Чтение онлайн

Они оставили Стену позади, она видела ее сияние за деревьями. Они были за Стеной, она еще этого не видела. Но не было времени удивляться. Дэрроу сжал ее плечо и потянул с силой к берегу. Он запел низкие чары, его плащ и костыль полетели по воздуху и упали на траву. Он повел ее, но не к берегу, а к поваленному дереву в воде, его ветви ловили листья, прутья и прочие предметы в воде. Теперь оно собиралось поймать Калвин. Она поняла его план, протянула руки к ветке. Черная вода бушевала, проносясь мимо, но Калвин не двигалась.

Ее голова была над водой, она вдохнула и посмотрела, как Дэрроу легко выбирается на берег, как выдра, и отряхивается. Он схватился за дерево и сжал руку Калвин, потянул ее к берегу с такой силой, что ей казалось, рука сломается. Он пел чары, чтобы поднять ее? Она не слышала от рева воды. Нога задела дерево, но она не ощутила это, с воплем облегчения она рухнула на сухую землю и сжалась там на миг, дыша и сжимая землю.

Три

Город Сырного камня

Калвин протянула покалывающие руки к огню. Дэрроу заставил ее собрать хворост в роще, согреться на бегу, а потом разжег костер с огнивом. Потом он позволил ей сесть, укутал в свой сухой плащ. Кроме треска огня, стояла тишина. Был почти рассвет, осталась одна луна, сияла бледно над темными деревьями. Вокруг них зашевелились птицы с приближением утра, первый робкий зов, другой, и лес зазвенел от их щебета.

Калвин моргнула и вдохнула. Она не будет плакать перед Дэрроу. Но было поздно, и он хмуро посмотрел на нее.

— Что такое?

Она приглушенно сказала:

— Мне стыдно.

Дэрроу растерялся. Он пошевелил палкой костер, искры взлетели в воздух.

— Не стыдно бояться утонуть, если тебя не учили плавать, — сказал он. — Говорят, дети Пенлевина умеют плавать раньше, чем ходить. У них там море и болота. Но, уверен, что никто из них не может успокоить рой пчел, не дрогнув.

Ее зубы стучали так сильно, что говорить было сложно.

— Я бы утонула, если бы не ты.

— Ах, — он кашлянул, смутившись. — Тогда я в долгу перед тобой лишь дважды, а не трижды. Но все равно тебе лучше быстрее учиться. Я не хочу выуживать тебя в следующий раз.

Она издала дрожащий смешок.

— Так ты возьмешь меня с собой?

Он смотрел на огонь, а не ей в глаза.

— Я не думал брать ученицу. Но я не могу прогнать тебя. И, думаю, я все еще в долгу перед тобой.

Не такое приветствие надеялась услышать Калвин.

— Тебе понадобится моя помощь в горах, ты сам знаешь, что нога еще не зажила, — она вспыльчиво добавила. — И я не хочу быть ученицей. У меня есть своя сила, я равна тебе в чарах.

— Но не в плавании, — мрачно сказал Дэрроу.

От возмущения слезы Калвин пропали.

— Если думаешь, что я тебе мешаю, я пойду одна, — она вскочила на ноги.

Дэрроу мягко сказал:

— Тогда верни мне плащ, — Калвин увидела улыбку в его серых глазах. — Лучше высуши волосы, не трать огонь. Я бы хотел уйти подальше от Антариса, а потом мы отдохнем.

Калвин послушно склонилась и перебирала волосы пальцами перед огнем, радуясь, что они скрывают ее лицо и внезапную радостную улыбку на нем. Она впервые была за стенами Антариса после того, как попала уда, кто знал, что за чудеса и ужасы ждали ее? Река журчала рядом, словно смеялась с ней, лес пел с птицами.

Дэрроу засыпал огонь землей, и они пошли снова. В этот раз тропы не было. Они шли как можно ближе к реке, деревья толпились у берега. Дэрроу указал на одну из горных вершин.

— Нужно идти туда, к вершине в форме головы сокола. Там проход, что приведет нас к землям Калисонс. Так я пришел сюда.

— Мы зовем ту гору Ястреб, так приходят торговцы.

Калвин устала, одежда все еще была влажной, и было неприятно идти в мокрых ботинках. Она с тоской подумала о теплом хлебе и меде на завтрак, останься она за Стеной. Но солнце поднялось, коснулось золотом деревьев, и она уже не хотела оставаться запертой. Она глубоко вдохнула.

— Тут воздух… как желе королевы! — восхитилась она. Ее мать ощущала такое в начале приключений?

Через какое-то время она спросила:

— Думаешь, Самис пойдет за нами?

Дэрроу ответил не сразу.

— Пока он останется в Антарисе. Он не захочет уходить без ледяных чар. Да, он не рад, что упустил добычу. Но ему нравится охота, а охота не окончена.

— Он может не найти нас, — возразила Калвин, этим утром все казалось возможным.

— Может, — согласился Дэрроу с тенью улыбки.

Днем Калвин почти падала от усталости. Дэрроу заметил это.

— Стоит поспать, — резко сказал он, когда она зевнула в третий раз, — пока солнце еще греет. Идти можно и в свете луны, — он указал костылем на залитый солнцем луг. — Тут должно быть удобно.

Калвин подумала, что он дразнит ее, но он собрал груду листьев и опустился на землю. Она стояла и смотрела, как он укутывается в плащ. Она выбрала место чуть в стороне от него, легла спиной к нему. Она устала, но не могла не думать, что Дэрроу лежал в ладони от нее, она слышала его тихое дыхание. Повезло, что они спали днем, ведь ночью было бы слишком холодно, пришлось бы лежать рядом…

Ее глаза открылись. Поэтому? Он стеснялся, как и она? Но она слишком устала, чтобы думать долго об этом, и вскоре уснула.

В пути Дэрроу был бодрее. Он был вы лучшем настроении во время их пути на восток, чем за все время в Антарисе, пока он шутил, дразнил ее, пел и рассказывал истории.

Путь был непростым. Нога Дэрроу еще не зажила, и хотя он использовал костыль и чары, ему было больно. Были дни, когда они почти не двигались. Вскоре они вышли из укрытия деревьев, оказались в другой части дикой земли. Жестокие камни тянулись к небу, словно изображали башни Антариса, оставшиеся позади, и тропа шла вдоль обрывов, что тянулись так глубоко, что не было видно, что на дне. Земля была мрачной, серой и каменистой, и ночью Калвин дрожала, а ветер стонал среди камней.

Путь торговцев был чуть шире тропы. Если бы не старые лагеря, что они миновали и порой использовали, Калвин боялась бы, что они заблудились. Но черные кольца древних костров и пещеры, где ночевали торговцы, обрывки ткани и кости показывали, что они не шли слепо по земле.

В один из дней им пришлось скрываться, торговцы шли мимо. Скрытые камнями, Калвин и Дэрроу слушали ворчание мужчин и грохот телег, они тянули их за собой. В телегах были сковороды, шелк и специи. Казалось, прошло много времени, и грохочущие телеги пропали из виду.