Чтение онлайн

Надеюсь, Чен этого не услышал. Он бы сорвался к черту. Когда мы украли тело Шанель, Чен настоял, чтобы мы надели зеленое – якобы это собьет «Воронов Убийц» с ее следа. Хотя бы на время. Пока я не пойму, нахрен мне вообще было нужно это тело.

На следующий день ее сестра, Кашмир, ворвалась в квартиру главы банды с Роу-стрит – Марсело, и наставила ему пушку в лоб. Марсело долго это будет помнить. До тех пор отношения Востока с Югом и Запада с Югом останутся, мягко говоря, напряженными.

Какого хрена Моник оказалась связана с Роу-стрит?

Голова гудела. Я потер виски свободной рукой.

– Ты останешься со мной, пока я не убью своего отца.

Она застыла:

– Что?..

– Осталось недолго.

Моник посмотрела на залитый кровью ковер, потом на наручники:

– Я все это время буду прикована к тебе?

– Зависит от обстоятельств..

– От чего? – Она подняла взгляд.

– Ты закончила с попытками себя убить?

Она кивнула:

– Это был… темный момент. Я просто сорвалась на балконе. Просто хотела сдаться. Просто…

– А теперь?

– Теперь… вроде нормально.

– Посмотрим. – Я дернул ее за собой.

Глава 10

Исцели меня и я исцелю тебя

Моник

Папочка. Мамочка. А... дальше что?

Мы спустились на лифте вниз.

Из-за наручников Лэй стоял вплотную ко мне.

Позади – Чен, Дак и еще несколько мужчин.

Должно быть, я выглядела как зомби. Мой рот был приоткрыт. У меня не было сил закрыть его. Мои веки медленно опустились. Я сутулилась, с разбитым сердцем весом в две тонны.

Что я скажу Джо, Хлое и Тин-Тин?

Я обвела взглядом пространство. И подумала, как сильно изменилась с того момента, как зашла в этот лифт.

Тогда я была той, прежней Мони. Теперь – другая. Сломанная. Раздавленная. Вся в крови.

Чен заговорил:

– Надо отвезти ее к родственникам, если такие есть в Глори.

Голос Лэя зазвучал с жесткими нотками:

– Отвезем. Когда она оклемается.

А я вообще когда-нибудь оклемаюсь?

Эмоции накрыли меня с головой, все внутри будто онемело. Я стояла, будто охваченная туманом. Мои мысли блуждали между обрывками прошлых воспоминаний о моем отце. Перед глазами всплывали смутные, уже выцветшие моменты, о том как он заставлял меня улыбаться. Как мы вместе хохотали. Как плакали. Как я тогда была уверена, что без его любви, без его объятий, без уверенности, что он меня любит, я просто не смогу жить.

Чен прошептал:

– Лэй, ей нужно будет много времени, чтобы прийти в себя.

Лэй зарычал:

– Значит, пусть будет так.

– Как твой заместитель, я обязан объяснить, что это займет у нее много времени. Это может затянуться даже после истории с Лео, – тихо сказал Чен. – Может и вовсе выйти за рамки всего, что мы делаем на Востоке.

Лэй снова зарычал:

– Думаешь, я этого не понимаю?

– Думаю, ты не до конца осознаешь, что это значит.

В разговор встрял Дак:

– Я бы не возражал, если бы она была прикована ко мне. Я возьму ответственность. Это я облажался. Я опозорил тебя, Главный.

Лэй сжал зубы:

– Заткнись, Дак.

В моей голове снова и снова прокручивался последний раз, когда я видела отца – день маминых похорон, когда я сказала ему, чтобы он больше никогда не появлялся в нашей жизни.

Я не должна была это говорить. Я думала, у нас еще будет время – простить друг друга, залечить раны.

Но теперь... все, что я чувствую, – это вина, разъедающая душу, будто тьма затопила меня изнутри.

Но жизнь. . . она такая хрупкая. . .Такая быстротечная…

Горло сдавило, как будто меня душили. Что-то тяжелое навалилось на грудь, и стало трудно дышать.

Я все испортила, связавшись с Лео.

Я ведь правда думала, что живу правильно. Что слушаюсь Бога, стараюсь быть хорошей. Думала, если верить и не сдаваться, все наладится – для меня и для сестер. Но жизнь раз за разом била меня по лицу. А теперь еще и смерть отца. С ней все пошло к чертям. Моя жизнь перевернулась окончательно.

– Она тебе не бездомный щенок, Лэй, – вздохнул Чен. – Она взрослая женщина.

– Я буду защищать ее лучше, – вставил Дак.

– Прекрасный порыв, Дак, но это лишнее, – сухо отозвался Чен. – Прости, но мы не обязаны возиться с самоубийцами…

– Это я решаю, чем мы занимаемся, – ярость звенела в голосе Лэя. – И я не хочу больше слышать о самоубийстве!

– А можно тогда сказать похищение? – вмешался Чен. – Потому что именно это сейчас и происходит. Это похищение.

Лэй фыркнул:

– Ты, что, боишься полиции?

– Я больше боюсь, что кто-то с Юга вмешается, потому что ты держишь у себя их родственницу. А это даст Марсело повод...

– Все. Разговор окончен, – отрезал Лэй.

Он повернулся ко мне и пристально посмотрел. В другой ситуации я бы, наверное, потупила взгляд. Может быть, мне стало бы неловко. Но не сейчас. Сейчас я была на грани. Я посмотрела прямо в его глаза – темные, полные безмолвной силы, и будто выдохнула в них свою мольбу.

Спаси меня. Дай мне хоть какой-то шанс выбраться отсюда.

Помоги...

Клянусь, он меня услышал.

Он взял меня за руку и мягко притянул к себе. Мое предплечье прижалось к его руке. В этой физической близости чувствовалась успокаивающая нежность. Тепло, исходящее от него, проникало в самые замерзшие уголки моей души.

Мгновение назад мне казалось, что я замерзаю. А в следующее, будто я оказалась перед включенным обогревателем.