Чтение онлайн

— Я просто…

— Ничего просто не бывает, — грубо оборвал злодей. — Говори прямо и не набивай себе цену.

Слабая злость не проходила по желанию. Сяося набрала воздуха и приоткрыла губы.

— Господин, молодая госпожа Цуй пришла к Вам, — в комнату вошёл Цюань Инхао. — И служанка Гу Юй спрашивает, что подать?

— Если не собираешься говорить, уходи, — злодей перевёл взгляд на стража, выражая во взгляде раздражение на Сяося.

Точно спичку поднесли к дереву, облитому бензином. Запылало ярко и жарко.

— Знаете что, — сжимая поднос до онемения пальцев, выдохнула Сяося, — ешьте что хотите. Может, в один момент попадётесь на злую шутку судьбы. И ещё, не все люди думают о выгоде.

Резко развернулась и натолкнулась на обескураженный взгляд Цюань Инхао, если, конечно, его можно так назвать за призмой вечных скуки и не интереса к миру — трудно распознать что-то конкретное. Сяося вылетела из комнаты бледной, злой и готовая вывалить внутреннее кипящее масло-эмоций. Но ни главная героиня, подходящая к комнате, ни ожидающая ответа про еду Гу Юй не предстали перед ней.

«Я значит пытаюсь спасти его, трачу своё время на него, терплю недомогание, ужасные боли, а он!.. Думаешь, раз главная пешка сюжета, так можно всё? Пожалуйста, варись в котле, будь куском мяса для достижения чужих личных целей!»

Сяося неслась, не разбирая дороги, и лишь когда земля исчезла из-под ног, пришла в себя и тут же от вспыхнувшей резкой боли чуть не погрузилась в темноту.

Колючие кусты неохотно приняли тело. Сяося разодрала себе руки, наставила на шее царапины, наградила себя рваным ханьфу на плечах, животе и груди и розовыми и красными следами на теле.

«Да что за день-то такой?!»

Сяося подтянула к себе ноги и прислонилась виском к земле.

«Чжан Юн точно обидится, если узнает».

Пышные колючие кусты роз росли напротив пионов, в которых в прошлый раз пряталась Сяося. Если в пионах хорошо сиделось, то падать в розы — неприятный опыт.

С кряхтением вперемешку со стонами Сяося пробралась вперёд, где виднелся просвет и возможность выползти из кустов роз. Сяося застопорилась — низ ханьфу зацепился за шипованный корявый стебель.

«Сегодня не мой день. Всё с меня хватит».

Сяося выдохнула и осталась лежать с подогнутыми ногами, упираясь лбом в землю.

— Сейчас нельзя, — взволнованный голос старшей служанки Сун ударил дрожью по коже.

— Я и не собиралась в ближайшие дни ничего делать, — небрежно проговорила Гу Юй.

— Дождись праздника в поместье.

— Знаю, — с раздражением отозвалась Гу Юй.

Успокоившись за считанные секунды, старшая служанка Сун проговорила:

— Всё хорошо?

— С утра не очень были, сейчас замечательно, — довольно хмыкнула Гу Юй. — Господин Цзюнь предпочёл кашу этой странной, — явно скривилась. — А тут совсем недавно он разгневался на неё. Это замечательно.

— Нам даже ничего делать не пришлось, — с нотками радости выдохнула старшая служанка Сун.

— У меня есть мысли, как окончательно отбить благосклонность господина к Сяося.

— Поделишься?

— Потом.

Шаги удалялись. Сяося осталась лежать в розах.

«Замечательно? Что ж, удачи, злодей, сам себя спасай. И тебе, Гу Юй, удачи обломать зубы о непробиваемый бетон под названием Цуй Няо».

Вдогонку пронеслось:

«Хоть бы так и было».

Пока в поместье все готовились к приёму гостей по случаю дня рождения главы семьи Цуй, Цуй Няо продолжала оттаскивать Лэ Яня от Цзюнь Цзэ, Гу Юй не гласно заняла место главной служанки во дворе Иньцан Мэйли, а Сяося прохлаждалась на больничном.

После падения в кусты внешний вид служанки сильно подпортился. Сяося помнила, как заявилась в лечебницу, а пожилой лекарь схватился за сердце. Пришлось притвориться, что совсем плохо. Добродушный лекарь обработал все раны и отправил отдыхать, выписав отгул, с которым даже старшая служанка Сун не тронет Сяося.

Конечно, не просто так лекарь сжалился. Пришлось напустить слёз, которые накопились за дни в поместье Цуй. Шмыганье, закусывание дрожащих губ, красные глаза — сделали своё дело в совокупности с внешними ранами.

Два дня Сяося слонялась по безлюдным закоулочкам, дабы не наткнуться на слуг или кого посерьёзнее. Только с Ао общалась, у которой работы прибавилось: Цуй Няо решила научиться готовить. Бедная Ао бледнела каждый раз, когда главная героиня брала нож в руку, а когда приближалась к раскалённому маслу или кипящей воде, и во все седела.

Отдых-выздоровление закончилось очень быстро. Приближающийся пир без работы не оставил ни одного человека в поместье. Именно поэтому, встав ещё с первыми лучами солнца, Сяося взялась за украшение двора Иньцан Мэйли. Вполне себе можно было и дождаться времени подъёма всех слуг, но тогда бы пришлось контактировать с Гу Юй, после с Цюань Инхао, Цзюнь Цзэ, а так часть работы сделается до всеобщего внимания. К тому же Сяося предчувствовала, что её выходка в последнюю встречу со злодеем не останется в прошлом. Обязательно возвратится в трёхкратном размере.

Сяося не единственная, кто встала ни свет ни заря. Слуги уже сновали по поместью, приводя его в надлежащий вид для приёма гостей.

К моменту прихода Цюань Инхао Сяося успела расставить по двору цветы в горшках, повесить резные фонарики, убрать ненужные в ближайшие дни вазы с ветками хлопкового дерева, подмести дорожки, смести пыль со всех поверхностей.

Страж внимательно осмотрил белые, фиолетовые, тёмно-алые и один красный гладиолусы и целозии в горшках. Чжан Юн согласовал с наложницей Ван каждый цветок, который будет размещён на празднике.

Цюань Инхао кивнул Сяося, которая заканчивала подметать.

— Утро, — отозвалась та. — Если есть вещи на стирку, вынеси мне их, пожалуйста.

В ответ получила запоздалый кивок. Цюань Инхао появился спустя минуты три со стопкой грязного.

«Ты что, на дню по три наряда меняешь?» — с раздражением Сяося приняла поднос с вещами.

— На этот раз за что? — голос Цюань Инхао прозвучал тихо.

Сперва Сяося не поняла, о чём её спрашивали, а потом дошло, что он интересовался царапинами на руках, шее, линии нижней челюсти. Лекарства работали активно, но для заживления требовалось больше двух дней.