Чтение онлайн

Апартаменты хозяина блистали эллинской помпезностью. Электрические лампы, стилизованные под факелы, освещали помещение красноватым светом. Вдоль стен стояли мраморные статуи с претензией на античность. Голые мужчины и женщины представали в вычурных позах. Пол и стены были выложены гранитными плитами. Потолок уходил вверх в темноту. Галерея диванов венчалась массивным дубовым столом со столешницей из цельного куска дерева и резными ногами, украшенными темно коричневыми черепами. Зная нрав хозяина, можно было предположить, что черепа были настоящими. За столом стояло кожаное кресло, позади которого нависал барельеф, своей монументальностью уничижая редких посетителей. На нем был изображен хозяин, возвышающийся на фоне своей боевой колесницы и ногой попирающий поверженного врага, чуть поодаль были изображены лейтенанты и воины (среди них узнавались цепной человек и рыцарь), в облаках парило небесное воплощение Эдема. Андрей быстро нашел спрятанную кнопку, и барельеф расколол хозяина, открывая в нем тайный проход. Проскользнув внутрь и пройдя несколько десятков метров, он услышал, как барельеф закрылся. — Автодоводчик, — подумал Андрей. Он не стал переживать, так как был уверен, что есть кнопка и изнутри — должен же хозяин как-то выбираться. Коридор закончился небольшим холлом, откуда было два пути — на лифте и по лестнице. Андрей не стал рисковать, вызывая лифт, а тихо стал спускаться по лестнице. Спуск был долгим, лестница тонула во мраке, и нужно было быть очень осторожным, чтобы не навернуться. Ступеней насчитывалось около тысячи. Суставы болели от нагрузки. Каково же будет подниматься обратно? Это будет тяжело, а пока спуск продолжался. Но вот слабый свет неуверенно забрезжил снизу, разгоняя почти поверившую в свою безнаказанность тьму. И в это же время включился и заработал лифт. Кто-то тоже спускался, но гораздо быстрее. Андрей уже дошел до окончания лестницы и ждал, затаив дыхание — кто выйдет из лифта?

Хозяин. Ну а кто еще тут может быть? Но почему так рано? Что заставило его прервать совещание? Отпустив хозяина чуть подальше, Андрей осторожно двинулся следом. Вскоре очередной коридор закончился, доставив их в обширную пещеру, уставленную бесконечными стеллажами, заполненными разнообразными предметами искусства и техники и ювелирными украшениями. Чего здесь только не было. По крайней мере, из техники (в остальном Андрей не разбирался) — здесь были представлены как антикварные, музейные предметы типа телепанелей, интеллектуальных коммуникаторов, универсальных фудагрегатов, очистителей и дезинтеграторов, так и современные гибкие аналоги. Многие из них в нескольких экземплярах. Зачем это все одному человеку? Стеллажи закончились, уступив место парковке. Вездеход, отремонтированный и покрашенный в камуфляжную раскраску, сильно отличался от чудовищ, используемых жителями Эдема, но не казался чуждым на фоне десятка новеньких блестящих автомобилей, расположившихся по соседству. Среди них были и совсем свежие люксовые модели, причем изготавливаемые не в Гарграде, а в других городах. Хозяин оказался сорокой, тянущей все блестящее себе в гнездо. Как же это расходилось с его образом самодостаточного великого бога. Он оказался мелким хапугой (ну, может, крупным), набивающим карманы тем, чем никогда не сможет воспользоваться.

Одна из машин на парковке отличалась от всех — на ней были номера Гарграда. Отвечая на еще не заданный вопрос, из автомобиля вышел грузный лысоватый мужчина в бархатном темно-бардовом костюме. Он посмотрел на механические часы, вытащив их из нагрудного кармана за золотую цепочку, невзначай продемонстрировав циферблат, усеянный бриллиантами, чей блеск был виден издалека. Это лицо было очень знакомо — его часто показывали по телевизору. Но Андрей точно не помнил, кто это, очевидно было только, что он из правителей. Человек поздоровался с хозяином, протянув руку, усеянную перстнями, и они вместе пошли к импровизированному месту отдыха, собранному из диванов, торшеров, столиков и одного фонтанчика, расположенного прямо около парковки и сели на один из диванов.

— Да сними эту дурацкую маску. Как ты ее можешь носить? — проворчал мужчина, обращаясь к хозяину. Тот послушно стянул маску, и Андрей рассмотрел его настоящее лицо. Оно было среднестатистическим, и попадись оно в толпе, никто не обратил бы на него внимания. Но самое интересное — хозяин не был лысым. У него были серые, подстриженные ежиком волосы. Маска хозяина состояла не только из человеческого лица, но и из человеческого лысого скальпа, и покрывала всю голову.

— Здесь маршрут каравана, который меня интересует, — мужчина достал из кармана малый накопитель и протянул его хозяину. — В этот раз меня интересует груз из первого грузовика — большой деревянный ящик черно-желтого цвета. Накладная номер Е001 или Е002. Точнее не могу сказать. Все остальное можешь забрать себе. Охрану — в расход. Мне не нужны лишние свидетели. Нужно сработать четко — этот заказ важнее наших обычных дел. Оплата пройдет по обычному каналу.

