Чтение онлайн

Это означало, что булаву среди ниток утаить не получилось, и разведчики Царства донесли начальнику гарнизона замка о трех ротах солдат города магов. К слову, именно в это время дуайен Мероннер по приказу Нирмо передает бумагу об объявлении войны, подписанную Верховным Хранителем Нелиллом Балансом, послу Царства в Глелисе. Впрочем, надо быть дураком, чтобы не догадаться, что три роты солдат, более десятка големов и еще больше магов путешествуют в строю по дорогам другого государства не ради дружеского визита.

Нирмо на текущий момент радовали целых три вещи, связанные с текущим заданием.

Во-первых, замок был деревянный. Это не значит, что его легко поджечь, а даже наоборот - но вот повредить немагическими средствами или тараном будет гораздо легче.

Во-вторых, раскинутая Дорамом невероятно сложная магическая паутина, основанная за получением информации от частичек воды в воздухе, - Нирмо был очень удивлен тем, что практически в любом воздухе есть мелкие частички воды, - констатировала тот факт, что на протяжении дневного перехода во все стороны крупные скопления живых существ совпадают с поселениями на карте и лагерем Нирмо. Констатировала она это факт целых пять секунд, после чего схлопнулась, а Дорам упал в обморок.

В-третьих, на стенах замка развевались по большей части флаги Царства - зеленые полотна с красным геральдическим кабаном. Один-единственный флаг над воротами обозначал какое-то непонятное геральдическое создание на фиолетовом фоне, и, скорее всего, это был герб хозяина. Однако на основном флагштоке герба аристократа заметно не было, и это вселяло определенные надежды на то, что им будет противостоять обычный гарнизон. Как правило, аристократы оставляли около сотни полноценных солдат в гарнизонах своих замков, и это были не лучшие представители армий государства. Конечно, начальник гарнизона мог набрать под тысячу крестьян в виде ополчения - но это требовало времени, которого Нирмо не собирался давать.

Прямо сейчас две роты рассредоточились вокруг замка, блокируя все подходы, а рота Мижардина работала в ближайшем лесу, подготавливая таран и связки осадных лестниц. Нирмо не был гениальным стратегом, и то, что он помнил о тактике, укладывалось в стратегию "завалить врагов трупами своих солдат". В принципе, учитывая очевидный цейтнот - никто точно не знал, достигли ли сведения о них лагеря царской армии, но следовало надеяться на лучшее, рассчитывать на худшее и понимать, что трем сотням воинов невозможно спрятаться в центре вражеской провинции, - другие командиры предложить стратегию лучше не могли. Разве что уточняли приказы Нирмо в силу своего опыта. Например, находящаяся напротив замковых ворот рота сейчас строила небольшой укрепленный лагерь с пятиметровой башней по центру для лучников и чародеев, в который уже двигали таран и сносили связанные лестницы, а к роте Мижардина скакал гонец от уставшего телепортироваться Нилуэ с приказом срубить толстые ростовые щиты из прочного дерева для тарана и магов и покрыть их шкурами животных или чарами защиты от огня.

– Концепция осады мне кажется в корне неверной!
– разглагольствовал Нирмо, намекая на старый разговор об уменьшении числа "дармоедов", - Наша задача - жестокий и бескомпромиссный штурм. Это меховые ублюдки нанесли оскорбление Конкордии, уничтожив неподалеку отсюда миссию Кетрола Течение Судеб и оборвав жизни более чем шести сотен слуг Гармонии. Сегодня они заплатят за свои злодеяния! И помните - чем быстрее мы убьем всех внутри этого замка, тем больше у нас шансов выжить! Вперед!

Спустя шесть часов Нирмо произносил точно такую же экспрессивную речь (заменив лишь первое предложение на обращение к слушателям), поднявшись на наспех построенную и укрепленную чарами прочности башню. Его слушали две сотни солдат - роты Купара и Фирдорна, должные пойти на штурм вместе с чародеями и големами. Рота Мижардина, блокирующая замок со всех сторон, оставалась в резерве, а сам старший маг решил размяться, чтобы не допускать больше просчетов из-за тоски по магической силе, струящейся по венам.

