Праздничная культура Вологодского края
Шрифт:
В некоторых деревнях (дд. Дильские, Лашово, Большой Починок), сев на пол, игроки делали ноги «скамеечкой», то есть сгибали их в коленях, а предмет передавали под ногами. Колени же прикрывали сарафанами. В д. Исакове (Тот.) девушки оставались сидеть на лавках, передавая под коленями полотенце.
В д. Семеновская вначале бросали рукавицу на пол в центре крута, выкрикнув имя одного из парней. Воли рукавица падала вверх пальцем, то этот парень становился в центр круга и пытался схватить мошню, передаваемую под коленями игроков, что, конечно, не обходилось без смеха, «ифканья», а иногда и слез. В дд. Михайловская и Фоминская (Верхов.) зазевавшегося водящего били по спине рукавицей. Тот, у кого «поймана» мошня, шёл в круг.
В ряде случаев ремень (платочек, бумажку, мячик) скрывали от водящего, передавая его за спинами. При этом стояли в кругу, плотно прижавшись друг к другу плечами. Водящий, находившийся в центре круга, угадывал, у кого в данный момент находится ремень. Если указывал правильно, to менялся местами с игроком. Если же ошибался, то его лупили ремнем. Причем, если водила девушка, то ее вечеревальник мог ее «выкупить», то есть принять вместо нее Удары, Парня же «выкупить» не мог никто. В да. Маркуши и Слудд (Тарн.) играли обычно девушки, а водил парень. Если угадывал, то мог поцеловать эту девушку. Понятно, что чаще всего целовались о «дролями». В д. Берег девушка, у которой нашли ремень, «кавалеру принадлежит» — он должен был провожать ее домой о беседы. Впрочем, иногда эта игра устраивалась только в девичьем кругу,
Некоторые варианты отличались от вышеприведенных тем, что не происходило передачи спрятанного предмета, в д. Михайловская девушки во время игры продолжали прясть, сидя на лавках. Кому-нибудь (чаще всего парно, пришедшему на беседу первым) завязывали глаза, а одна из сидящих по лавкам девушек прятала рукавицу под себя. Водящий должен был угадать, у кого рукавица. Если сомневался, мог проверить, не обманывают ли его. Угадав, получал право на поцелуй. Так же играли и в д. Порядневщина: «Когда цистили лен, кружком бабы сядут и по-за спиной прятали отопок (по-за сарафаном или под себя), а одна ищет, ходит, у кого лапоть».
ИМКАМИ, ИМАВКИ, ИМАЛЬЦЫ, ИМАНКОМ, ИМАНЦОМ, ИМОЧКОЙ, ИМЯЦЬКОМ, ПОИМУШКИ (В.-Уст., Кич. — Гор., Верхов., Кирил., Тарн. У.-Куб., Нюкс., Сямж., Вожег., Хар.), ТИМКИ, ТИМКАЦЦА, ЧИМКОЙ, ЧИМАНЬЕ, ЧИМГАЦЦА, ЧИНКОЙ, В ЧУМКИ (Бабаев., Белов., Вашк., Кирил.), СЛЕПЫШОМ, СЛЕПУШОМ, ОЛЕНУХОЙ, СЛЕПАКОМ, СЛЕПКОМ, В СЛЕПУЮ (Верхов., Тарн., Кич. — Гор., Вашк., Нюкс.), СЛЕПОЙ ВОРОБЕЙ (д. Погост Тот., д. Бор), СЛЕПОЙ ПЕТУХ (д. Терентьевская), ПЕТУХОМ, СЛЕПОЙ ПЕТУХ, ИЗ КРИВОГО ПЕТУХА (д. Копоргино, д. Федотове, д. Середская, д. Антоновская, д. Сергееве Тот., д. Брюшная, д. Марийская), СЛЕПЫМ МАКСИМОМ (с. Вострое), БАКУНОМ, БАВКУНОМ, БАНКОМ, БАБУШКИ, БАУШКОЙ (д. Пахтусово, д. Бурцевская, д. Дягилеве, д. Кузьминская Тарн., д. Першинская, д. Куревино, д. Гусиха), ОПОНАСОМ, ОФОНАСОМ, АФАНАСАМИ, ИЗ АФАНАСОВ (д. Бор, д. Берег, д. Паршино, д. Часовное, д. Зыков Конец, д. Осовая, д. Кожинская, д. Виноград), В КОКОНАСЫ (Волог.), ФОФАНОМ (д. Берег), ПАХОМОМ, ЦОХОНОМ, ПАХОМКОМ, ПАХОМКАМИ, ДЕД БАХОН (д. Наумовская, д. Ногинская, д. Исакове Вожег., д. Александровская), ЖМУРКОЙ, ЖМАРКАТЬ (д. Копылово Никс., д. Белянкино, д. Сосновка Кадуй.), В СПРЯТКИ, ПРЯТКОЙ (д. Кожевино, д. Куракино, д. Осаново), СОЛОНО МЯСО (д. Слобода Тот.), КУЛЕБАБКИ (с. Успенье), КУЛЬ-КУЛЕБАБКОЙ (д. Великий Двор Тот.), SOGEDEIZIN (д. Торозеро, д. Яковлевская, п. Шимозеро, д. Полозеро, д. Шатозеро). Это одна из древнейших игр. Она известна почти всем народам