Чтение онлайн

— Разумеется.

— Нет, вы шутите?!

— Нисколько.

— Если так, — сказал мистер Магнус, — выдать вам маленький секрет? Я и сам того же мнения! Признаюсь вам даже, мистер Пиквик, хотя я по природе ужасно ревнив, что мой предмет — в этом доме.

С этими словами мистер Магнус снял очки, подмигнул и снова надел их.

— Вот почему вы так часто выбегали из комнаты перед обедом, — проговорил мистер Пиквик лукаво.

— Тише! Да, вы правы, — поэтому; но я не так глуп, чтобы видеться с нею сегодня.

— Вот как?

— Да, этого, знаете ли, не следует делать прямо после путешествия. Подождем до завтра, сэр: вдвое больше шансов. Мистер Пиквик, сэр, в этом саке — платье, в футляре — шляпа, которые, я надеюсь, произведут свое действие, сослужат неоценимую службу.

Мистер Пиквик поздравил счастливого обладателя неотразимых одеяний с приобретеньем их, а мистер Питер Магнус на некоторое время погрузился в размышления.

— Она — прелестное создание! — произнес мистер Магнус.

— В самом деле? — спросил мистер Пиквик.

— Очень, — сказал мистер Магнус, — очень! Она живет милях в двадцати отсюда, мистер Пиквик. Я узнал, что она приедет сюда сегодня вечером и пробудет здесь все завтрашнее утро. Я нахожу, что гостиница — самое подходящее место для того, чтобы сделать предложение одинокой женщине, мистер Пиквик. Весьма возможно, что в дороге она почувствует свое одиночество сильнее, чем дома. Как вы думаете, мистер Пиквик?

— Мне кажется, это очень вероятно.

— Извините, мистер Пиквик, но я от природы довольно любопытен. С какой целью вы могли приехать сюда?

При мысли об этой цели краска бросилась в лицо мистера Пиквика.

— По делу куда менее приятному, чем ваше, — ответил он. — Я приехал сюда, сэр, обличить коварство и лживость особы, на правдивость и честь которой я полагался.

— Боже! Это очень неприятно! — воскликнул мистер Магнус. — Смею предположить, это леди? Нет? Ах, хитрец, мистер Пиквик, хитрец! Хорошо, мистер Пиквик, сэр, я ни за что не хотел бы терзать ваши чувства. Мучительные это темы, сэр, очень мучительные. Не обращайте на меня внимания, мистер Пиквик, если вам хочется излить свою печаль. Я знаю, что значит пережить измену, сэр: я претерпел это три или четыре раза.

— Я очень обязан вам за участие в том, что вы считаете причиною моего дурного настроения, — сказал мистер Пиквик, заводя часы и кладя их на стол, — но...

— Нет, нет! Ни слова! Это — мучительная тема. Я понимаю, понимаю. Который час, мистер Пиквик?

— Первый.

— О, боже, пора спать! Мне нельзя засиживаться! Завтра я буду бледен, мистер Пиквик!

Напуганный такой устрашающей перспективой, мистер Магнус позвонил горничной, и когда полосатый сак, красный сак, кожаный футляр и сверток в вощеной бумаге были доставлены в его комнату, он удалился, следом за лакированным подсвечником, в одно крыло дома, между тем как мистер Пиквик с другим лакированным подсвечником был препровожден по лабиринту коридоров в противоположное крыло.

— Ваша комната, сэр, — сказала служанка.

— Хорошо, благодарю вас, — ответил мистер Пиквик, осматриваясь.

Комната была просторная, с двумя постелями, с камином.

— На той кровати, надеюсь, никто не спит? — осведомился мистер Пиквик.

— О нет, сэр!

— Прекрасно! Передайте моему слуге, чтобы принес мне горячей воды в половине девятого утра; сегодня он мне больше не нужен.

— Слушаю, сэр, — и, пожелав постояльцу доброй ночи, служанка ушла.

