Чтение онлайн

Покои оказались обсерваторией. Помещение представляло собой половинку сферы, все его стены покрывала фреска, изображающая смену дня и ночи. Правую, желтую половину, украшало изображение улыбающегося солнца, левую усеяли звезды, тонущие в серых облаках - луны на кете не имелось. В центре же обсерватории находился огромный золотой телескоп, труба которого уходила за пределы алькова. Люк перестал опускаться именно тогда, когда мои глаза оказались на уровне большого, блестящего окуляра.

– Выглядит красиво, - сказала Ласла, которая не смогла влезть внутрь из-за своих размеров.

– Да, осталось разобраться, как это работает, - хмыкнул я.

Нерешительно сделав шаг в сторону телескопа, я принялся разглядывать окуляр. Вокруг него имелось кольцо, похожее на циферблат часов, в котором посередине вырезали огромную дыру чтобы надеть на трубу телескопа. На самом окуляре имелась рядом с этим кольцом крошечная красная засечка. Проверяя свою догадку, я осторожно покрутил кольцо, сдвинув его где-то на четверть часа назад. Кольцо охотно повернулось, и я глянул в окуляр. Глянул, и увидел совершенно незнакомую комнату. Спальня была обставлена в привычных мне бежевых, золотых и красных тонах, из чего я заключил, что это, возможно, покои кого-то из королевской семьи. Ох уж эта Вадгардская патриотичность...

Какое-то время ничего не происходило. Эксперимента ради я, не отрывая глаз, взялся за циферблат и принялся осторожно крутить его. В комнату вошли пятеро, и я тут же остановился. Просто узнал лица четырех людей, а о личности пятого - догадался. Ласла, ее семья, и злосчастный гречневый кронпринц Хего Шор.

– Что там?
– спросила Ласла.

– Да, он работает, - сказал я.
– Правда звука нет, но увидеть можно все или почти все. Конечно, надо еще разбираться, но...

– Я не о том, - вздохнула сестра.
– Ты посмотрел туда и увидел именно то, о чем я думаю? Тот... тот треклятый момент, когда...

– Видимо да, - кивнул я, а потом провел на автомате рукой по телескопу.
– Не волнуйся, я не буду на это смотреть. Хочешь - отмотаю циферблат как можно дальше, чтобы...

Нечто свалилось на пол, громко звякнув - видно я задел что-то рукой, пока вел по гладкому золоту телескопа. Опустив глаза, я увидел полупустые бусы. На длинной веревке болталось всего каких-то пять бусин. Подобрав их я принялся разглядывать странную находу, раздумывая, не могла ли она принадлежать раньше Гансу.

– Ласла, - я продемонстрировал ей бусы.
– Что ты об этом думаешь?

– Дай гляну, - Ласла протянула свою длинную руку и я надел бусы на ее сухой палец.

Каких-то пару минут она пристально всматривалась в бусины, а потом неожиданно издала нервный смешок.

– Что-то не так?
– удивился я.

– Нет, все отлично, - в голосе Ласла просквозило какое-то безумное, натянутое веселье.
– Поздравляю тебя, ты только что нашел бусы моего проклятия....

84. Якорь

– Итак, начнем наш очередной совет маскарада, - объявила с тяжелым вздохом Ласла, казавшаяся даже в своей маске какой-то усталой и осунувшейся.
– Фета, передаю вам слово.

Я поставил локти на стол, сцепил руки в замок и положил на них подбородок. Обычно советы у нас проходили в масках, но на этот раз все было иначе. Сегодня маски закрывали лица лишь двоих людей - Ласлы и молчаливой девушки, занявшей место Луки. Последнюю я видел впервые, и у меня сложилось впечатление, что ее присутствие всех нервировало. Особенно морщился, глядя на незнакомку, Эллиот.

Когда глава магов поднялась со своего стула, лучась довольством, рыцарь все же не выдержал.

– Где, мрак ее забери, эта треклятая Лука?!

