Чтение онлайн

Я убрала телефон. Он завибрировал несколько раз, но я не хотела смотреть. Джо захочет услышать ответы, а у меня их нет.

Я никогда не считала себя склонной к суициду.. Но тогда, на балконе, я реально попыталась обогнать смерть.

Кто-то бы потом подошел к моему телу – разбитому, мертвому, растекшемуся по асфальту. Я бы оставила в головах людей такую рану, что она не зажила бы никогда.

Я чувствовала себя безумной. Слабой. Виноватой. И такой, блядь, грустной.

Этого больше не повторится.

Хоть боль и была невыносимой, я знала, что как-нибудь, но выкарабкаюсь. К тому же… все должно измениться.

Я не вернусь в ту квартиру. Ни за что. Не могу на все это даже смотреть. И уж тем более не пойду обратно в этот чертов стрип-клуб, натягивать уродский парик, карабкаться на каблуках и подносить дрочерам выпивку.

И с подработкой на птицефабрике тоже покончено. Больше никаких переломанных костей на бесконечном конвейере.

Боже, ты вообще существуешь? Поможешь мне выбраться из этого дерьма?

Тишину в машине нарушил хриплый голос Лэя:

– Деньги в чемодане – твои. Они сейчас у моих людей. Сегодня вечером тебе их доставят.

Может, Бог и правда есть.

Я выдохнула, сбрасывая ком в груди:

– Спасибо.

– Не мне, – Лэй потер виски. – Это от моего отца.

Я моргнула, услышав имя Лео:

– Он…

Лэй приподнял брови.

– Это правда, что твой отец устроил весь тот ад в пентхаусе?

– Большую часть да. Но, возможно, дядя Сонг повесил их на люстры.

Я моргнула:

– Почему ты так думаешь?

– Это его фишка. Когда-то давно, в Шанхае, он нашел их мать… после того как она повесилась. Тогда он был подростком. С тех пор почти не разговаривает. Может молчать месяцами, не произнеся ни слова.

Что? А сегодня он болтал без умолку.

Лэй продолжил:

– Когда он или мой отец убивают, они всегда подвешивают тела.

Я уцепилась за его слова, как за спасательный круг, лишь бы не думать о собственной реальности:

– А Сонг тебе кто?

Лэй кивнул:

– Он мой дядя. И отец Чена и Дака.

Я сидела, ошарашенная.

Вздохнув, Лэй провел ладонью по лицу и уставился в окно:

– Я не понимаю, зачем дядя вообще в это ввязался. Убить отца и так было бы чертовски сложно. А теперь дядя еще притащил своих отмороженных монахов, чтобы его охранять.

– Ты правда хочешь убить собственного отца? Это из-за того, что он убийца?

– В моем мире быть убийцей – не преступление, – он печально улыбнулся. – За это я бы его не тронул.

Я удивленно распахнула глаза:

– Тогда за что?

– Он убил единственную женщину, которую я когда-либо любил, – пальцы Лэя сжались в кулаки. – Он просто отнял ее у меня.

Сердце болезненно сжалось:

– Он… убил твою девушку?

Лэй нахмурился:

– Она не была моей девушкой.

– Прости. Жена?

Он покачал головой:

– Мы никогда... ну, мы не были вместе.

– Но ты ее любил?

– Всем сердцем. Ее звали Шанель.

– Она знала, как сильно ты ее любишь?

Лэй отвернулся:

– Не думаю. Может быть.

Что?..

Я протянула к нему руку… но в последний момент остановилась:

– Ты так и не признался ей?

– Ни разу, – он продолжал смотреть в окно, не оборачиваясь. – Я пытался показать. Много раз. Но…

Я застыла, потрясенная.

Как он мог не сказать ей об этом?

Он прошептал:

– Я слишком боялся.

Боялся? Он?

Лэй – высокий, красивый, сильный. Опасный. Его уважали, слушались, шли за ним. У него – оружие, армия, настоящая власть. Даже сейчас, вон, несколько синих машин едут за нами, как за каким-нибудь чиновником.

И он чего-то боялся?..

Лэй повернулся и поймал мой взгляд:

– Я должен был сказать. Но испугался.

Я все еще не могла поверить:

– Чего?

– Что она меня оттолкнет.

Я сжала губы.

– В моей голове ее отказ был острее самого смертоносного меча. Я был уверен, что он ранит сильнее любой пули, – Лэй коснулся груди. – Я не думал, что переживу, если она скажет, что не любит меня. Наверное, оказался бы на том же балконе, как ты сегодня. Прыгнул бы в пустоту, надеясь найти хоть какую-то свободу. Пытаясь убежать от этого ужаса, который называют реальностью.

Я застыла. Не смогла вымолвить ни слова.

– Прости, – он покачал головой. – Еще слишком рано. Мне не следовало этого говорить.

Я опустила взгляд на пальцы:

– Нет. Ты прав. Я действительно пыталась сбежать. Я рада, что Дак меня спас. Это было так глупо… Мне жаль.

– Сердце было разбито. За это не извиняются. Просто… не делай этого снова.

– Лэй внимательно посмотрел на меня. – Когда ты побежала к тому краю, у меня будто сердце схлопнулось внутрь. Я едва мог дышать

– Я не думала.

– Конечно, не думала. Слишком многое случилось.

Глаза защипало, но слезы так и не пошли.

Лэй приподнял брови:

– Ты раньше теряла кого-нибудь?

– Мама умерла прошлой зимой. Рак.

Он нахмурился:

– Моя мать ушла осенью. Сердечный приступ.

– Господи…

– Похоже, у нас с тобой слишком много общего. И все – с привкусом боли.

– Да, – кивнула я. – Так и есть.

– Теперь, когда… – он запнулся, покачал головой.

– Что?

– Теперь, когда ты потеряла отца… Думаешь, со смертью становится проще справляться?

– Ни капли. Когда мама умирала, я хотя бы была к этому готова. А сейчас… я просто разбита.

Он кивнул:

– Я надеюсь, когда умрет мой отец, гнев перебьет боль. Я надеюсь, станет хоть немного… легче. Что я не буду по нему скучать.

– Надеюсь, ты прав, – я постаралась не думать о теле отца, лежащем в машине позади. Вместо этого сосредоточилась на Лэе. – Вы с Даком не обязаны были вмешиваться и спасать меня. Но вы сделали это. Я никогда не забуду.