Чтение онлайн

— Некогда было решаться, — пожал я плечами в ответ, и тот многозначительно хмыкнул, возвращаясь к еде.

Хотелось бы добавить что-то еще. Какую-нибудь глупую шутку. Нечто такое, что позволит сблизиться с ребятами еще сильнее. Откинуть всякие формальности и, пусть ненадолго, но стать своим в их кругу. Однако больше, чем намерением это не стало — так и застряло в горле.

Как только эпизод с червем был исчерпан, в воздухе снова повисла неловкая пауза. Правда, длилась она недолго. Едва я успел сделать еще один глоток терпкого вина…

— Так это, выходит, теперь и глава с нами мясо жрёт, а? — раздался бойкий голос с дальнего конца стола. — Считай — удача нас не покинет!

— Только не подливайте ему много, — сразу вторил ему другой. — А то завтра на тренировке всех нас уложит!

Лёгкий смех прошёлся по кругу, и тут даже я не удержался — уголки моих губ дёрнулись. Может, не по-настоящему. Может, где-то в глубине души я всё еще сопротивлялся и делал ставку на одиночество, но достаточно для того, чтобы они приняли это за снисходительную улыбку.

Когда захмелевшие бойцы принялись болтать между собой обо всем и ни о чем, переключившись с меня на своих товарищей по оружию, я продолжал просто сидеть и слушать их. Не вмешивался, не встревал в обсуждение людей и событий, которые прошли мимо меня. Просто был рядом и всё равно чувствовал себя чужим. Чуть меньше, чем обычно, но всё же чужим.

Немало времени пройдет, прежде чем я смогу привыкнуть к ним, а они ко мне. Сколько еще битв ожидало нас впереди, в которых мы будем сражаться плечом к плечу? В которых я смогу заслужить их уважение и доверие по-настоящему, а не только потому, что являюсь их господином.

Во взглядах окружавших меня сейчас людей уже не было прежней настороженности. Удивление — да, недоверие — местами. Но холод ушёл, а значит, первый шаг сделан. Собрать нас всех вместе, устроить скромный, но праздник… Пожалуй, это того стоило, и двигаюсь я в правильном направлении. По крайней мере, пытаюсь.

Пусть я не умею говорить красивых тостов. Пусть мне тяжело доверять, но сейчас я сидел и пил с ними за одним столом, а они — со мной.

Пока что этого достаточно.

Однако недолго мне удалось посидеть в веселой компании, наслаждаясь вкусом жаренной на огне снеди.

Крупная капля крови упала на тарелку, стоило мне насадить на вилку очередной кусок мяса. Затем вторая и третья… Прислонив ладонь к лицу, а после приглядевшись к ней, увидел на пальцах смазанную алую полосу.

От внимания гвардейцев мое состояние тоже не скрылось. По меньшей мере, от одного из них.

— В-ваше Светлейшейство?.. — пролепетал Степан, обеспокоенно уставившись на меня.

Даже после высвобождения поглощенной энергии Бездны, перенасыщение скверной всё еще напоминало о себе. Либо целиком от нее избавиться не удалось, либо откат давался тяжелее, чем в прошлый заход, но, кажется, в этот раз времени на полное восстановление понадобится чуть больше.

Не зарься на кусок, который не способен проглотить — будет мне урок на будущее.

— Всё в порядке, — выдавил я из себя подобие улыбки и медленно встал из-за стола. Утер нос тыльной стороной ладони, окинул взглядом всех присутствующих за притихшими в момент столами. — Завтра с утра буду ждать здесь всех, кто решит продемонстрировать мне свои боевые навыки. Нужно наверстать упущенное и… — снова этот противный комок встал в горле, мешая подбирать правильные слова, — … хорошенько повеселитесь сегодня. Праздничный вечер еще не закончен.

Неприятно получилось, конечно, но на сегодня с меня уже хватит. Всё, что мне сейчас хотелось — провести остаток дня в одиночестве и восстановиться. В следующий раз ту же ошибку дважды я допускать не стану.

Гвардейцы проводили меня с заднего двора под ободряющие возгласы, но и в поместье я возвращаться не спешил. Обогнул его по мощеной дорожке, вышел к фасаду и уселся на нижние ступени. Блуждающий взгляд сам собой остановился на столпе алого света, источаемого Бездной и уходящего высоко в чернильно-черное небо.

Единственное во всем мире место, где я чувствовал себя по-настоящему живым, казалось отсюда невероятно далеким и одновременно слишком близким. Но, благосклонное ко мне, оно так же не прощало слабости, эгоизма и жадности.

Кровь сочилась из носа, не переставая. В какой-то момент рукав черной рубахи пропитался ею насквозь, и вот передо мной снова возникла тонкая женская ручка. На этот раз протягивающая мне не кружку с горьким отваром, а закупоренный пробкой бутылек с мутновато-зеленой жидкостью.

— Выпей. Это остановит кровотечение, — тоном, не терпящим возражений, произнесла Кара.

И когда только мы успели перейти с этой девушкой на «ты»?..

Впрочем, бутылочку я взял. Откупорил крышку и, поморщившись от горьковатого привкуса, осушил ее до дна. Еще в детстве любое лекарство казалось мне отвратительным на вкус, но творения Кары по вкусовым качествам превосходили их с лихвой, в плохом смысле.

— Лучше? — улыбнулась темная целительница и присела на ступеньку рядом со мной. Так близко, что я сквозь одежду ощутил тепло ее тела.

— Есть у тебя какая-то специфическая способность всякий раз появляться вовремя, — не удержался я от сомнительного комплимента в адрес целительницы. И да, мне, действительно, стало лучше. — Спасибо, — пожалуй, впервые поблагодарил я ее.

— Предпочитаю наблюдать за всем со стороны, как и ты, — с легкой грустью воззрилась она туда же, куда и я — на алеющий вдали столп света. — Но я была бы ужасным магом, если бы не почувствовала перемены в твоем состоянии. Тогда и сейчас… Сказать по правде, теряюсь в догадках, как же в конечном итоге сложится твоя судьба. Один против всех или же один во главе всех остальных?..

Некоторое время мы сидели молча, просто любуясь игрой багровых всполохов на ночном небе. Но, на удивление, первым воцарившуюся тишину нарушил я.

— Значит, это и есть твое решение? Желаешь остаться в поместье?

— Даже если бы я осмелилась покинуть его, рано или поздно святоши всё равно нашли бы меня и обвинили в том, чего я не делала, — вздохнула Кара. Похоже, она уже смирилась с этим. — Им не нужны доказательства. Им достаточно одного только факта моего существования, чтобы свершить так называемое правосудие. Если так подумать, на убийство способен каждый, но в первую очередь все подозрения падут на того, к кому общество изначально относится предвзято.