Чтение онлайн

Они оба закатывают глаза. Калеб топает обратно в гардеробную, а Сара надувает губы, возвращая комикс в стопку. Я заставляю их выйти из комнаты, чтобы проверить, всё ли на своих местах. Закрыв за нами дверь, я следую за Сарой в ванную через коридор.

Здесь, конечно, тесновато для нас двоих — большая стеклянная душевая кабина занимает почти всё пространство. Черные шестигранные плитки на полу эффектно контрастируют с белыми стенами, которые внутри душевой переходят в кафель со встроенной скамьей. У стены стоит небольшая тумба с крошечным шкафчиком под раковиной, а над ней — зеркальная аптечка.

— Придется тебе принимать ванну у меня, видимо, — говорит Сара, садясь на закрытую крышку унитаза.

Признаюсь, я не ожидала, что отсутствие ванны так на меня подействует, но реальность бьет по голове. Ванна — это место, где я расслабляюсь, прихожу в себя и сбрасываю напряжение. А за последний месяц она еще и стала спасением для моего уставшего, ноющего тела.

— Может быть, — надуваюсь я, включая и выключая кран.

— Или установить ванну? У него же явно есть деньги. Места здесь достаточно.

Я тихонько смеюсь.

— Да, начну-ка я составлять список требований. — Выпрямляюсь, изображая свою худшую версию. — Спасибо, Бо, что разрешил мне переехать сюда, потому что я не смогла стать успешным взрослым самостоятельно и забеременела от тебя. Как насчет полного ремонта ванной? А заодно, может, построишь мне башню для сна?

Сара ухмыляется.

— Ладно, справедливо, — говорит она, вставая рядом со мной. Мы смотрим на свои отражения в зеркале и оба меланхолично вздыхаем.

— К тому же, душевая, возможно, необходимость, — замечаю я, указывая на несколько поручней. — Без ванны я обойдусь.

— Соглашаюсь не соглашаться, — парирует Сара, поправляя волосы и любуясь своим отражением с надутыми губами и приподнятыми бровями. Я делаю то же самое, взбивая чёлку, чтобы она лежала лучше. — Раньше мы так каждый день делали, — задумчиво говорит она, ловя мой взгляд в зеркале.

— М-м?

— Прихорашивались вместе у зеркала. Иногда мне этого не хватает. И той старой квартиры — очень.

Мне тоже её не хватает. Не хватает Марси и мамы, танцующих на кухне и хихикающих, как школьницы, над бокалами пино гриджио. Не хватает хаоса, когда четыре женщины пытаются делить одну ванную и одну машину. Не хватает ощущения молодости, беззаботности и наивности. Я потратила кучу времени, мечтая поскорее повзрослеть. Нетерпеливо ждала, когда же начнётся моя собственная жизнь. Но так и не дождалась. Просто стала старше. А теперь — вот я какая. Ничего не добилась.

— Ты всю мою косметику стащила, — огрызаюсь я, избегая накатывающей ностальгии.

— Зато я тебе взамен косички заплетала, — парирует она, играя с прядью моих волос. Потом сжимает губы, взгляд её устремляется куда-то далеко, а пальцы машинально скручивают мои волосы. — Я, кстати, вчера разговаривала с Джун.

— О. — Не то чтобы это было полной неожиданностью — мама могла позвонить Саре, раз я не отвечала на её звонки больше месяца. Но странно, что Сара сказала мне об этом только сейчас. Обычно она тут же пишет мне, чтобы я прекратила и не делала её посредником.

— Она волнуется. Говорит, ты от неё отдалилась.

— Ну да.

— Я знаю, это непросто, Уин. Я знаю, какая она. Но ты должна ей сказать. Она скучает, и вряд ли она отреагирует плохо. Было бы лицемерием с её стороны.

— Я знаю. Я... я скажу. Просто после той новости было столько дел. Нужно было осознать все эти перемены. Потом сборы, переезд... Но я обещаю. Позвоню ей сегодня.