Мистер Пиквик сел в кресло у огня и отдался потоку несвязных мыслей. Сначала он подумал о своих друзьях, задаваясь вопросом, скоро ли они приедут; затем мысль его обратилась к миссис Бардль и от этой леди перекочевала естественным порядком к грязной конторе Додсона и Фогга. От Додсона и Фогга она скакнула прямо к эксцентрическому клиенту, но потом возвратилась к «Большому Белому Коню» в Ипсуиче, с достаточною ясностью убеждая мистера Пиквика, что он засыпает. Он стал быстро раздеваться, но вспомнил, что забыл свои часы внизу на столе.

Часы эти пользовались особенной любовью мистера Пиквика, ибо провели в недрах его жилета большее число лет, чем было бы удобно здесь назвать. Мысль о том, чтобы отойти ко сну, не слыша их спокойного тиканья под своей подушкой или в туфельке над головой, не вмещалась в мозгу мистера Пиквика. Было уже поздно, ему не хотелось никого беспокоить звонком, поэтому он оделся, взял свечу и стал тихо спускаться по лестнице.

Но чем больше лестниц проходил мистер Пиквик, тем больше, казалось ему, их оставалось. Очутившись в каком-то узком коридоре, он поздравил было себя с тем, что достиг нижнего этажа, как вдруг удивленным глазам его открылась новая лестница. Наконец он добрался до вестибюля. Обследовав комнату за комнатою, мистер Пиквик, уже почти потерявший всякую надежду, вдруг открыл дверь в столовую, в которой провел вечер, и увидел на столе свои часы.

Радостно схватив их, мистер Пиквик направился назад к своей спальне. Но если путешествие вниз было сопряжено с трудностями и сомнениями, то возвращение оказалось несравненно более сложным. Ряды дверей с бордюрами из башмаков всех форм, фасонов и размеров расходились во всех возможных направлениях. Не раз мистер Пиквик осторожно поворачивал ручку двери, но раздававшийся из-за нее сердитый окрик: «Что там за черт?» или «Что вам здесь нужно?» — заставлял его нестись на цыпочках прочь с совершенно сказочной быстротой. Он уже дошел до полного отчаяния, когда его внимание привлекла открытая дверь. Он заглянул. Наконец-то! В спальне было две кровати, каковое обстоятельство он хорошо запомнил, и в камине догорал огонь. Между тем свеча, которую он брал с собой, погасла как раз в тот момент, когда он закрыл за собою дверь.

«Ну да ладно! — подумал мистер Пиквик. — Я могу раздеться и при свете камина».

Кровати стояли справа и слева от двери, причем за каждой из них был маленький закуток, в котором помещался плетеный стул. Мистер Пиквик тщательно запахнул кроватный полог со стороны комнаты, сел на стул и спокойно начал раздеваться. Он уже снял башмаки и гетры, надел ночной колпак с кисточкой и завязал тесемочки под подбородком, как вдруг ему ясно представилась вся нелепость его блужданий, и он чистосердечно расхохотался.

Не переставая смеяться, мистер Пиквик продолжал разоблачение, но эта процедура была прервана самым неожиданным образом: появлением в комнате кого-то, кто вошел со свечой в руке, запер дверь и направился к туалетному столику.

Улыбка, озарявшая лицо мистера Пиквика, сменилась выражением величайшего удивления. Вторжение осуществилось так бесшумно и так быстро, что мистер Пиквик не успел даже крикнуть, чтобы ему воспрепятствовать. Кто бы это мог быть?

Единственный способ посмотреть на таинственного посетителя, оставаясь самому незамеченным, состоял в том, чтобы взобраться на постель и выглянуть из-за полога. К этому маневру мистер Пиквик и прибег. Надев очки и собравшись с духом, он осторожно раздвинул занавески и высунул голову в ночном колпаке.

Перед зеркалом стояла леди средних лет в желтых папильотках. Было ясно, что она собирается провести ночь в этой комнате, ибо принесенная ею тростниковая свеча с экраном была, во избежание пожара, помещена в таз на полу и мерцала там, как гигантский маяк в луже.

«Господи, — подумал мистер Пиквик, — какое ужасное положение! Никогда я еще не попадал в такую историю».

Между тем леди средних лет закончила убирать волосы, надела кисейный ночной чепчик и стала задумчиво смотреть на огонь.