Чтение онлайн

– Найдите мне стул и принесите чаю, я хочу пить.

Князь исчез и через минуту появился с креслом, сопровождаемый денщиком с подносом в руках. Варя поблагодарила его и принялась за чай, рассеянно прислушиваясь к болтовне своего кавалера.

– Как ваша работа в госпитале? Я часто вижу вас проезжающей туда верхом.

Вы настоящая артурская Афина Паллада, вам недостает только шлема и копья.

Варя мило улыбнулась, а про себя подумала:

"А ты - просто шут гороховый, которому не хватает только дурацкого колпака и погремушки!"

Генерал-адъютант по случаю именин своей строгой супруги и повелительницы был в ударе и громко хохотал, сотрясаясь при этом своим монументальным корпусом. Рядом с ним маленький, щупленький, скромно улыбающийся Кондратенко выглядел невзрачным и незначительным. Фок, как всегда, хитро ухмылялся в седенькую бородку и изредка вставлял едкие замечания по чьему-либо адресу.

В соседней комнате около столика с выпивкой, в окружении нескольких партнеров, прочно обосновался Никитин.

Варя начала подумывать, как бы ей скрыться из гостиной. В это время в дверях появился Надеин в старинного покроя мешковатом парадном мундире, с крестами и лентами на груди. В руках он торжественно чес позолоченный складень. Приблизившись к имениннице, он раскрыл его и шамкающим старческим голосом произнес:

– Пожвольте вам, матушка, поднешти ображ ваших небешных покровительниц Веры, Надежды, Любови и матери их Шофии. Он хранилша у меня с нежапамятных времен как шемейная швятыня. Отныне он принадлежит вам, наша общая жаштупница перед Анатолием Михайловичем.

Растроганная Вера Алексеевна приняла и поцеловала образ, а затем облобызалась со старым генералом и усадила его около себя.

– Где же Георгиевский крест, недавно пожалованный вам государем? справился Стессель, подходя к нему.

– Не шмею надевать его, пока не получу подтверждения от чаря-батюшки.

– Боюсь, что вам долго придется ждать.

– Беж этого не вожложу на шебя штоль вышокой награды, которой не шчитаю шебя доштойным.

Посидев еще немного, Надеин откланялся и ушел.

– Совсем из ума выжил, старый дурак!
– проговорил ему вслед Стессель.

Вскоре затем приехал Костенко. Мелко семеня постарчески несгибающимися ногами, с теплым шарфом на шее, он имел весьма комичный вид. Многие иронически заулыбались. Варя это заметила и обиделась за своего крестного.

Как только генерал со всеми поздоровался, девушка подлетела к нему.

– Крестненький, идемте ко мне, - повела она генерала к своему креслу.

– Тише, тише, стрекоза, того и гляди, опрокинешь меня, - запротестовал Костенко.
– Нет ли тут сквозняка, а то я простужусь. На дворе-то ведь уже осень!

– Не беспокойтесь, здесь ниоткуда не дует, тепло и очень уютно. Князь, достаньте еще стул, - обратилась она к Гантимурову.

– Тебе всегда тепло в присутствии кавалеров, а меня старая кровь уже не греет, - зябко поежился генерал.

– Гантимуров нагоняет на меня только холод и тоску смертную. Какой-то он липкий, скользкий и противный, не люблю я его.

– И я тоже! Опытным судейским глазом вижу - прохвост и кончит скамьей подсудимых. Ему верить нельзя, несмотря на то, что он и князь. Твой румяный прапор куда лучше! Где он сейчас?

– Сидит на Залитерной, - покраснела Варя.
– Вы слыхали, Крестненький, как он отличился под Высокой?

– Читал о нем в приказе. Молодец! Теперь крест получит наверняка.

– Я всегда говорила, что он очень храбрый, но скромный до застенчивости.

Не правда ли?

– Что же он не делает тебе формального предложения, коль он такой храбрый?

– Со мной он форменный трусишка.

– Это верно, ты хоть кого запугаешь!

Их разговор был прерван грохотом разрыва. Гости всполошились и бросились к окнам.

– Никогда раньше снаряды так близко от нас не падали, - заволновался Стессель.

– Это результат посещения иностранных корреспондентов, - заметила Вера Алексеевна.

– Остается только еще раз пожалеть что я их не вздернул, как хотел сначала, - буркнул генерал.

Новый, еще более сильный взрыв сотряс весь дом до основания.

Большинство присутствующих поспешило во двор. Еще не разошедшийся столб черного густого дыма указывал место падения снаряда. До него было около полуверсты.

– Наверно, опять начался обстрел с моря двенадцатидюймовыми снарядами.

Среди осадных батарей таких крупных калибров не может быть, - проговорил Белый.

Резкий свист и шипенье возвестили о приближении со стороны фортов очередного японского гостинца. Стало очевидным, что стреляют с суши, а не с моря. На этот раз взрыва не последовало.

– Надо сейчас же разыскать снаряд и выяснить его калибр, - заторопился Белый.

Стессель, тоже появившийся на крыльце, отправил на поиски нескольких казаков-ординарцев.

Начавшаяся бомбардировка заставила гостей поторопиться с отъездом.

Первыми уехали адмиралы, за ними тронулись и остальные.

– Господа! Господа!
– кричала им вслед именинница.
– Прошу помнить, что обед отнюдь не отменяется, а только переносится на вечер. Жду всех к себе обязательно!

Белый, Кондратенко, Ирман и Мехмандаров в ожидании результатов поисков снаряда задержались у Стесселя. Мария Фоминична и Варя с Верой Алексеевной удалились во внутренние комнаты. Там генеральша показала полученные ею сегодня подарки - бриллиантовое колье, поднесенное Сахаровым от фирмы Тифонтая, брошь с рубинами - от гражданского населения Артура и ряд более мелких драгоценностей - от различных лиц и организаций города. Варя с интересом примеряла на себя кольца, брошки, кулоны.

– Для твоей свадьбы у меня давно припасены серьги с рубинами.
– И генеральша показала их Варе.

Девушка не выказала особенного восторга.

– Ты сегодня все время любезничала с князем. Не правда ли, он очень мил?

Прекрасная для тебя пара.

В ответ Варя только вздохнула. Вера Алексеевна истолковала это в пользу своего протеже.

– Подумай только - княгиней будешь, быть может, станешь придворной дамой.

Побываешь во дворце на балах.

– Я и танцевать-то не умею и, кроме того, собираюсь жить на хуторе, а не в Петербурге.