На стенах было полно защитников, притом преимущественно на стенах около ворот и башнях на западной, привратной стороне крепости. Крепостные стены и башни были утыканы факелами, несмотря на то, что смеркаться только начало, по периметру замковых стен стояло шесть или семь чанов с чем-то кипящим - смолой, каучуком или маслом. Наемникам предстояло это узнать.

Стены по остальным сторонам света оставались практически без защитников - там располагались маленькие группки царских лучников, вполне способные и явно намеренные стрелять навесом. Башенка, на которой стоял Нирмо, находилась примерно в одном километре от фланкирующих крепостных башен - то есть как минимум четыре полета стрелы[48]. Конечно, в замке Царства наверняка находилось несколько снайперов, способных легкой стрелой дострелить до башни старшего мага из своих мощных луков[49], но такой выстрел не способен никому повредить и нанести может лишь моральный ущерб.

Нирмо взмахнул рукой, в которой была зажата трость-булава, - едва ли не первый раз за все время этой миссии он держал ее не как трость, а именно как булаву, словно готовясь наносить ей удары, - и аметист в ее навершии ослепительно ярко вспыхнул. Нирмо шагнул с башни и пролевитировал немного на юг - чуть в сторону от штурмующих. На башенке заняли позиции трое солдат с ростовыми щитами на случай какого-нибудь снайпера с зачарованными стрелами и группа магов с Дорамом во главе. Кроме щитоносцев, около башенки расположились четыре конные фигуры и около десятка иных телохранителей. Одна из "Дев битв" пренебрегла традиционным обмундированием, напоминающих стальное нижнее белье, и облачилась в бесформенную бригантину.

"Умная. Выживет, быть может", - мельком подумал Нирмо, отводя взгляд.

Маги на башенке принялись размахивать магическими инструментами и вычерчивать в воздухе непонятные символы, рождая мощное заклинание водной элементалистики. Замок Вайолетхам был слишком близко к ставке царя Витфара у замка Пайншор. Вернее, между ними лежало несколько дневных переходов даже не для медленно двигающегося отряда с обозами, но даже для пешего бродяги. Однако заклинания элементальных Штормом были настолько могущественными и их следствия были видны с такого большого расстояния, что Нирмо отнюдь не улыбалось привлечь сюда несколько тысяч солдат, которых царь немедленно пошлет выяснить, кто именно использует высшую боевую магию в пределах его владений.

Так что первоначальный план штурма, набросанный Нирмо сразу по получению приказа от Хранителя Баланса, претерпел изменения. Малую чародейскую призму зачаровывать было просто некогда, так что треть магов вместе с Дорамом сокрушала основную магическую оборону врагов, большая часть оставшихся двигалась под защитой ростовых щитов в порядках штурмующих, а Нирмо, Гар и все каменные гаргульи вступят в бой в качестве финального удара. Фирдорн принял общее командование штурмом на себя как наиболее опытный в тактических вопросах маг.

Несмотря на то, что подготовка первого магического удара Дорамом требовала большого количества времени, он все же закончил ее за несколько минут до того, как согласованные на совещании боевые порядки штурмующих сформировались.

Две колонны солдат, каждая из которых несла по четыре штурмовые лестницы, постепенно превращались из толпы в нечто, напоминающее нарисованную на военной карте структуру. Среди них расположились четыре группы по два мага, перед которыми держали по два ростовых щита четыре воина-наемника Конкордии, а рядом под прикрытием собственных щитов рассредоточились нанятые телохранители магов.

Нирмо уже зачаровал аметист в навершии своей трости-булавы, подготовив и удерживая Большую воздушную композицию де Рина - сильное заклинание воздушной элементалистики, позволяющее выпустить некоторое количество незримых и очень плотных сгустков воздуха, наносящих удары, по силе подобные боевому молоту. Количество сгустков определялось магической силой чародея. Средний ученик не был способен даже произнести эти чары, средний адепт был способен вызвать один или два сгустка магии Воздуха. Нирмо при помощи своего магического инструмента мог вместо обычных для мастеров магии пяти сгустков вызвать целых пятнадцать. Как гласили легенды и учебники по теории магии, автором этого заклинания был Тонуки де Рин, один из виконтов Королевства и Белый волшебник, то есть Высший маг Воздуха. Он мог нанести серьезные повреждения целой сотне человек непрерывным шквалом магических воздушных ударов.