Чтение онлайн

– Ты видел, как на расстоянии семи километров от тебя у самолета вывалилось шасси?

– Ну и что?

– Иди-ка сюда, – подвел он юношу к окну.
– Вон на соседней улице стоит автомобиль.

Прочитай номер. Та-а-ак. А вон там, дальше? Угу. Да. Это серьезно, но недоказуемо. Всё-таки это близко.

– Так можно же проверить. Ну, давайте на аэродром съездим, когда полеты. Или в аэропорт…

– Юноша, никто этим заниматься не будет. Всё равно это бред, – сначала лысина, а затем и щеки военного начали наливаться краской.
– Всё. Я выслушал вашу информацию и приму ее к сведению. Вы свободны. Давайте пропуск.

– А записать?

– Идите-идите, -уже начал подписывать листок следователь.
– А-а-а, Белый, вроде как обрадовался следователь. Сын Героя! Сначала папочка в ходатаях, потом сыночек? Папочка научил? Так и передай – не выйдет! Ишь, возомнили о себе! Будет сидеть ваш протеже. И долго. Это слово Ситника! А будете вмешиваться в следствие -и на Героев находим укорот. Выметайся!

Теперь злоба застучала в висках юноши. Мысленно он наотмашь ударил по жирной трясущейся щеке. Следователь, испуганно ахнув, прервал свою гневную тираду и плюхнулся на стул.

– Вам нельзя волноваться, у Вас может случиться удар, -сдерживаясь, процедил Максим.
– Но это не страшно. Смерть от удара – без мучений. А вот когда болезнь изнутри выжигает кишки в толстом брюхе – ну вот так, хотя бы, – прошелся подросток огнем по заполненному сытной едой чреву. И тут же его хозяин, выпучив глаза, зашелся в немом крике.

– Вот это больно и страшно, правда? – снял синдром Максим.
– Но она будет вас жрать всякий раз при несправедливых решениях, вранье и подлости.

– Я не принимаю несправедливых…, -и вновь скорчился подполковник.

– В самолете Котова вывалилось шасси. Усталость замков. Это понятно всем. И только вы, ваша контора вроде как не знает. Я теперь верю, что вы еще сегодня выпустите Котова.

– Сегодня уже никак. Если только завтра, – уже испуганно, ничего не понимая, начал юлить следчий.

– Ну, тогда ночь, я думаю, перемучаетесь. Для офицера терпеть боль – дело привычное…

– Нет-нет! Но… ведь прокурор санкционировал… Как же я…

– Вы позвоните ему, скажете, что важный свидетель появился. Пусть меня примет…

– Да-да, хорошо, -рванул трубку подполковник.
– Я всё сделаю, прямо сейчас сажусь.

А у меня больше этого… не будет?

– Честно вы проживете сто лет. А так, как сейчас, – Маским с сомнением покачал головой.?И еще, дяденька, у вас через полчаса опять боль начнется, и закончится только тогда, когда вы Котова выпустите. И при любой подлости так будет. До свидания.

– До… до… -пробормотал, вытирая потную лысину следователь. Но я за полчаса не успею! – вскричал он.

– Раньше думать надо было, -уже закрывая дверь, посоветовал юноша.

Прокурор – нагловатый, чувствовавший, что схватил Бога за бороду генерал-майор, выслушал юношу довольно рассеянно. Так как о раскрытии чудовищного заговора уже было доложено на самый верх и даже были заготовлены наградные листы, этот бред подростка и испуганное бормотание Ситника никак, ну никак не могли повлиять на результаты расследования дела.

– Молодой человек, следствие уже почти закончено, всё доказано и дело пойдет в суд. Если очень хотите – можете заявляться в суд и рассказывать там о своих наблюдениях. Но вот я вам посоветую – не суйтесь. Не туда суётесь. Здесь не детские и даже не юношеские тусовочки. Здесь серьезные дела делаются.

– А в суде можно всё рассказывать? – наивно поинтересовался Максим.

– Всё, конечно, всё, -со смехом подтвердил генерал.

– И про Вас?

– И про… что? Что ты сказал? – тут же перешел на "ты" прокурор.

– К примеру, в столице, в ресторане Ираклия, – вспомнил эту рожу, но в "гражданке", в одной из беседок Максим.

– Цыц! – взревел генерал. Куда только испарилось благодушие. Холеный полугосударственный деятель обратился в ощерившегося взъерошенного дикого кабана.

– Ты… ты это бля… Цыц!

– Чего вы кричите? В приемной слышно. А если я начну кричать? И еще про укольчики, а? – почувствовал юноша пагубную страстишку вояки.

– Кто тебя послал? – беря себя в руки, почти прошептал прокурор.
– Ну?

– Да я сам по себе. По делу Котова.

– Я догадываюсь, кто. Не зря ты про ресторан, да?

– Я же Вам говорю…

– Передай, что будет сделано. Сегодня же. Что-нибудь придумаем.

– Хорошо, спасибо. Я верил, -начал Максим.

– Убирайся, не ёрничай. Не твоего ума дело. Если больше нечего передать… И нашли же с кем…

– До свидания, – закрыл дверь юноша. Конечно, и этого негодяя надо бы крепко проучить. Но, наверное, не моя забота, да и некогда, – пожал плечами Максим.

Скоро сам засветится, наркоман чертов, -решил посетитель, выходя из неуютного здания.

С отцом поговорили по сотовику. Тот сказал, что у него всё пока нормально, тоже прошел очередной тур.

– В обед съездил, посмотрел на твою протеже, – как-то смущенно сказал Белый- старший.
– Ты прав, надо забирать. Эта… заведующая… Светлана Афанасьевна, что ли, просила тебе спасибо передать…

– Так пусть бы и передавала, – обиженно пробурчал сын.

– Ты не злись. Я ей твой номер дал. Она сама позвонит, скажет. Но просила передать, что не права. Что ты там?..

– Да так, поспорили о воспитании…

– Детей?

– Взрослых, папуля.

– Ну ты даешь. Тему нашел, – хохотнул отец в трубку. – Ну ладно, сынок. Завтра встретимся, тогда и расскажешь о вашем диспуте.

– Так что, берем, пап? – на всякий случай уточнил Макс.

– "Берем", -передразнил отец.
– Как хомяка на птичьем рынке.

– Ну… это… будешь… удочерять?

– Попытаемся, – почему-то вздохнул Белый Леонид.
– Ну, до встречи. Удачи тебе в финале.

Глава 36

Разрывая наплывающую тишину, под балконом зло взревел ублюдок харлеевской династии. Что-то горланя друг другу его владелец в коже и шлеме, больше похожем на немецкую каску, и такая же кожаная пассажирка угнездились на седлах. Байкер добавил реву и "Харлей" рванулся с места. Максим поморщился – романтику лунного свидания словно ветром сдуло.