— Все будет сделано по высшему разряду, — голос хозяина без маски потерял свою брутальность, громкость и прорезающие басы. Он стал обычным. Ясно-понятно. В маску был встроен модулятор голоса, добавляющий божественности. — А что там по поводу беглеца из города? Он тебе нужен? — Андрей насторожился — это было про него.

— Разузнал я про него. Можешь делать с ним все, что хочешь — он мелкая сошка. Всего лишь убил пару офицеров из управления. Кто их вообще считает? Я бы его взял — давно процедуру не проводили — да боюсь, что он испачкает салон. Не стоит оно того.

— А что делать с вездеходом? Он совсем новенький и не разбитый.

— Себе оставь. Пусть это будет уроком для блокпостовцев. Надо было лучше охранять доверенную территорию.

— Все остальные дела по караванам остаются в силе?

— Да, без сомнения. Только один заказ особенный. Следующий такой же будет еще не скоро. Остальные заказы выполняй по обговоренному плану. Все. Мне пора.

Они встали с дивана, и пошли в разные стороны — мужчина к своей машине, в которую сел и сразу уехал, хозяин — в сторону лифта. А хозяин то хорош. Пока вешает своим поданным лапшу про проклятый город, сам ведет дела с одним из хозяев этого города. Как много хозяев собралось в одном помещении. Нужно сделать их еще больше — нужно сделать Андрея хозяином своей жизни и сбежать отсюда. Но сейчас этого сделать было нельзя — он опасался очередной погони — необходимо дождаться, когда основная орава воинов вместе со своим предводителем отправится на грабеж, тогда и покинуть навсегда это место. А пока Андрей походил между стеллажами, рассматривая артефакты из прошлой жизни и размышляя, зачем они нужны хозяину, да еще в таком количестве. Они же просто стоят и не используются по назначению. Что у него в голове? Какие тараканы? Может, это болезнь? Необходимость все собирать в своем логове, окружать себя предметами, чтобы заполнить пустоту внутри. Пустоту неживого человека, не обладающего любопытством, эмпатией, любовью, а только лишь жаждой собирательства. Но ловушка в том, что с каждым новым предметом пустота становится глубже и требуется все больше и больше новых предметов. И с каждым глотком жажда становится только сильнее. Андрей даже начал уже жалеть хозяина, но вовремя себя одернул и двинулся в обратный путь — пока не хватились его отсутствия.

Опять потекли дни в ожидании подходящего для побега момента. Андрей помогал Горлему устанавливать фильтры, которые уже несколько раз пригодились, защитив насосы от новых обитателей глубин. К каракатицам прибавились осьминоги, вооруженные острыми клювами. Хорошо, что они не добрались до лопастей. Оставался открытым вопрос откуда берутся эти существа. Собрался совет из главных специалистов и их помощников: оранжерейщик (так как это была его вотчина, и животные угрожали его растениям), охотник (так как он убивал животных, правда сухопутных), лекарь (так как он лечил людей, которые, как известно, животные), повар (так как он готовил животных? Тут действительно не понятно почему). Такой представительный консилиум из высококвалифицированных экспертов не пришел ни к какому адекватному выводу, а только нализался уксусным вином, принесенным поваром (может для этого он был нужен?). К вечеру они уже не вязали лыка и пришли к консенсусу, что во всем виноват проклятый город. Нет, чумной город. Нет, треклятый город. Нет, мерзкий город. Нет, они не пришли к консенсусу. Едва не подравшись, они захрапели, вцепившись друг в друга и тем самым поддерживая шаткое равновесие. Когда на следующий день совет продолжил свою работу, Горлем предложил найти начало труб и посмотреть, что там может быть не так. Никто не возражал, каждый боролся с последствиями вчерашнего плодотворного совещания. Правда выяснилось, что главный архитектор, который мог знать план трубопроводов, был тем еще сорвиголовой и недавно погиб, гоняясь с другими авантюристами за вездеходом из города. Андрей тактично промолчал. Тогда единогласно было решено оставить все как есть, а если кто-то хочет, то может самостоятельно докопаться до истоков проблемы, и не надо так громко дышать. Горлем, не часто употреблявший спиртное, плюнул и пошел раскапывать трубу. Ну просили же не шуметь — главные специалисты разбрелись по своим шатрам, переваривать выполненную работу. Андрей присоединился к Горлему. Вскоре оказалось, что раскапывание ни к чему не приведет — труба уходила в твердую породу, долбить которую оказалось очень затратным делом. Трубы здесь проложили давным-давно, возможно во время предыдущей цивилизации, и они уходили далеко вниз, высасывая влагу из подземных источников. Новыми были только насосы, собранные трудолюбивым Горлемом, и система орошения. Попытка докопаться до истоков проблемы потерпела крах. Горлем обреченно вздохнул, в предчувствии проблем, которые приплывут вместе с товарищами с щупальцами. Что с этим поделать? Кто-то оставил вино — чем не выход. Андрей оставил своего начальника с парой бутылок, да тот был и не против. Даже за. Он теперь надолго выпадет из жизни.