— Хорошо, — Сара отпускает туго заплетённую прядь у моего уха. — Отлично.

Мы мягко улыбаемся друг другу, глядя в зеркало.

— Наверное, стоит пойти помочь Калебу, — говорит она, уголки её губ дрогнули в ухмылке.

Я смеюсь, кривя лицо.

— О, чёрт, точно. Совсем про него забыли.

И мы бежим во двор.

Глава 15

После нескольких часов разгрузки, распаковки и перестановки мебели в моей спальне мы решили, что на сегодня хватит. Сара и Калеб ушли после того, как я заказала пиццу, оставив меня наедине с целой коробкой еды в странно тихом доме.

Мне потребовалось несколько попыток, но в итоге я всё же разобралась с проигрывателем. Теперь Фрэнк Синатра поёт о том, как «в апреле был на коне», а я загружаю простыни в сушилку и подпеваю так громко, что дом уже не кажется таким пустым. Поскольку соседей за стеной нет, я могу орать тексты сколько душе угодно. Я смеюсь, глядя в потолок, когда старина Фрэнк называет себя бывшим пиратом. Потому что именно это и привело меня сюда.

И, чёрт возьми, я тоже соберусь и вернусь в гонку. Как советует мистер Синатра.

Я скольжу по дому, грациозно вальсируя с рукой на своём «почти что» беременном животе, периодически останавливаясь, чтобы перекусить льдом. Когда простыни в сушилке заканчивают сушиться как раз под последние ноты на второй стороне пластинки, я заправляю кровать и забираюсь в неё.

Достаю телефон и сразу же проверяю сообщения от Бо. Он спрашивает, как я устроилась, даёт инструкции по поводу душевого крана (который, оказывается, установлен задом наперёд и может капризничать) и сообщает, что вернётся завтра до обеда. Я быстро отвечаю, затем открываю переписку с мамой. Печатаю несколько извинений, но потом решаю просто позвонить.

Она поднимает трубку после первого же гудка.

— Она жива, — объявляет мама вместо приветствия.

— Привет, мам. Прости. В последнее время было очень много дел. Я скучала.

— Сара тоже так сказала. Хотя больше ничего не рассказала. Как всегда, хранит твои секреты. Полагаю, поэтому ты и звонишь? Не хотела быть посредником?

— Нет! Ну… да, она сказала, что ты звонила. Но дела и правда были. И да… мне нужно кое-что тебе сказать. — Я поднимаю глаза к потолку, пытаясь подобрать слова. Или, как вариант, надеясь, что прямо сейчас начнётся инопланетное вторжение или апокалипсис. — Я беременна.

Два слова. Вот и всё. Просто. Теперь это сказано. Обратного пути нет.

В трубке воцаряется тишина. Болезненная тишина.

— Мам?

— Я здесь.

— Ты… ты меня слышала?

— Слышала что? Извини, у меня сериал идёт.

— «Королева Юга»? Мам, он же на Netflix — просто поставь на паузу. — Некоторые традиции, например, воскресные теленовеллы, никогда не умрут. Наверное, Сара сейчас тоже лежит в кровати и смотрит. Это всегда было их с мамой делом, а иногда они приглашали присоединиться меня и Марси. Только если мы не задавали слишком много вопросов вроде: «Разве он не умер?», «Кто это?», «Когда она успела закрутить роман между убийствами?» или «Разве это не её отчим?»

Она ворчит, кресло скрипит, когда она тянется за пультом.

— Ладно, ладно, ладно. Просто ты застала меня на самом интересном месте. Тереза только что позвонила...

— Я беременна, — перебиваю я.

— Ты? — резко говорит она, и в её голосе слышится ошеломлённый смешок.

Не знаю, почему её удивление меня задевает, но это так.

— Да, я.

Она издаёт звук, похожий на фырканье. Половина — удивление, половина — шок.

— Ну… а кто отец?

Конечно. Ни «как ты себя чувствуешь?», ни «какой срок?». Хотя ладно, наверное, следующий вопрос логично про отца, но первые два важнее.