Чтение онлайн

Он махнул рукой доминусу, вышел из кабинета и направился к выходу из здания гильдии. Телохранители, занявшие при входе позиции по обе стороны двери, спрятали усмешки, пока Нирмо проходил мимо них. Когда Нирмо магией отодвинул заскрипевшие двери, Дорам выскользнул из кабинета с витражными дверьми, застегивая мантию. Нилуэ беззвучно, но весьма экспрессивно похлопал руками, поддерживая выбор друга. Нирмо тут же резко развернулся на пятках и бешено взглянул на своего телохранителя. Металл облегченных магией латных доспехов Нилуэ лязгнул, когда тот вытянулся во фрунт. Нирмо испытывающе взглянул в прорези шлема телохранителя, еще раз резко развернулся и быстро пошел по дорожке, ведущей от гильдии наемников. Белая незагрязняющаяся мантия развевалась, а оба телохранителя едва поспевали за магом в своих доспехах.

6. Ad gloriam[46]

Нирмо, Гар и еще пять магов, трое из которых значились в штате Юстиции Тайн Глелисы, тащились за весьма толстым тюремщиком по главной городской тюрьме. Сразу за ними шагали телохранители Нирмо и отряд северных охотников.

Три предыдущих дня, сразу после дня визита в гильдию наемников Глелисы, Нирмо провел в таверне, отдыхая и инспектируя тамошний бар, Дорам - инспектируя свой "походный бордель", как тихо называли этот отряд наемников сотники и телохранители Нирмо, ставший приятелями за последнюю неделю, а остальные маги Конкордии в городе занимались ревизией документов Юстиции Тайн.

Как только Нирмо успокоился, он присоединился к инспекции, что поставило крест на изучении бумаг - старший маг так демонстративно кашлял каждый раз, когда в поле его зрения оказывалась немагическая бумажка старше десяти лет от момента написания, что работать в условиях усиленного заклинанием громкости постоянного кашля Гару быстро надоело, и он нашел пару бумаг, которые можно было проверить.

В частности, несколько неодаренных помощников чернокнижника, казненного лет двадцать назад, до сих пор томились в этой тюрьме. По каким-то причинам некоторые люди были неспособны контактировать с древними хтоническими тварями и служить им, а потому в случае обвинения в магических преступлениях могли рассчитывать на мягкий приговор - пожизненное заключение вместо смерти.

Допросить их с заклинанием истины с целью выяснить соответствие их показания зафиксированным в бумагах - прекрасный пример задания, которое "может дать срезовый анализ качества работы Юстиции Тайн Глелисы". Именно так выразился Гар, с ехидной усмешкой вручая Нирмо папку с делом того чернокнижника. Документам в папке было лет двадцать, и в них не было ни капли магии. Зато между страницами остались короткие волосы архивариуса, который папку сшивал, и множества неопределимых частиц.

– А я говорю, Раскрытие истины фон Шлоиа - лучший вариант!
– все имена гномов, как личные, так и названия маноров и городов, имели не меньше трех гласных или согласных подряд в своем составе. Один из ритуалистов, адепт Гвиредо, оказался большим поклонником гномского мудреца и правителя подземного города Шлоиа, который прославился своим мощным заклинанием истины.

– Чушь собачья. Простое Око незримого вместе с чтением аур решит все наши проблемы!
– спорил с ним Гар. Конечно, доминус мог просто приказать нитруму, но три дня с бумажками заставили Гара более терпимо относиться к возможным развлечениям.

Аргументов у обоих спорщиков было всего два - адепт Гвиредо говорил, что тот гном аристократ и одно сложное заклинание дает более гарантированный результат, чем два простых, а адепт Гар, наоборот, указывал на то, что доверять записям недоростка нечеловеческой расы по меньшей мере наивно, а два простых заклинания легче в исполнении, чем одно сложное. Приводить одинаковые аргументы магам давно наскучило, и они уже минут пятнадцать упражнялись в тонких взаимных оскорблениях, перемежающихся утверждениями своей позиции - исключительно для того, чтобы не забыть, кто именно на какой стороне.

Судя по характеру спора и частоте утверждений, обоим спорщикам было глубоко плевать на то, какой заклинание будет в итоге выбрано. А вот на то, за кем останется последнее слово, плевать им не было.

В итоге спор разрешил Нирмо, сказав, что они воспользуются обычными пытками и псионическим чувством лжи, присущим второму ритуалисту - тому самому, который нанял в телохранители пиратов. Осведомившись у тюремщика, сколько осталось идти до камер помощников чернокнижника, и получив ответ о том, что до демонов много, Гар оставил Гвиредо в покое и повернулся к Нирмо, спрашивая, зачем вообще пытать слуг казненного.

