Чтение онлайн

Как раз вовремя. Подруга Одри, наполнив себе бокал пуншем, что стоял рядом, отхлебнула напитка и начала делиться тем, как едва не заблудилась, пока искала флигель.

Змей, чтобы объяснить столь стремительное приближение, тоже потянулся к чаше с напитком, налил два бокала и протянул мне один из них.

– Ты представляешь, чуть ногу не подвернула, – меж тем выдохнула пышка и, глянув на стол, что был за спиной принца и Златовласки, воскликнула: – О, лавандовая пастила! На других столах вазочки с такой нет! Надо попробовать.

– Лавандовая? – оживилась Одри и резко обернулась так, что стакан с пуншем, который она держала, чуть не расплескался. – Это же моя любимая!

– И моя, – как бы невзначай обронил Ричард.

Златовласка на миг замерла, встретившись с высочеством взглядом, и засмущалась. А затем робко взяла пастилу и, разломив, предложила половинку принцу.

– Да уж, не думал, что кто-то еще, кроме тебя, дружище, любит эту гадость. Лавандовые конфеты на вкус – редкостная пакость… – протянул Змей, и я была с ним полностью согласна: такие сладости были просто ужасны.

При воспоминании о них во рту даже появился неприятный вкус, отдававший камфорой и скошенным сеном. Бр-р-р… Чтобы запить его, я пригубила бокал с калиновым игристым напитком, следя за тем, как высочество перекатывает кусочек пастилы в пальцах, унизанных артефактными кольцами. Среди них был наверняка и тот, что распознавал яды. Но сейчас ни один из камней в перстнях не светился. Значит, еда не отравлена. И вроде бы можно было выдохнуть, но…

Словно что-то перещелкнуло в моем сознании. Лаванда и калина…

Вспомнились строки из книги про яды, которую я читала в лаборантской леди Мервидич. Там как раз был описан случай, как пять веков назад некоего лорда отравили, подав ему лавандовые конфеты. Цветочный пряный вкус отлично замаскировал другой, резковатый, напоминавший запеченные яблоки, и оттенил запах камфоры и скошенного сена, характерные для вытяжки из грофии. А ведь, минуточку, именно она сегодня пропала из лаборатории!

А затем сиятельному мэтру подали бокал игристого, в который, в свою очередь, добавили зачарованный порошок беозгарива камня, который сам по себе тоже является малотоксичным. Так что артефакт на пальце лорда лишь скупо вспыхнул, как на любой алкоголь. Вот только едва лорд пригубил напиток, как умер. А все потому, что внутри него, как в колбе, соединились два вещества, образовав третье – невероятно токсичное. Смерть наступила мгновенно. Так что, даже будь у мэтра антидот под рукой, он не успел бы его принять…

После этой впечатляющей истории шла приписка, что в настоящий момент порошок беозгарива камня считается утерянным, поскольку доставали его из желудков единорогов, а те на данный момент считались вымершими.

Вот только последнее кого-то, похоже, не остановило.

Принц же меж тем еще раздумывал над пастилой. А вот Одри поднесла ее уже к губам… Пунш этими двумя уже был выпит, так что… счет шел на секунды. Объяснять было некогда. А вот выплеснуть свой напиток и тем остановить Златовласку я могла. Что и сделала.

Пунш кровавым пятном растекся по светлой ткани юбки Одри, которая тут же забыла о пастиле… Да и Ричард тоже.

– Какая неловкость! – выдохнула я и только тут осознала, что именно про то, как злодейка испортила платье героини, и читала в начале последней главы. Что? Конец уже так близко?

Вот только если для меня он только-только замаячил, то для Ким наступил. Я так сосредоточилась на дракошестве и героине, что упустила из виду ее подругу. А та оказалась проворнее нашей сладкой парочки и не только отпила пунша, но и съела пастилу.

Ким покачнулась и начала падать. Замертво. Это я могла засвидетельствовать, как некромантка. Мой дар четко дал понять: в этом теле, которое подхватил Змей, души уже не было…

Как же так… В отчаянии я ударила в грудь Ким. Еще раз. И еще. Это мало походило на массаж остановившегося сердца, но это все, что я могла сделать. А вот Рику удалось больше. И разряд прошил девичью грудь…

Я почувствовала, как главная мышца любого тела вдруг сжалась и по сосудам вновь побежала кровь. Жива…

– Что?..

– Что с ней?

– Девушке плохо?.. – услышала я голоса словно сквозь вату… Потому что меня как обухом ударило осознанием: Ким не наемница. Потому что так бездарно убить себя, не выполнив заказ, – это просто верх непрофессионализма для душегуба!

– У адептки всего лишь глубокий обморок, – между тем ответил разом на все вопросы Змей.

– Мне нужно на свежий воздух, – вторя ему, пролепетала очнувшаяся Ким, и кто-то помог ей подняться и даже повел к выходу.

А я же посмотрела на стол. Вазочки с пастилой там не было…

Одри, убедившись, что с подругой все в порядке, сказала, что и ей пора идти. Платье испорчено, да и вечер, похоже, тоже…

Принц вызвался ее проводить, и, пока эти двое шли к выходу, Змей поинтересовался:

– Что это было?

– Ты про смерть, комбинированное отравление или попытку спасти Одри?

– Спасибо, понял. Остальные вопросы потом, – прошипел сквозь стиснутые зубы Змей. – А сейчас – за мной.

Больше не говоря ни слова, он последовал за принцем. А я – за Риком. Правда, чуть приотстала, чтобы подбежать к одному из открытых окон и под покровом занавески выпустить виверна со словами: «Доложи о попытке отравления принца канцлеру». Химериус кивнул и сорвался с подоконника в полет. А я поспешила на улицу, нагнав Змея у дверей.

Едва мы с Риком оказались на крыльце, как увидели Высочество и Одри, шедших впереди по тенистой аллее, которая уже утопала в густых вечерних сумерках. И в этом мраке нам с Хантом даже не пришлось особо прятаться, чтобы следить за парой. Живой и здоровой парой… В отличие от сотен тысяч умерших сегодня моих нервных клеток.

А влюбленные, и не подозревая о жертвах одной некромантки, решили вдруг отклониться от прямого маршрута и свернули к одной из беседок.

Та была увита плющом и выглядела весьма романтично. Как и пара героев, которые сначала в чем-то пылко объяснялись, а затем потянулись друг к другу…

Это был первый поцелуй Одри и принца…

И я наблюдала за ним почти из партера. Из партерных кустов, если быть точнее…

– Знаешь, первый раз я рад тому, что приходится следить за Ричардом, – услышала я вкрадчивый голос у самого уха. – Потому что сегодня у меня есть такая напарница…

Повернула голову и посмотрела прямо на Рика.

«Напарница…» В устах Змея это прозвучало как-то по-особенному. Так, что там, в вышине моих мыслительных функций, случилась лавина вопросов. Почему канцлер дал мне ознакомиться с досье Змея? Начальник ведь мог обрисовать все парой слов… И как так выходило, что Хант, когда жизни наследника что-то угрожало, всегда оказывался рядом? Есть ли вещи, которые даже Грач не может озвучить напрямую, потому что ему мешает клятва о неразглашении? И не использует ли тогда мой начальник подсказки?