Чтение онлайн

Послушать, что расскажет про Сабурова.

Но все это — только после свадьбы.

Нельзя рисковать.

В ответ Дик пишет одно слово:

«Да», и выключает телефон.

Свадьбу он назначает на воскресенье.

Договаривается в ЗАГСЕ.

Их распишут дома. Официально, чтобы избежать шумихи. Распишут срочно, об этом Дик тоже позаботился, раздав нужным людям взятки.

Днем в воскресенье он возвращается с платьем и с цветами. Букет белых роз оставляет на кухне.

Инге так и не сказал.

Да ей, кажется и все равно.

— Инга, — он присаживается перед кроватью на корточки. — Нам нужно поговорить.

Она не спит, но и не реагирует.

Никогда уже не очнется. Привыкай, старик.

Инга бросает взгляд на платье, которое он повесил на спинку стула. Под ним стоят белые туфли.

Платье не свадебное, но белое, как он хотел.

Она все понимает.

В глазах появляется паника.

Телефон он у нее предусмотрительно забрал. Еще бы не хватало, чтобы сбежала от него с этим сраным Глебом.

— Я знаю, что ты не хочешь быть моей женой, — хрипловато произносит он и этот факт уязвляет мужскую гордость. — Но так будет лучше.

Она долго думает:

— Это из-за Сабурова? Ради денег?

— Ты будешь в безопасности. Всем, кто знает меня, придется считаться с этим. Тебя не тронут больше.

У нее дрожит подбородок.

— Ты была женой Сабурова. Он нажил только врагов. Когда выйдешь за меня, у тебя останется один враг. Твой бывший муж.

Она смотрит в глаза.

Впервые за долгое время, у Инги убитый, но прямой взгляд:

— А зачем это тебе?

Дик поднимается.

— Иди в ванную. Скоро приедут.

Инга несколько секунд ждет ответа, а затем забирает платье, туфли, и уходит.

Он выдыхает, закрыв глаза.

Не спорит, не перечет, но как невыносимо тяжело с ней.

Зачем это ему?

А зачем с ней возится столько времени?!

Но лучше промолчать.

Ради этого момента он за все ниточки дернул, чтобы развести ее скорее. И вот уже сегодня они станут мужем и женой.

Когда Инга выходит, он оборачивается: как она красива в этом платье.

Какая же горячая! И какое бешенство вызывает мысль, что он все еще хочет ее.

Как кроет от того, что другие взяли с нее, что хотели.

И если не обуздать это бешенство, брачную ночь придется провести в спортзале, а не в спальне…

Инга дрожит.

Нужно было лучше ее подготовить.

Сморозит что-нибудь перед регистраторшей и все сорвется!

Но времени нет — в дверь уже звонят.

— Не волнуйся, — произносит он. — Просто помни, что тебе это поможет.

Ингу отводит в гостиную.

Туда же направляет регистраторшу с бумагами. Она явно взволнованна — нетипичная ситуация, приехала сама заведующая, которой он не пожалел вознаграждения.

В нарядном платье она становится перед ними с папкой в руках.

— Без торжественной части, — просит Влад, поворачивая к себе Ингу. — Мы просто хотим стать мужем и женой.

— Поняла вас.

Нужно было купить фату.

Стоять в темных очках, словно слепой — глупо. Фата прикрыла бы ей лицо.

Эти тонкие дрожащие пальцы, глаза в которых виден — не страх, нет, но глубокое чувство отчаяния. Видно, что с Ингой что-то не то.

Но тетка не замечает.

Ставит печати.

Поздравляет и понятливо уходит, оставив их наедине.

В холле на полке лежит конверт, который он отдает.

— Большое спасибо.

Тетка с пониманием кивает. Если что и заметила — промолчит.

Закрыв дверь, Влад несколько секунд стоит, пытаясь осознать, что все случилось и его окольцевали. Никто не мог этого сделать. Он всегда был холостяком. А она смогла.

Дик расстегивает рубашку до груди, чтобы почувствовать себя свободнее, а затем идет в кухню и открывает бутылку дорогого шампанского, купленную как раз для этого вечера.

Дик боялся давать Инге алкоголь.

Боялся, что вообще расклеится.

Начнет вспоминать, что там было, кричать, плакать. Боялся, что ей сорвет стоп-кран.

Но сегодня — особый случай.

Инга в спальне.

Как всегда.

Сидит, обреченно глядя в пол в своем шикарном белом платье, и ждет его. По скованной позе видно. Знает, что зайдет.

Он оставляет бутылку и пару бокалов на столе.

Разливает.

Веселое шипение пузырьков плохо сочетается с мрачной атмосферой их свадьбы.

Инга встает, как только он приближается с бокалом.

Не хочет быть рядом на кровати.

— Выпей.

Она покорно пьет.

Без удовольствия. Давится шампанским, зажмурившись.

Тело под платьем мелко дрожит, как в ненастную ночь.

Из внутреннего кармана Дик достает два кольца.

Женское, с голубкой, аккуратно надевает на палец ей, мужское — на себя, и берет Ингу за руку.

— Муж должен поцеловать жену.

Она не спорит.

Кротко смотрит в пол.

Но когда он наклоняется к пухлым губам, автоматически закрывается руками.

Как в машине.

Заслоняется.

От шампанского и ее кроткости кружит голову, он целует подставленные ладони, пытаясь пробиться ко рту.

— Не надо, — шепчет. — Пожалуйста, остановись…

Но от нежного шепота Дик только сильней сатанеет. Дикая смесь страсти и агрессии — хочется подмять ее под себя, как в первый раз.

Взять ее.

Он ненавидит себя и Ингу за то, что так сильно хочет ее, несмотря на…

— Влад, я не в порядке… Я не могу.

— Ты в порядке, — выдыхает он.

— Мои губы… — наконец признается она, и замолкает.

Потому что с губами все нормально.

Давно зажили.

Просто она чувствует, будто они еще разбиты. Сжимается, как птенец. Даже не смотрит.

Влад силой заводит запястья ей за спиной.

— Посмотри на меня…

Она поднимает глаза.

У Инги бесконечно печальный твердый взгляд, как у вдовы.

— Я тебе ничего не сделаю, — обещает шепотом, сейчас он что угодно готов сказать, лишь бы разрешила.