Чтение онлайн

Братья ждут за стойкой. Но при его появлении Артем уходит перекурить, давая перекинуться словом со Спартаком с глазу на глаз.

Спартак выглядит почти нормально. Хотя в лице что-то неуловимо изменилось. Не только выражение и взгляд. Что-то большее: словно переломы неровно срослись.

— Дик, — голос тоже другой, охрипший.

При его приближении Спартак встает.

— Рад тебя видеть, — они обмениваются рукопожатиями.

Взгляд Спартака прилипает к силуэту в машине.

— Она?

— Да.

— Хорошо, что выжила… Тема говорил, у тебя живет. Дик, я хотел сказать… Извини, что не смог. Я пытался их остановить.

Понятно, почему Артем свалил.

— Ты сделал, что мог. Я тебя не виню.

— Я облажался.

— Любой бы облажался… Ты мне скажи. Кто там был? Кроме Луки.

— А ты не знаешь? — Спартак поднимает облысевшие брови. — Она не сказала? Слушай, там были люди Луки, вся его шестерка. Но меня сразу выкинули. Я не знаю, кто потом, ну, согласился, кто не стал… Дело в том, что он и мне предложил.

Дик давится слюной и закашливается.

— Что?!

— Он предлагал всем. Точно только он скажет. Или она.

— Артем сказал, было видео.

— Было, — Спартак сглатывает. — Слушай, Тема говорил, ты просил видео это достать. Есть проблема.

— Какая? — Дик щурится.

— Говорят, Лука послал видео Сабурову.

Дик ощущает фантомный удар в солнечное сплетение.

— Что?!

— Никто не хочет говорить об этом. Все боятся. Поговаривают, Лука накосячил, а ты не простишь. Что вы из-за бабы схлестнетесь и никто между вами оказаться не хочет, Дик.

Влад оглядывается на Ингу.

Силуэт неподвижно застыл в машине.

Она еще не знает.

И будет лучше, если не узнает. Для нее это ничего не меняет, только сильнее добьет.

— Кому еще Лука посылал видео?

— Мы не знаем.

— Твою мать, — он протирает лицо ладонью, не зная, что делать с этими новостями.

К стойке возвращается Артем, кивает.

Оба бледные и злые — как и все они в последнее время.

— Как похороны прошли? Слышно что?

— Я не был, — напоминает Дик. — Но говорят, все спокойно. Мать прилетала.

— И что дальше, Дик?

Они смотрят оба.

Он понимает, о чем вопрос: как будем брать за жабры Сабурова и что делать с семьей.

Вместо этого он отвечает:

— Я женюсь, пацаны.

У обоих лица, словно он сморозил что-то дикое. Влад даже смеется.

— На ней? — осторожно спрашивает Артем.

— Да, на ней. А что не так?

— Ничего, Дик. Только…

— Ну? Что вам не нравится? — зло смеется Влад. — Что шеф женится на девке, которую весь дом отымел? Так мне плевать.

— Ты это назло Павлу с Лукой делаешь? — интересуется Спартак. — Или…

— Или, Костя, — он идет к выходу, так и не избавившись от злой усмешки.

Нужно купить кольца.

Платье.

Не свадебное, но пусть будет белое.

Регистраторшу вызвать на дом. Приедет и все сделает — Инге так будет легче.

— Едем в ювелирный, — сообщает, садясь в машину.

— Зачем?

Еще не верит, что он всерьез.

Как и его братва.

Еще бы, он понимает их. Тридцать с лишним лет ходил холостым, брак — не для него. И первой женой берет ту, на которой весь дом потоптался.

И об этом все знают.

Он понимает, почему они так отреагировали, хотя хорошие парни. И это злит еще сильнее.

— За обручальными кольцами.

Она недоверчиво глазеет.

Поздно, девочка. Ты давно на все согласилась.

Кажется, она читает это в его взгляде.

Опускает глаза.

Как притягивает эта покорность. Ее слабость. Не хочет быть его женой — он видит.

Но так будет лучше.

— Я не хочу выходить, — шепчет она, когда он заезжает на парковку ювелирного.

На нее и так много навалилось.

Он выходит один.

В ювелирном долго выбирает кольца и останавливается на парном варианте — тонкие ободки белого золота.

На женском крошечный одинокий бриллиант и с изнанки выгравирована голубка…

Любовь и верность.

Эта голубка в его клетке.

В машину возвращается молча. Ей кольца покажет, когда придет время надевать.

Уже дома, отпустив Ингу в спальню, он садится за стол с бокалом коньяка и вспоминает про телефон.

«Инга. Ты жива? Это тебя привели в юридическую контору?»

Вот, что ее заинтересовало в телефоне.

И ему не сказала!

Изнутри хлещет обида.

Ты привык к несправедливости, старик, успокойся, говорит сам себе.

Допивает коньяк и только затем листает вниз переписки.

Ждет, что просила ее спасти.

Это ведь Глеб.

Как он теперь знает — Глеб Варнак, человек Сабурова и ее водитель.

Но там ничего.

То ли не успела ответить, то ли не захотела.

Влад выдыхает.

Самому себе не хочется признавать, как он боялся увидеть просьбу о помощи.

Зубы сводит.

Дик наливает еще коньяк и выдыхает.

Он с ней возится, как с родной. Где ее благодарность, в нем она не видит защитника и спасителя. Прячется в спальне.

Но она ведь не ответила Глебу.

Он проглатывает этот горький яд.

И даже не удалила сообщения.

Дик откладывает телефон, играет с бокалом. Первые сутки Варнак терся рядом. Но после переезда, должно быть, потерял ее.

Вопрос в том, что он здесь делает, если Сабуров свалил за границу. Бесит, но в переписке, этом призыве — это ты?! — видится что-то личное.

Где ты был, мудак, когда ее увез Лука.

Сука.

Он проглатывает и вспышку ярости.

Как их выследили?

Через Шаха могли узнать, что он нанял адвоката. Начал следить за ним, вот они и пересеклись возле конторы.

Не важно.

Интереснее, что ему надо.

— Как тебя использовать, — бормочет он.

Можно выманить и взять его.