мира. Главный мотив, лежащий в ее основе, — мотив слепоты — может быть объяснен тем, что еще в древности игрок с завязанными глазами («слепой») символизировал душу предка, которая по представлениям многих народов незряча. В то, что души предков в определенные периоды (например, в святки) возвращаются в мир живых, верил и севернорусский крестьянин, хотя уже в прошлом веке эти языческие воззрения постепенно уходили в прошлое. О том, что «жмурки» (имки) были некогда ритуальной игрой, говорит их почти повсеместная приуроченность я святкам и святочным игрищам («играли о светье», «о Рожестве»). В некоторых местах встречаются свидетельства о том, что роль водящего в этой игре могли исполнять ряженые, которые в старину изображали возвратившихся на землю предков: «Имав набашоный; все сажой мазали тово, хто имает» (д. Беловская). О других архаических мотивах, вклинивающихся в нее (например, о мотиве жертвоприношения), можно судить, например, по игре хлопанцы.
Сохранились также отрывочные сведения о том, что еще в прошлом веке в некоторых севернорусских деревнях играли «в Жмурки» при покойнике (такие ритуальные игры известны также на Карпатах и Балканах). Например, в заметке священника Е.Шайтанова «Деревенский разговор», приводятся такие воспоминания «о досельном» одной, древней старушки из г. Вельска: «О святках бывало в трапезе-то церковной молодые Ребята и девки играли пахомом, имавком и всяко; да еще как расшалятся бывало, когда покойник какой-нибудь приведется тут, то вынут мертвеца из гроба, да в зубы-то ущимят лучину и поставят в угол светить его…»
Сама игра мало отличалась от тех ее вариантов, которые распространены и по ныне. Одному из участников вечерины или игрища (чаще — парню) завязывали глаза платком («фаткой»), и он ловил убегающих от него товарищей. Перед началом игры водящего закручивали вокруг оси и хлопали пониже спины, приговаривая: «Кисель подгорел!» (д. Хмелевица). Однако чаще всего игра начиналась с небольшого диалога между водящим и остальными игроками. Для этого водящего (ималко, Пахома, Афонаса, Фофана, бакуна. Петуха, бабу) подводили к печному столбу или к дверной ручке («скобе») и спрашивали:
— Афанас, Афанас! У чево стоишь? — У косяка. — Чево хлебаешь? — Шчи да квас! — Ишчы три года нас! — Офонас, Офонас, Не ходи боле по нас! — Опонас (вар.: Офонас), Опонас, Ишшы три года нас! — Где стоишь? — На базаре. (вар.: — У стовба. — дд. Кулёмкино, Биричёво, Кочурино) — Што продаешь? — Губы-ягоды (=грибы-ягоды). — Имай двадцать два года! — Чево хлебаешь? (вар.:- Что сегодня ел? — д. Ильинская). — Квас да ягоды. — Ишчы нас два годы! — Бакун-Шлякун, К нам (в) гости. (вар.: На базар гости) Хомутов плести. Где стукнет-брякнет, Тут ищи, Где товарищи. — Такун-бакун, Тут ишчы, Где товаришчы! — Бакун прости, На базар гости! — Бакун, к нам в гости, Хомутов плести! — Пахом, Пахом, Проси белый балахон. На пасад гости Хомутов плести. Где собачки-те лают, Дак тут ишчы! — Дедушка Пахом (вар.: Бахон), Белый балахон. (вар.: Прости белый балахон — д. Исаково Вожег.) К нам (в) гости, Хомутов плести, На базар нести. (вар.: Где собачка лает, Тут ищи! — д. Исаково Вожег.) — Пошла баба в кутъ На ремённый путь, Там дети играют, Тебя поджидают!После этого ималко хлопали по спине и разбегались по сторонам. Часто хлопали водящего по спине и во время игры. В д. Гусиха при этом приговаривали: «Прошло светье не хлопано!», а в Вологодском у.: «Сухарь немазанный, не имай меня!» В д. Малыгинская бакуна хлопали по спине, а он должен был угадать, кто это сделал. Когда удавалось кого-либо поймать, водящий кричал: «Цюр!» (д. Куревино). Так же иногда кричали, хлопая водящего по спине (д. Ганютино).