Чтение онлайн

— Бросить тебя, когда ты нуждался в ней больше всего – это не услуга. Это подло. Она хотя бы могла сказать тебе в лицо, что не выдержит. Дать тебе…нормальное завершение.

Бо пожимает плечами.

— Но она уже заканчивала раньше. Это я каждый раз пытался всё исправить – поэтому мы снова и снова сходились. Может, она знала, что по-другому не получится. Ей пришлось причинить мне боль, чтобы я отпустил её. И, честно, мало кто остался бы, когда худший сценарий стал неминуемым.

«Я осталась бы» – думаю я. И сразу же ругаю себя за то, что даже в мыслях ставлю себя выше Коры. В конце концов, я не знаю, как повела бы себя на её месте. Но вряд ли бросила бы его. Я просто не понимаю, как можно так поступить. Даже представить, через что он прошёл, – почти доводит меня до слёз. Мне хочется взять его за руку, прижать к груди, провести пальцами по его волосам. Защитить его. Укрыть. Как будто это могло бы изменить прошлое.

— Когда ты сказал отцу? – спрашиваю я.

— Часов за шесть до операции… – отвечает он, затем пускает губами дрожащий звук и смущённо отводит взгляд.

Я стону:

— Ауч.

— Да. Не мой лучший момент.

— Как он отреагировал?

— Эм, не очень хорошо, – Бо говорит чуть выше обычного, и в его чертах снова проглядывает что-то весёлое. — Он перешёл на родной язык и назвал меня всеми возможными словами, а потом взял первый же рейс сюда. После операции он остался со мной на три месяца. Без его помощи я бы не смог вернуться домой. Вообще не представляю, что бы я делал.

— Похоже, он замечательный отец, – говорю я, пока Бо наклоняется и подбирает что-то с песчаного берега. — И я знала, что он живёт во Франции, но не думала, что он француз.

— Да, мама была отсюда, а папа – из маленького городка под Парижем. Они познакомились, играя в одном оркестре в Торонто, и поженились через десять дней.

— Ты шутишь! – я фыркаю.

— Нет, всего десять дней, и им было по девятнадцать. А меня они завели только через десять лет.

— Это…это дико, – говорю я.

— Папа говорит, что в тот момент, когда увидел маму, он просто понял. Взглянул на неё – и увидел всю свою дальнейшую жизнь.

Бо замолкает, в его глазах появляется сладкая, тоскливая нежность, и он мягко улыбается мне. Наверное, он думает о Коре и о том, что могло бы быть.

— Ты, наверное, скучаешь по ней, – говорю я, имея в виду его мать…хотя понимаю, что это можно отнести и к Коре. Иногда те, кто нас преследует, всё ещё живы. Я это тоже понимаю.

— Да, – соглашается Бо, поворачиваясь к тропе. — Но когда она умерла, я был совсем маленьким.

— Мне жаль, – говорю я, подстраиваясь под его шаг. — Ты многое помнишь о ней?

— Нет, – просто отвечает он. — Но у папы было много историй и фотографий. Он сохранил всё её – например, её коллекцию винила. Большинство пластинок в доме – её.

Он останавливается, вытягивает руку, преграждая мне путь.

Я смотрю вперёд, ожидая, что из кустов выскочит скунс или что-то похуже. Но ничего не появляется.

— Ты это слышала? – тревожно спрашивает он, понизив голос. Он резко оборачивается, озираясь по сторонам.

— Нет? – шепчу-кричу я, отстраняясь от его беспорядочных движений. — Что…

— Чёрт, где это?

— Что? – громче переспрашиваю я.

— Я услышал гуся.

Я резко останавливаюсь, подошвы скребутся о каменистую тропу. Недоумённо смотрю на него, губы сами растягиваются в улыбку, которую я еле сдерживаю, чтобы не рассмеяться.

— Мы на пляже в Канаде, Бо. Ты будешь слышать гусей, – говорю я, продолжая шептать – просто потому что это абсурдно.

— Они меня ненавидят. – Бо поворачивает голову к звуку над водой слева от нас, плечи подняты до ушей.

— Они тебя ненавидят…

— Они каждый раз нападают на мою ногу. Не знаю, потому что она блестящая и им это нравится, или потому что гуси – маленькие эйблистские ублюдки, но они вечно пытаются меня атаковать.

Я пытаюсь сдержать смех. Правда пытаюсь. Но терплю поражение. Полное. Взрываюсь.

— Прости, что?

Бо наклоняется, подбирает камень размером с ладонь и готовится к броску.

— Ты не можешь его использовать, – говорю я, выхватывая камень и отбрасывая в сторону.

Наши пальцы на мгновение соприкасаются, но по тому, как бешено стучит моё сердце, можно подумать, что он прижал меня к ближайшему дереву и сорвал колготки. Чёртовы гормоны.

— Сегодня никаких убийств гусей, дружище. Я почти уверена, что это самый священный закон Канады, и я не собираюсь таскать ребёнка к тебе в тюрьму.

Он шикает на меня, снова поворачивается к воде, затем оборачивается на месте, как охранник на посту.

Я смеюсь над ним, на этот раз ещё громче.

— Хватит! – хмыкает он, и сам начинает смеяться. — Это не смешно!

Я качаю головой и снова иду в сторону дома Бо.

— Пошли, – зову я, на пару шагов впереди. — Я защищу тебя от любых возможных гусей-нападающих.

— Если что, я брошу тебя им, – говорит он.

— Только если догонишь меня сначала.

Глава 17

Когда мы вернулись с прогулки по пляжу, Бо ушел говорить по телефону в свою комнату, а я начала собираться, чтобы снова выйти. Когда я уходила с Сарой (мы планировали купить новые картины для моей комнаты и пообедать), он всё еще говорил. И конечно же, как всегда бывает с секонд-хендами, я нашла не только то, что искала, но и кучу вещей, о существовании которых даже не подозревала.

В том числе – очень милую радужную головоломку-пирамидку для малыша и несколько мелочей для каминной полки в гостиной. Несколько картин в рамах (акварели), керамические подсвечники, красивые свечи для них и одну маленькую бирюзовую рамочку в форме ракушки, в которую идеально вписалось наше УЗИ. Её я поставила по центру, над пустующим камином.

Бо, кажется, не был против новых приобретений. Когда я поставила последнюю вещь и отступила, чтобы полюбоваться результатом, то обернулась и увидела его стоящим позади. Он, как часто бывает, прислонился к стене и улыбался. Не мне, а той маленькой фотографии на новом месте.

Я подумала, что неплохо бы держать снимок на виду. Напоминание о том, ради чего всё это.

Потом я взяла стопку комиксов, которые Бо оставил для меня в комнате, и читала несколько часов. Сейчас я осилила шесть из восьми, и мой желудок напомнил, что пора ужинать. И вот тут начался мой внутренний хаос.

Казалось бы, ужин – что может быть проще? Но нет. Это наш первый ужин под одной крышей, и от того, как он пройдет, может задаться тон на будущее. Я понятия не имею, что Бо обычно ест. Видела его только с выпечкой, крекерами или чипсами.