Чтение онлайн

Дак подошел ближе, осмотрел их:

– Тут еще один, весь изрезанный. Особое внимание, как и у этих двоих белых.

– Верно, Дак, – кивнул Ху. – У всех палочки в глазах, но этот… его не просто убили – его мучили. Он лежал прямо под люстрой. Отец не только изрезал ему лицо, но еще и запихал в рот пачки денег.

– Может, это был телохранитель, который слишком много болтал при Лео. Вот тот и сделал из него пример, – сказал я.

– Кто бы он ни был, Лео уделил ему особое внимание, – тихо присвистнул Дак.

– Но зачем? – спросил Ху.

Я промолчал. Все мое внимание было приковано к Моник, хотелось верить, что с ней будет все в порядке.

Когда ее наконец перестало тошнить, она закашлялась и попыталась прийти в себя. Спустя несколько секунд выпрямилась.

Чен протянул ей галстук:

– Можешь использовать это, чтобы вытереть рот.

– Спасибо, – прошептала она, бережно взяла ткань, стараясь не смотреть ни вверх, ни вниз.

Осторожно вытерла рот, а потом повернулась ко мне:

– Ладно… Мне… уже лучше.

– Это хорошо, Моник, – я мягко взял ее за подбородок, удерживая ее взгляд на себе, подальше от трупов. – Но ты точно готова?

Ее нижняя губа задрожала:

– Да.

– Смотреть нужно не на всех. Только на троих. Именно они были для отца главными.

Она тяжело выдохнула:

– Ладно.

Я убрал руку от ее лица.

– Только три лица.

– Ну, – Дак пнул еще одно тело, перевернул его и заглянул в лицо, – если это не Датч и не Сноу, ей придется смотреть на остальных.

В глазах Моник вспыхнул страх.

Чен нахмурился:

– Помолчи, Дак.

Моник зажмурилась:

– Я не смогу… смотреть на всех.

– Сосредоточься на мне, Моник, – я взял ее за руку и сжал. Кожа у нее была такая чертовски мягкая и гладкая. Пальцы дрожали в моей ладони. Давно я не был рядом с женщиной, которая так остро нуждалась во мне.

И как ни странно, то, что я сейчас ее успокаивал, немного утихомирило ту тьму, что разрывала меня изнутри.

– Открой глаза и не отводи взгляда от моего лица, пока я не скажу. – Я мягко сжал ее руку. – Представь, что тут только мы с тобой.

– Хорошо, – она коснулась животa второй рукой и медленно открыла глаза.

– Что ты видишь?

– Тебя.

– Отлично, – я медленно повел ее в сторону трех тел, которые до этого висели на люстрах, а потом обернулся к ней.

– Узнать их будет непросто, в глазах торчат палочки.

– Господи… А… какого цвета палочки?

– Розовые с золотом.

– Э-эти… с ресторана…

– Вполне возможно.

– Ну… – она покачала головой, – туда я точно больше не пойду.

– К счастью, в городе есть и другие места, где подают пельмени, – я поднял палец к ее лицу.

– Сейчас начнем. Следи только за кончиком пальца. Как только увидишь лицо – закрывай глаза и говори, кто это.

Она сглотнула:

– Хорошо.

– Готова?

– Да.

Медленно, по миллиметру, я опустил палец к первому мужчине.

Ее взгляд шел за ним. Она увидела лицо – и тут же зажмурилась.

– Это Сноу. Точно. Господи, ебаный ад!

Черт.

Часть меня надеялась, что отец до них не добрался.

Тогда бы у нас оставался прямой путь к нему.

Но, может, следующий – не Датч.

– Молодец, Моник. Все хорошо, – я снова поднял палец. – Теперь смотрим на следующее лицо.

Она начала дрожать сильнее.

Я прижал ее ближе к себе.

Тело под моей рукой немного расслабилось. Она дрожала меньше. Открыла глаза.

– Я… готова.

Медленно я подвел палец ко второму телу. На этот раз Моник была менее напугана. Ее взгляд пошел за движением и остановился на опухшем, избитом лице.

Глаза у нее увлажнились. Из приоткрытого рта вырвался долгий выдох. Но теперь она не отвела взгляд.

Я чуть склонил голову набок:

– Это Датч?

Она кивнула и сжала мою руку крепче.

Чен указал на третьего:

– Принесите сюда того, у кого деньги запиханы в рот. Возможно, он даст нам зацепку, куда Лео направился дальше.

Мои люди подхватили тело и перенесли его ближе.

Моник снова перевела взгляд на меня:

– Я лично знала не всех, кто с ними работал, но могу сказать, если кто-то покажется знакомым.

Я нахмурился:

– Ты часто имела дело с Датчем и Сноу?

– Их люди постоянно приходили к нам, искали отца. Все из-за денег, которые он им задолжал.

Тело положили у моих ног.

Я поднял палец:

– Последний, Моник.

– Слава Богу.

– После этого ты сможешь уйти домой.

– Хорошо, – она глубоко вдохнула, потом выдохнула. – Давай.

Я подвел палец к телу и указал.

Как только Моник увидела лицо, она закричала от ужаса:

– Нет! Господи, только не это!

Что случилось?..

– Пожалуйста, нет! – она вырвала руку из моей и рухнула на колени. – Папа! Папочка!

Черт.

– Папа, прошу тебя! – Моник поползла к телу. Колени и ладони тут же размазали кровь по полу. Она вцепилась в мертвого. Одна из палочек выпала из его глаза и покатилась в сторону.

– Папа!

Чен шагнул вперед, будто собирался схватить ее.

Я вскинул руку, не давая ему вмешаться.

– Нет, папочка, нет!

Дак и Ху отступили, молча наблюдая.

Остальные замерли. Полная тишина.

– Нет! – Моник обняла тело отца – безрукое, окровавленное, и перепачкала в крови свою пижаму.

– С тобой все хорошо. Все хорошо. Я знаю это.

Чен провел обеими руками по волосам, словно не знал, куда себя деть.

Что мне делать? Как ее поддержать?..

– С тобой все хорошо, папа… – она укачивала труп на руках. С тела капала кровь, впитываясь в ее джинсы.

Она закрыла глаза, по щекам потекли слезы.

– Бог не мог забрать вас обоих… Не мог…

Черт.

Я даже не знал, сколько времени мы так простояли. Мы ведь не впервые стоим посреди кровавой бойни.