Чтение онлайн

Я переступила через Кириса, который по-прежнему не подавал признаков жизни, и решив для себя, что открытая комната - то же самое приглашение, вошла. Огляделась. Вздохнула и вцепилась в голые мужские ноги.

Мосластенькие.

К слову, без ботинок и одежды держать их было не в пример удобней. А дальше... дернуть, упереться в пол и волочь, волочь... мало ли кто по ночам гуляет. Наткнуться на тело, подумают дурное... они и так про меня дурное думают, но тут почему-то стало не все равно.

Втащив Кириса, я закрыла дверь и огляделась.

Графин с водой был в наличии.

И стало быть...

...Этна отправилась в сумку, хотя было искушение спрятать ее под кровать. Пусть бы огляделась в чужих покоях. Но... во-первых, с рыжего бы стало заметить проникновение, во-вторых, мало ли что у него в запасе имеется. Еще отловит.

Поломает.

Нет уж.

Сами посмотрим.

Для очистки совести я проверила пульс. Наличествовал. Сердце билось ровно, правда, как-то слишком медленно, но все же билось. Стало быть, жив.

Выбрав из перстей нужный, я повернула камень в нем и сунула под рубаху Кирису. Вот так... хуже все равно не будет, а силы ему, похоже, нужны. Простенькое целительское плетение вмиг присосалось к телу, подпитывая его, бедолажное, энергией.

И сон.

Здоровый сон всем нужен. А я подожду. Осмотрюсь пока. И нет, мне не стыдно. Почти.

Надо сказать, что комнаты его отличались той степенью заброшенности, когда понятно, что жить в них живут, но как-то... без чувства дома.

Камин.

И полка на камине. Брошенные перчатки, те самые, утрешние. И стало быть, не соврал, затянулись ожоги. Пара статуэток, сдвинутых к краю. Ваза с трещиной на подоконнике.

Шкаф.

Одежда. Уныло однообразная, к слову. Белье... в белье я копаться не стала. Сомневаюсь, что, будь у Кириса компромат, он спрячет его среди подштанников.

Пара тростей и не пустых. Я слышала сквозь дерево голос зачарованного металла. Любопытная игрушка, как и пара короткоствольных револьверов. И булавка вот эта... впрочем, больше в шкафу ничего особо интересного я не обнаружила.

Рабочий кабинет - дело другое.

Был он мал и, кажется, переделан из гардеробной, а потому лишен окон. Хотя... с той завесой защитных заклятий, которые поднимались над старым столом, окна здесь явно были бы не в тему.

– И что ты ищешь?
– сипло поинтересовался рыжий.

Он стоял, прислонившись к косяку двери, вполне себе живой и почти даже бодрый.

– Неспокойной тебе ночи, - ответила я, подавив робкое смущение.
– А ищу государственные секреты. У тебя есть?

– Зачем тебе?

– Не знаю. Всем нужно, а чем я хуже?

– Кому нужно?

Эта убийственная серьезность меня несколько утомляла.

– Я тебе потом перечислю. Поименно. Как самочувствие?

– Лучше. Твое?
– мне продемонстрировали перстенек, который, кажется, почти опустел. Вот же... скорость поглощения просто-напросто невероятная. А главное, на пользу. Выглядел Кирис пусть и бледновато, но уже на покойника не походил.

– Мое.

– Откуда?

– Брат подарил.

– Много он тебе дарит...

– Что поделаешь, любит меня без памяти. Единственная сестра, как-никак.

Кирис смотрел мрачно и с подозрением. Интересно, он видел, как я в шкаф заглядывала? Хорошо, что подштанники пересчитывать не стала. Все же подштанники государственными интересами не объяснишь.

– Я вообще-то по делу, - я спрятала руки за спину.
– Ты не знаешь, зачем девочке подделывать улики?

– Кого?

А вот когда хмурится, становится забавным. Такое выражение лица... просто прелесть... и сам он... гм... да, мне определенно стоило отвлечься от работы на пару лет раньше.

Или любовника завести, все развлечение.

Вот только порядочные любовники - не тараканы, сами не заводятся, а где их ищут, я не знаю. Я вздохнула и сказала:

– Мне захотелось на дом взглянуть... и да, ночью. Не спалось, знаешь ли.

– Я скажу, чтобы тебе снотворное выписали.

– Не поможет.

– Почему?

– Потому что от местных лекарств я точно воздержусь, - я протиснулась мимо Кириса, который вдруг вспомнил, что предстал передо мной в виде, мягко говоря, неподобающем.

И покраснел.

Я, кажется, тоже покраснела. Просто так. За компанию.

– Я решила пойти...
– и голос слегка дрогнул. А потому я поспешно вернулась в гостиную и села в кресло. То вяло скрипнуло. От ткани пахло пылью... да, убирают здесь, похоже, нечасто. И хотелось бы знать, потому что Кирис не желает видеть в своих апартаментах прислугу, или же его самого не считают в достаточной мере важною персоной, чтобы убирать комнаты так же часто, как и господские.
– В общем, решила...

– Я слушаю.

Он вышел.

А вернулся в просторных домашних штанах. Слишком уж просторных. Кажется, кто-то за последний год изрядно похудел. И это явно не от избытка здоровья.

– ...и пошла. Дверь, к слову, открыта была. Ты бы ее хоть запечатал.

– Я запечатал. И запечатывал. Всякий раз запечатывал. Только печати слетают.

Ага... то есть, ого... я ничего странного в доме не увидела. И куда печати деваются тогда? Слететь... сами?

– Тогда...

– С той стороны тоже. И дверь я запирал. Я вообще предлагал замуровать ход.

– Не разрешили?

И почему это меня не удивляет.

– Эйта Ирма уверена, что я преувеличиваю. А дом ей пригодится. Когда новый смотритель будет назначен.

– И когда?

– Она не уверена, но когда-нибудь ведь будет... так что там с домом?

Пришлось рассказывать. И по мере моего рассказа Кирис мрачнел все сильней.

– Спасибо. Я проверю. А тебе лучше...

– С тобой. Что? Вдруг опять в обморок упадешь?

Он почему-то потер руку и плечами пожал: мол, в жизни всякое случается.