Чтение онлайн

И снова…

— Ох, — и снова под ногами сама собой возникла здоровенная красная роза. — Благодарю! — крикнула она, обращаясь ко всему миру разом. — Спасибо большое! — и ушла с балкона.

И всё у сеньоры Грации было хорошо. И с тех пор, как мятежный дух двора перестал ей докучать, тревожило её лишь одно…

Из головы никак не шёл сеньор Артуро! Судя по тому, что она успела о нём узнать самостоятельно и тому, что расспросила у подруги — гениальный человек. Молодой, видный и, что немаловажно, такой загадочный. И как же хотелось теперь познакомиться с ним чуть ближе.

— А раз хочется, — сказала Грация самой себе вслух. — Значит, надо делать.

Под лежачий камень вода не течёт, а значит нужно наведаться в ресторан «Марина». Как минимум — пококетничать и посветиться перед сеньором Маринари, а как максимум…

— Так!

Девушка посмотрела на часы и обнаружила, что сейчас всего лишь час дня. Домашние дела и обязанности она чуть перенесла, но всё это не критично. Ноги в руки и бегом. За два часа девушка успела сбегать в магазин за продуктами, забрать вещи из прачечной, перемыть всю посуду в доме и полить цветы у соседки, которая временно отъехала из Венеции по делам. И оставалось ей теперь лишь накраситься.

— К шести часа я буду неотразима, — улыбнулась сама себе сеньора Грация и взялась за косметичку…

Интерлюдия. Каналы Венеции

— Ба-а-а-а! — с нотками нытья в голосе протянула средняя внучка. — Ну ба-а-а-а!

— Бабуль! — требовательно крикнула старшая, а младшенький тупо заладил:

— Ба! Ба! Ба! Ба!

И вот так одно из счастливейших событий в жизни сеньоры Джиневры обернулось… не то, чтобы несчастьем, но каким-то изматывающим сумбуром. Сын то ли забыл предупредить её, что привезёт внуков на выходные, то ли принял это решение в самую последнюю секунду, но факт остаётся фактом. Нежданно-негаданно, по дому сеньоры Джиневры бегали три несносных ребятёнка. Несносных и, что самое важное, голодных!

Готовки сеньора Джиневра не чуралась и как любая бабушка была рада угодить внучатам, но на сей раз у неё не было подготовки. Более того, дома не было даже продуктов.

— Ба! Ну ба-а-а-а! Есть что-нибудь вкусненькое?

Впервые за сорок лет сеньора Джиневра пожалела о том, что бросила курить и сейчас в доме не было сигарет. Ведь закурить хотелось так, что аж зубы сводило. И на почве собственной несостоятельности как бабушки, к сеньоре Джиневре на мягких лапах начала подкрадываться настоящая депрессия.

— Подождите, — взмолилась она. — Бабушке нужно подышать воздухом, — и вышла на балкон.

Казалось бы, какая ерунда? Однако этот неожиданный визит напрочь выбил Джиневру из седла. А внуки ведь всё расскажут! Расскажут, что горе-бабка оставила их голодными, и больше их к ней не привезут!

— Ужас какой…

Чтобы хоть как-то успокоиться, сеньора Джиневра начала проделывать дыхательную гимнастику, но тут вдруг увидела странное. Из-за угла по каналу выплыла гондола. И слово «выплыла» здесь не совсем уместно, а молодёжь вообще сказала бы: «валит боком».

Гондола шла будто по облачкам — аккуратно, ровно, и притом на большой скорости. Она резала воду под нужным углом и проходила в считанных сантиметрах от препятствий. То, как гондольер прошёл через поворот, вообще никак не вязалось с обычной человеческой физикой. В этом чувствовалось нечто большее, чем обычная гребля. Это было не просто управление лодкой, а искусство.

— Сеньор Бартоломео, — выдохнула Джиневра, издалека узнав именитого гондольера.

Во-первых, тому способствовал эксцентричный внешний вид мужчины и его вычурная одежда, ни капельки не похожая на обычную полосатую форму гондольеров. Ну а во-вторых… кто же не знает Бартоломео?! Человек выигрывал все профильные конкурсы, которые только проводились в городе. Выигрывал до тех пор, пока внезапно не пропал в своём чёртовом Дорсодуро.

Однако и это не главное. Главное, что на носу у гондолы Бартоломео висела вывеска с надписью: «СВЕЖАЯ ВЫПЕЧКА РЕСТОРАЦИИ МАРИНА», — и в ней сеньора Джиневра увидела своё спасение.

— Сюда! — крикнула старушка, перевесилась через балкон и начала отчаянно семафорить. — Сюда, прошу вас!

Бартоломео услышал. Бартоломео причалил прямо под окна её квартиры и требовательно поглядел наверх, а Джиневра уже спускала ему специальную корзинку.

— Всего! — крикнула она, внезапно вспомнив что знаменитый гондольер всегда был не очень-то разговорчив. — Всего и по три… нет! По шесть штук!

Бартоломео молча положил в корзинку сладости, а затем жестом показал, что взамен хочет три денаро.

— Без проблем!

Сделка свершилась. Гондольер получил деньги, а внуки уже через секунду растрёпывали корзинку с выпечкой. Мрачные мысли тут же отступили и сеньора Джиневра умилялась тому, как младший измазал нос в рикотте.

— Секунду, — задумалась вслух бабушка. — «Марина»?

Вспомнила где именно находится этот ресторан, улыбнулась и подумала: а действительно ли ей нужно стоять по двенадцать часов у плиты, когда это время можно провести играя с внуками?

— Заплывайте ещё! — крикнула она вслед Бартоломео, выскочив на балкон…

— Что там такое? — нахмурился Лоренцо, прислушиваясь к крикам из зала. — Разве мы уже открыты?

— Нет, — взглядом я нашарил на столе чистую тряпку и начал вытирать руки. — Мы не открыты, — ну а когда в одном из кричащих голосов распознал голос Джулии, ускорился и чуть ли не бегом выскочил в зал.

Выскочил и увидел, как какой-то хрен очень грубо держит мою кареглазку за руку. Высокий, собака такая, плечистый. Почему-то с первого взгляда мой мозг выстроил ему одному понятные ассоциации и решил, что он похож на канадского лесоруба. Может, дело в этой рубашке в клетку?

Но суть остаётся сутью — какой-то гад посмел поднять руку на девушку. На Джулию или не на Джулию при этом вообще не важно. Кричали при этом оба, и о чём они спорят я так и не разобрался. Просто подошёл и тихо сказал мужику, что если он сейчас же не отпустит мою официантку, то я сломаю ему руку.

— У тебя проблемы что ли?! — переключил мужчина свой фокус на меня. — Ты кто вообще такой? — начал осматривать меня и внезапно задержался взглядом на поясе с ножами.

Я же улыбнулся. Понимает, гад такой, что к чему. Ведь пускай я могу охарактеризовать себя как человека сугубо положительного, и в какой-то мере даже пацифиста, но и на крайние меры тоже пойти могу. Особенно сейчас, перед лицом несправедливости.

— Отпустил, — повторил я.

А этот борзый лесоруб и впрямь отпустил Джулию. Одёрнул рубашку и попытался испепелить меня взглядом.

— Что происходит?

— Ничего не происходит, — сказала Джулия. — Это мой старый знакомый, но он уже уходит.

— Никуда я не ухожу! — крикнул гад. — И не уйду до тех пор, пока ты не согласишься с тем, что мы созданы друг для друга! Мы должны быть вместе!

— Porca miseria, — вздохнула кареглазка. — Non mi rompere le scatole, Арчи! Sei fuori come un balcone!