Все, кроме Феты и Ласлы посмотрели на него с некоторым облегчением - видно, этот вопрос интересовал многих, но задать его никто не решился.

– Успокойся, Элиот, - осадила его королева.
– Лука из-за важного поручения не может участвовать в сегодняшнем совете...

– И в прошлом?
– огрызнулся рыцарь, поднявшись с места.
– И в позапрошлом?! Почему на ее месте каждый раз сидит какая-то новая... пигалица?

На это Ласле сказать было нечего, и она лишь сощурила глаза:

– Ты слишком много позволяешь себе, Элли, - сказала она угрожающе.
– Сядь на место и успокойся.

– Если она не пришла из-за меня, - вклинился я, - то это просто глупо. На этом собрании Лука нам очень нужна, ведь нахождение алькова Ганса может сослужить ей хорошую службу. Я не видел ее уже месяца четыре, и мне все меньше и меньше это нравится. Ласла, может не стоит ей так потакать?

Королева посмотрела на меня строго, потом бросила обжигающий взгляд на Эллиота. Тот не растерялся, не испугался, не смутился - просто ответил ей таким же упрямым, уверенным взглядом. Я украдкой улыбнулся, прикрыв рукой рот - боже, огромный дракон и тощий пес, и как они только умудрились влюбиться друг в друга?! Эллиот, кстати, оделся на этот раз так, чтобы его пол невозможно было определить - видимо, смириться с женской одеждой он больше не мог.

– Хорошо, - сдалась Ласла, поймав еще и упрямый взгляд Джус.
– Пошлите за ней кого-нибудь, а пока обсудим другой вопрос. Фета, так что там с бусами?

– Я схожу, - поднялась со своего места девушка в лисьей маске.
– Вряд ли кто-то из вас, господа, сможет ее найти без моей помощи. Прошу меня простить.

И она, поклонившись, удалилась. Собравшиеся проводили ее хмурыми взглядами, и Фета, наконец, начала отчет.

– Это удивительно, ваше величество!
– ухнула она.
– Чем больше я вижу вещей, оставленных соном Эриком, тем более я поражаюсь его мастерству. Итак, наш замечательный сон Ганс нашел бусы проклятья, состоящие из пяти составляющих. Одно из них - условие, что проклятье не будет действовать на людей из других миров. По крайней мере я поняла именно так. Еще две бусины - это проклятия. Первое - проклятье медузы, правда, чуть усеченное. По крайней мере тот, на кого смотрит его величество, не обращается в камень, а всего лишь падает в обморок. Второе - проклятье черной вдовы, из-за которого как поцелуй, так и занятия любовью с соной Розалиндой чреваты смертью...

– Мы и так знаем это, - оборвал ее раздраженно Эллиот - видно, напоминания о проклятия Ласлы его взбесили.
– Обойдемся без интимных подробностей. Дальше-то что? Вы поняли, как его снять?

– Угомонись, Элли, иначе я попрошу тебя выйти, - недовольно осадила его королева, а потом повернулась к Фете.
– Так что же с оставшимися двумя бусинами?

– Радостная и одновременно с тем грустная новость, ваше величество, - вздохнула Фета.
– Две оставшиеся бусины - это четкие условия. Не размытые, а четкие. То есть вам не нужно, по сути своей, менять какую-то черту своего характера. Вам нужно сделать две конкретные вещи.

Все за столом затихли, пораженные данным известием.

– И?...
– осторожно спросил я.
– Вы узнали, что это за вещи?

– Увы, - покачала головой Фета.
– Обычно такие бусины сохраняют хотя бы остаточные следы заклинания, но с этих все намеренно стерто подчистую. Потому, пока мы не знаем, что конкретно за условия должна выполнить Ласла, мы не сможем освободить ее. И потому я обращаюсь к вам, ваше величество. Что вы помните о той ночи?

– Я кое-что помню о той ночи!
– неожиданно раздался голос от двери, и мы все вместе повернули голову.