Чтение онлайн

Он все-таки продолжил:

– Хорошо хоть копы на нашей стороне. А то объяснять наличие двух трупов было бы, мягко говоря, сложно.

Я взглянул на него:

– Город называется Глори, но ни капли славы тут нет.

На его лице промелькнула тревога.

– Тебе нужно отдохнуть, кузен.

– Только когда Лео будет мертв.

– Ага, уже на «ты» с ним, да? – хмыкнул Чен.

– После этого я никогда больше не назову его своим отцом. – Я сжал кулаки. – Он знал, что это был ее отец. И все равно убил. Причинил Моник боль просто так. Без причины.

– Думаю, дядя Лео верил, что помогает ей, – тихо сказал Чен.

– Лео умрет, – резко бросил я и снова перевел взгляд на Моник. Сейчас именно забота о ней удерживала меня от того, чтобы заорать от злости.

Чен тяжело вздохнул:

– Нам стоит отвезти Моник домой, где бы она ни жила. И поставить охрану у ее двери. Лео наверняка захочет навестить ее.

Я сжал челюсти.

Я не подпущу его к ней. Никогда больше.

На балконе Моник вытерла слезы с глаз, и размазала по щекам кровь своего отца. Осознав это, она сжала руки в кулаки, прижала их к бокам и закричала.

Я напрягся всем телом.

К счастью, ее крик не прорвался внутрь пентхауса.

Иначе он бы окончательно добил меня.

Дак отошел от стеклянной двери, подошел к ней и обнял. Просто прижал к себе. Я застыл. Он никогда не делал этого ни с кем, кроме наших теток и моей матери.

Чен тихо спросил:

– Что дальше, Лэй?

Ты работаешь на дьявола. Не на Бога.

Чен встал прямо передо мной, перекрыв обзор.

– Что ты хочешь сделать с ней, Лэй?

Я сжал губы, нахмурился еще сильнее:

– Бога нет.

Чен кашлянул, подбирая слова:

– Скоро начнет темнеть. День был... слишком тяжелым. Может, стоит последовать примеру теток и остановиться в «Роял Пальм»? Сделаем из него базу. С утра продолжим...

– Тут нет ничего, кроме нас, животных. – Я покачал головой. – Нет никакого Бога. Только твари, что шарятся по земле, трахаются, убивают и выжидают момент.

– Лэй... – тихо сказал Чен.

Я посмотрел на него.

– Тебе нужен перерыв, кузен.

– Я не могу. – Я стиснул зубы. – Надо закончить все, пока он не навредил еще кому-то…

– Ты не машина, – Чен положил руку мне на плечо. – Робот мог бы продолжать без эмоций, без сна, без еды. Но ты – человек.

– Я не отдохну, пока...

– Тебе нужно поспать! – повысил голос Чен, потом опустил руку и пригладил пиджак, будто громкость голоса смяла ткань. Следующие слова он произнес спокойно: – Тебе нужно поесть. Ты об этом даже не думал последние дни.

– Я спал по пути сюда. И съел чашку риса сегодня утром.

– Ты спал тридцать минут, максимум. – Он поднял бровь. – И рис был вчера утром. И ты не съел все, Лэй. Ты съел пару ложек и отодвинул чашу.

Чен развел руками:

– Я волнуюсь за тебя.

– Свою заботу направь куда-нибудь в другое место, – бросил я и посмотрел поверх плеча Чена на Моник, стоящую на балконе. – Если бы Бог действительно был, зачем он тогда забрал у меня Шанель? И зачем отнял у Моник отца? Она ведь хорошая. Ну правда хорошая.

– Все случается не просто так, Лэй. У всего есть причина.

– А тем временем Бог оставил моего отца в живых. – Я сжал кулаки. – Вот уж где настоящий бред. Он позволил ему бегать по миру и убивать всех подряд.

– Со временем, когда мы взрослеем, смерть начинает приобретать смысл.

– Да пошел он, этот смысл. – Я стиснул зубы. – И Бог туда же.

На балконе Моник вышла из объятий Дака и сделала шаг назад. Ее губы задвигались. Я не видел, отвечает ли ей Дак – он стоял ко мне спиной. Но Моник вдруг начала говорить быстро, сбивчиво, будто в панике.

Я нахмурился:

– Чен, скажи мне, что Моник говорит Даку на балконе.

Он обернулся:

– Хочешь, чтобы я читал по губам?

– Да.

Чен вздохнул, прищурился:

– Ладно. Она говорит… что-то о сестре. Нет, о сестрах. Нескольких.

Моник показала в нашу сторону.

– Так. – Чен кивнул. – Она просит Дака передать деньги ее сестрам.

Я приподнял брови.

Чен снова вгляделся:

– Они живут на юге Парадайза.

Точно. У нее там семья.

На балконе Дак коротко кивнул.

Моник отступила на шаг. На ее лице появилось облегчение. Она грустно улыбнулась Даку и что-то еще сказала.

– Что она сказала? – спросил я.

Чен нахмурился:

– Сказала: «Спасибо, Дак».

Я весь напрягся.

Моник развернулась – и побежала. Но не туда, куда надо.

Что ты творишь?!

Вместо того чтобы пойти обратно в пентхаус, она рванула к самому краю балкона.

Дак кинулся за ней.

Нет!

– Останови ее! – закричал я, сорвавшись с места. Перепрыгивал через мертвые тела, расталкивал полицейских.

Чен бежал рядом:

– Она хочет покончить с собой!

Естественно, блядь!

С каждым ее шагом сердце било сильнее. Дак был совсем рядом, тянулся к ней, и промахнулся. Всего дюйм.

Я рванул стеклянную дверь так резко, что обжег пальцы.

– Хватай ее, Дак!

– Не делай этого, Моник! – закричал он и потянулся к ее руке.

До края оставалось три фута.

В трех футах от выступа она подпрыгнула в воздух.

– Хватай ее! – заревел я. В груди все гудело от напряжения. Душа выворачивалась наизнанку, я мчался вперед, на грани.

Я почти добрался.

Но ее тело рванулось вперед.

Господи, нет!

Она взлетела выше, словно парила в воздухе. Носки ее ботинок коснулись верхушки перил.

– Нет! – закричал я, и горло обожгло.

Дак рванулся за ней и схватил за талию.

Осторожно!