Металлические кони завыли и рванули с места, поднимая клубы пыли. Всадники подгоняли их шпорами, уходящими в пол при нажатии. Вожжи металлических рулей направляли их по следу. Началась охота за караваном. Гаражи опустели, воинов почти не осталось, хозяин возглавил поход. Самое время покинуть эту тюрьму, ставшую домом. Горлем как раз пил, сокрушаясь по своим механизмам, и не следил за своими подмастерьями. Андрею будет не хватать его, он был хорошим человеком, полностью погруженным в работу. А также Антона. Жаль, ему нельзя помочь. И еще старик. Они не встречались с момента разговора. Помогла ли ему душа Андрея продлить свою жизнь? Жив ли он еще? Не так уж много удерживало здесь Андрея. Еще меньше, чем в Гарграде, но все равно было грустно покидать эту тюрьму. Жизнь налаживалась, а впереди ждала неизвестность. Но свобода лучше несвободы. Так он решил.

Пробравшись по знакомому маршруту, Андрей оказался на подземной парковке. Пешком далеко не убежишь. Почему бы не воспользоваться одной из машин. Он даже знал какой. Вездеход, лучший выбор для пересеченной местности. Да еще и быстрый. Его отремонтировали. Грубовато, но Андрей не собирался участвовать в конкурсе красоты для машин. Он открыл дверь и взобрался на водительское сидение. Внутри все осталось без изменений. Ящики стояли на своих местах, как будто никто не заходил внутрь. А может рюкзак остался на своем месте? Удивительно. Он лежал нетронутый на одном из сидений. Настолько хозяину безразличны вещи, которые к нему попадают. Для него главное только владение, без каких либо иных целей. Тем лучше для беглеца. Андрей завел вездеход и поехал по прорубленной в скале дороге. Он не боялся, что его кто-то заметит — машина шишки из города выезжала незаметно, и он проедет. Длинный, в несколько километров, тоннель заканчивался автоматическими воротами, открывшимися при приближении вездехода и закрывшимися сразу после его проезда. Дорога закончилась, впереди была серая пустошь, позади — серая скала. Ворота были отлично замаскированы. Как в шпионских фильмах. Если бы Андрей не знал, что выехал из этой скалы, то подумал бы что это сон. Впрочем, он ни в чем не был уверен. Развернув вездеход, он повел его на север под прикрытием скалистой гряды, Эдем остался позади.

Андрей вел вездеход, с трудом выбирая дорогу на скалистой местности. Неровности, камни, валуны и, собственно, скалы затрудняли продвижение, сковывали скорость, заставляя плестись черепашьим шагом. Благо на пути не попадались враждебные люди. Да и не враждебные тоже. Да и нелюдей не было видно. Только черный дым поднимался на юге, далеко у горизонта — это совершалось ограбление каравана. Андрей живо представил, как чудовища Франкенштейна, бывшие некогда частями разных машин, наваливаются критической массой на отстреливающиеся машинки, уже зная, что обречены, но не подозревая, кто заказчик. Ржавое превосходство поглощает блестящие новые машинки, сверкающий новый караван. Вразнорядицу одетая анархическая армия ставит мат отряду формально одетых солдат. Кровь разбрызгивается по земле со всех сторон, но пустынные воины едва замечают потери нескольких бойцов, тогда как группа городских стражников оказывается обескровленной. Последний пулеметчик захлебывается очередью, свисая в конвульсиях с боевого товарища. Дикари, возбужденные сопротивлением, протаскивают его по земле, заставляя потерять человеческий вид и его и себя. Водители с ужасом ждут своей очереди. Мгновение и все кончено. Гигантские костры смывают следы преступления. Груз, получивший нового хозяина, теряется среди песков, следы заметаются ветром.

А в десятках километрах оттуда одинокий путник держит путь на север, держась за баранку и с надеждой вглядываясь вперед. Разнообразие форм скал не может скрыть однообразие сути. Отсутствие проявлений жизни давит на человека, подавляет надежды. Хоть бы ящерица проскользила по пескам или встретился одинокий росток, тянущийся к солнцу. Но нет. Только безжизненные поверхности окружают вездеход. Когда-нибудь и жизнь, что находится внутри вездехода, прекратится. Время снова застыло. Или пустыня застыла. Или все застыло. Андрей встрепенулся. Краем глаза он увидел какое-то движение. Жизнь? Здесь? Еще движение. Он остановился, стараясь понять, привиделось ли это ему или нет. Из-за скалы вышел хлипкий человек. Он не выглядел опасным, да и ощущения ловушки не было. Он неуверенно подошел к вездеходу, постоянно оглядываясь назад, как бы спрашивая, действительно ли нужно подходить? Но внешний вид Андрея, а скорее его машины, внушал незнакомцу уверенность.