая ты, кормить тебя надо, - неудачно пошутил я.

Моя сестрица повернула голову на звук, а потом вдруг схватилась за иглы своей маски и принялась старательно отдирать ее от лица. Именно отдирать а не снимать, видно крепко она приросла. Я, поморщившись, отвернулся, боясь, что когда она закончит, я увижу лишь скалящийся череп. Но когда я повернулся, то увидел просто еще одну маску. Маску, от вида которой я не смог не улыбнуться.

Это было лицо. Абстрактное, женское лицо с закрытыми глазами, пышными губами и нарисованными вразлет ресничками. Под левым глазом на щеке имелась крупная капелька-слезинка. Свою прошлую маску Ласла отбросила в угол с невообразимой брезгливостью.

– Так-то лучше, - сказала она необычно тихо для такого огромного существа.
– Что скажешь?

– Тебе бы еще платьице, и было бы совсем отлично, - сказал я.

– Будет тебе платьице.

Ласла властно вытянула огромную руку в сторону маленькой двери. Долгие секунд пять ничего не происходило, но потом вдруг дверь распахнулась и из нее вылетел настоящий рой бусин. Видно, королева решила опустошить все свое хранилище, куда сложила заклинания за ненадобностью. Бусины сами сложились в длинные, пестрые бусы, и обернулись вокруг ее шеи много-много раз. А потом, воспользовавшись каким-то из заклинаний, она действительно создала себе платье. Бежевое, золотыми колосьями расшитое платье королевы. Правда, но иссохшей, окровавленной мумии оно смотрелось как на корове седло, но это - мелочи.

– А теперь - в башню Розы, - сказала Ласла, и сцапала меня как маленькая девчушка свою любимую куклу.

Не успел я моргнуть - хотя моргать мне, собственно, было нечем здесь, в моем костлявом теле - как мы переместились.

Пограничная башня Розы оказалась, как я и предполагал, полным антиподом пограничной башни Ласлы, но архитектура здесь была такая же. Огромный светлый зал с неровными зеркалами на стенах буквально утопал в цветах, в середине журчал фонтан с золотыми рыбками. Стены, которая отгораживала трон от зала, не имелось - хозяйка башни сидела прямо перед нами, очень похожая на Ласлу, только пышащая красотой и здоровьем.

– Так-так, смотрите кто пришел. Моя любимая зеркальная, ленивая сестра, - вместо приветствия сказала она как-то чуть пренебрежительно.
– Сколько лет ты не посещала меня? Вроде, с тех твоих глупых попыток утопиться, правильно я помню?

Я удивленно покосился на Ласлу. Так... это что же получается, мы тут все утопленники? Королева же поставила меня на пол, и тяжело, шумно вздохнула.

– Давай не будем о былом, - попросила она.
– Как видишь, я не нужна ни кошмару, ни грезе. Должна была бы радоваться... да что-то как-то не могу.

Хозяйка алькова грациозно поднялась со своего места - прекрасная в свое серебряном платье, расшитом нежно-розовыми розами. Она подошла к нам поближе, и две великанши обнялись как старые подруги.

– Думаю, пришло время возобновить наши договоренности, Ласла, - отстранившись и держа мою сестру за плечи, сказала хозяйка алькова.
– Надеюсь, ты не против.

– Разумеется, - согласилась королева с достоинством.
– Буду только рада, сестра. Но мы прибыли по делу...

Женщина осторожно приложила палец к губам, нарисованным на маске Ласлы, а потом посмотрела наконец на меня.

– Тссс, знаю, зачем вы пришли, - сказала она как-то заговорщицки, и мне на секунду показалось, что улыбка на ее маске - очень похожей на нынешнюю маску Ласлы - стала шире.
– Знаю, и хочу вас обрадовать. Буквально две минуты назад из грезы выбралась, страшно ругаясь, какая-то весьма милая птичка.

Сердце у меня подпрыгнуло от радости, но я тут же унял эмоции. Еще чего доброго унесусь в грезы... только этого нам еще не хватало!

– Но как?
– поразилась Ласла.
– Разве возможно?...

– Да, редкость, - прервав ее, согласилась хозяйка алькова.
– На моей памяти - всего второй случай. Конечно, ей помогало благословение синей птицы, но и ее железная воля сыграла не последнюю роль.

– Где она?
– спросил я.
– Она уже вышла?

– Нет, мой милый зайчонок, - сказала нежно великанша.
– Она все еще у самого входа. Сидит, ругается, обдирает с себя остатки пытающейся утянуть ее грезы. Кстати, она говорила что-то про свою очень важную работу и человека, которого она очень хотела увидеть. Как глупо... любой маг в первую очередь усваивает две вещи - никогда не говори на водном плане никому о смерти близких и не признавайся в любви. И то и другое - прямой билет или в кошмар, или - в грезы. Но ты счастливчик... тебя реального, со всеми твоими недостатками, предпочли прекрасному идеалу, с которым она была бы счастлива здесь...

– Не обольщайся, Ганс, - покачала головой королева.
– Теперь ей будет с чем сравнивать.

– Ничего, - глупо улыбнулся я.
– Кая достаточно умна, чтобы понять, что идеалы бывают только в грезах. Где мне ее найти?

– За моим троном есть дверь, - указала мне пальцем хозяйка башни Розы.
– Но не обсуждайте случившееся здесь. Уговори ее выйти сразу, как увидишь. Видит свет-птица, если вы начнете признаваться друг-другу в любви, то из грез мы будем вылавливать уже вас обоих.

– Что ж, я тогда, пожалуй, на минутку отойду, - легко поклонилась Ласла.
– Переберусь в свою собственную спальню, чтобы не мешать. А потом, Ева, я вернусь, и мы обсудим наши дела.

– Только за чашечкой чая, - поставила условие хозяйка алькова.

– Ничего не имею против, - сообщила ей моя сестра, и растворилась в воздухе.

А мне... мне ничего не оставалось делать, кроме как собрать остатки своей решимости в кулак и двинуться в сторону двери за троном. Каю - живую и невредимую - хотелось видеть как никогда.

64. Лучше, чем грезы

– Что же я за дура такая... да как я вообще могла это сказать... где были мои мозги?! Меня же... из-замка выгонят... пинком под зад... и из клана... и не будет мне никакого долго и счастливо... и вообще все плохо... ну ничего... пойду в охотники... буду стрелять зайцев из арбалета... нет, зайцев не буду... и резать по кости... и мясо есть... вообще в глушь уеду... заведу огород... женюсь на страшном леснике... нарожаю детей... буду иногда летать...

С каждым новой своей фразой Кая кинжалом обрезала приставшие к ней светящиеся путы. Некоторые из них тут же срастались, а некоторые - безжизненно опадали на пол. Судя по тому, сколько их валялось на гладком полу небольшой комнаты, потолок которой терялся в свете, сипуха соскребла с себя целый кокон. Ее перья топорщились, много их валялось вокруг на полу. Меня моя верная рыцарша пока не заметила, и я прислонился к двери, наблюдая за ней с улыбкой.

– А что принц?!
– продолжала она портить себе настроение.
– Бедный Ганс... так старался... но упал в кошмар... да какой я рыцарь... если не смогла его спасти... все время его попрекала... а сама, извращенка... с подушкой обнималась... представляла, что это он... так мне и надо, дурынде!... надо было сдаться... так бы хоть поцеловались... а что теперь? Пинком под зад теперь... кому нужна утопленница... влюбленная в принца?.. Леснику... уйду к тому страшному леснику... и буду с ним жить...