Философски пожав плечами, старший маг сообщил, что можно и не пытать, но если хочется, то можно и пытать. А потом приказал соблюдать молчание, и оставшиеся полчаса тишина подземной части тюрьмы прерывалась лишь редкими всхлипами, всхрапываниями или вскриками заключенных, тяжелым дыханием тюремщика-проводника и стуком о каменный пол окованных сапог телохранителей Нирмо и его стальной трости.

Очередная комната, в которую они зашли после того, как тюремщик отпер двойную дверь и поднял третью при помощи ворота, напоминающего механизм поднятия крепостных ворот, была весьма необычной. Квадратное помещение, в центре которого стояла огромная каменная колонна с вплавленным внутрь негатором магии, была абсолютно пустой за исключением четырех клеток. Клетки стояли по направлениям сторон света от колонны-негатора, и в них не наблюдалось дверей или иных способов покинуть их. Каждая клетка состояла из целых трех клеток разной величины и с разным размером ячеек решетки. Меньшие клетки помещались в большие, а решетки так перекрывали друг друга, что увидеть заключенных можно было лишь в маленькие просветы. Фигуры внутри были скованы цепями, заканчивающимися за пределами камер. Это позволяло допрашивающим беседовать с пленниками, подтягивая цепи ближе к себе. Чтобы заключенные не втянули цепи внутрь, исключив, таким образом, имеющуюся возможность притянуть их к краю клетки для допроса (и заставив пользоваться для этого шестами или копьями), цепи снаружи заканчивались огромными металлическими шарами.

– Ваше магичество, избегайте пользоваться здесь чарами.
– прогундосил тюремщик, вытирая нос рукой, - Из клеток этот собачий корм не вытащить просто так. Если вам захочется, то нужно спросить у начальника тюрьмы и, если он согласится, то разломать негатор, затем прожечь клетки или иным образом открыть путь наружу этим хлюпикам. Но не советую - больно бешеные.

Нирмо внимательно посмотрел на тюремщика, кивнул и нетерпеливо махнул рукой, освобождая его. Толстяк протопал к вороту подъемной двери комнаты и там застыл. Можно было не сомневаться, что этот детина при попытке побега легко и быстро опустит дверь на место, а потом неторопливо покосолапит за помощью в караулку стражи, до которой с его скоростью идти не меньше часа.

Чародеи собрались в кружок у восточной клетки и принялись обсуждать ситуацию. Чихающий Нирмо - на этот раз, похоже, не симулирующий аллергию, - вдумчиво изучал документы в папке, пытаясь определить, перед чьей именно клеткой они стоят. Труд художника на изображение данного пленника, бывшего ранее одним из четырех выживших низкоранговых слуг чернокнижника, явно пожалели, и в папке имелось только словесное описание.

Старший маг, изучив протокол допроса двадцатилетней давности, передал папку по кругу остальным магам и взмахом руки подозвал тюремщика. Когда тот подошел, маг попросил его подтянуть металлические шары к нему, чтобы пленник приблизился к краю клетки. Тюремщик, с удовольствием слушая стоны пленника, поочередно передвинул все четыре шара - по одному для каждой из конечностей - и вернулся на свое место у ворота третьей двери.

Приказав всем сделать шаг назад во избежание неожиданностей - через ячейки клетки вполне можно было просунуть худую руку - Нирмо приступил к стандартной процедуре допроса, благо псионические способности, хоть и ослаблялись негаторами магии, но чтения аур, телепатии и предвиденья это касалось в гораздо меньшей мере, чем, скажем, левитации, телекинеза или пирокинеза и им подобных, которые вообще было невозможно использовать вблизи негатора.

Третий пленник отказался отвечать на вопросы, и его пришлось пытать. Юстициары, выйдя за пределы действия негатора, телепортировали откуда-то несколько деревянных шестов, небольшой набор пыточных инструментов и одушевленный шамбок[47], которому негатор магии не мог помешать действовать.

Притянув пленника вплотную к решетке, его шею и колени зафиксировали деревянными шестами, а руки вытащили из клетки цепями. С обратной стороны юстициары запустили шамбок, который по приказу наносил удары пленнику. Пока маги Юстиции Тайн Глелисы и ритуалист-чтец аур разбирались со строптивым пленником - на это понадобилось весьма немного времени, всего лишь около двадцати минут, - Нирмо и Гар отвернулись от клетки и принялись обсуждать последние новости о передвижениях войск Царства. Их отряду нужно было пройти к замку Вайолетхам через вражескую территорию, и желательно было знать расположение каждого более-менее большого отряда противника. Маги были достаточно брезгливы, чтобы не получать удовольствия от зрелища пыток, но и достаточно равнодушны, чтобы беседовать совсем близко от пытаемого. Впрочем, Гар навскидку не смог, разумеется, вспомнить дислокацию более чем трех десятков отрядов Царства, но общую картину описал довольно радужно - основная трудность будет в том, чтобы уничтожить патрульных и отряды пограничной стражи, а далее избегать крупных поселений, способных послать гонцов в главный лагерь царской армии у замка Пайншор.