Чтение онлайн

– Как?

– Любым способом.

– И тебе нужна моя помощь?

– Нужна.

– Что я должен сделать, Лэй?

– Останься в живых.

Я отключил телефон и пошел обратно.

Когда я вошел в номер, меня накрыло ощущение пустоты. Я опустил взгляд на лежащие на полу наручники.

Нет.

Нервы заиграли.

Где Моник?

Я сжал кулаки у боков, борясь с желанием закричать ее имя. Из ванной донесся характерный скрип,кто-то поворачивал кран.

Ааа.

Я поднял брови, подошел к наручникам, поднял их с пола и направился к ванной.

Следом раздался гул, поток воды ударил о дно душевой кабины, как ливень по жестяной крыше.

Она моется?

Я остановился у двери.

Она в порядке? Может, ей что-то нужно?

Я знал, что должен был просто подождать, пока она сама выйдет. Но... мне нужно было убедиться, что с ней все хорошо. Только так я мог унять свой страх.

После потери Ромео и Шанель весь мир казался перекошенным.

Я не мог допустить, чтобы еще кто-то умер.

Я повернул ручку.

Дверь скрипнула и приоткрылась.

Я сразу заметил валяющуюся на полу кофту с Печенькой, залитую кровью. Под ней лежали ее джинсы.

Разумеется. Она не захотела больше носить одежду, испачканную кровью отца.

Эхо капель усилилось, превратившись в ровный барабанный гул.

Я должен уйти.

Но вместо этого я остался стоять в дверях и, дюйм за дюймом, поднял взгляд к душевой.

Стекло душа окутал густой туман, размыв четкие очертания Моник. И все же... я различал изгибы ее тела, соблазнительный силуэт, растворенный в пару.

В груди кольнула вина, когда я вторгся в ее личное пространство.

Но тело кричало другое – снять одежду, зайти к ней в душ и на ощупь изучить каждую обнаженную линию ее тела.

Что ты творишь? Уходи.

Но я так и не смог заставить себя оторваться.

А что меня ждало в номере? Только сидеть и снова тонуть в горе по Шанель. Или еще хуже, сидеть и ломать голову, как выследить и убить отца.

Ни один из вариантов не заставил меня уйти.

Сглотнув, я еще немного задержал взгляд на Моник, ее тело расплывалось в клубах пара. Я видел, как намыленная вода стекала по изгибам ее груди, по тонкой линии бедер.

У меня сорвался глухой стон.

Хватит. Уходи.

С усилием оторвавшись, я тихо прикрыл дверь, отступил назад и уставился на нее.

Зачем я это сделал?

Вздохнув, я покачал головой, будто мог таким образом стереть этот момент из памяти.

Может быть, Моник оказала на меня более глубокое влияние, чем я думал?

Или же я просто схожу с ума от горя по Шанель?

Больше всего… Оставляя Моник рядом, насколько сильно я играл на руку отцу?

Если бы я был умнее, я бы ее прогнал.

Но, к несчастью, она была единственной, кто принес мне хоть какое-то утешение после потери Ромео и Шанель.

Пошел ты, отец. Я держу Моник рядом не из-за тебя. Я держу ее рядом потому что... потому что должен.

Мне нужен был покой.

И она его давала.

А пока я буду защищать ее от отца и постараюсь хоть немного облегчить ее боль от утраты.

На этом все.

В дверь номера постучали.

Ну, что еще?

Застонав, я двинулся к двери и открыл ее.

Один из моих людей вкатил в номер тележку.

На ней стоял фарфоровый чайник. По белой поверхности были расписаны золотые узоры. Чашки из такого же набора аккуратно стояли в ряд на своих блюдцах, в точности повторяя изысканный дизайн чайника.

Это была дерзкая демонстрация роскоши.

Выглядит так, будто тетя Мин сама это купила.

Я двинулся за своим человеком дальше в номер и подозрительно оглядел все это великолепие:

– Откуда у тебя этот чай?

– Из отеля, Горный Повелитель, – он поставил тележку возле обеденной зоны.

– Нужно принести что-то еще? – спросил он.

Тети были хитрыми женщинами.

Я изучил закуски, разложенные на тарелках с узорами из настоящего золота в 24 карата.

– Ты уверен, что все это из отеля?

– Да, – человек отвесил глубокий поклон, не поднимая корпуса, будто стремился прижаться лицом к полу.

– Ладно, иди.

– Благодарю, Горный Повелитель, – он выпрямился и поспешно покинул номер.

Я просто на взводе. Паранойя. Все вижу угрозой, все пересматриваю по сто раз.

Я взял чайник и начал наливать себе чай.

Глава 16

Сквозь запотевшее стекло

Моник

Когда Лео позвонил мне с телефона моего отца, я просто... застыла в шоке.

Мой мир рухнул, закружился в вихре, разваливаясь на куски.

Я едва держалась на ногах.

Было ужасно находиться далеко от Лэя, но я не хотела мешать ему, он как раз разговаривал со своим отцом на балконе.

Поэтому я осталась в номере и пыталась хоть как-то собраться.

Я села.

Потом встала.

Начала ходить из угла в угол.

Потом снова села.

И тут же вскочила, не в силах усидеть на месте.

Ничего не помогало.

Время от времени я опускала взгляд на свою рубашку, испачканную кровью отца.

И каждый раз это зрелище утаскивало меня еще глубже в густую, душную пелену горя, от которой реальность расплывалась перед глазами.

Я не могла больше это носить.

Разрываемая на части, я поплелась в ванную.

Нужно было избавиться от этой одежды. Немедленно.

Это неправильно. Все неправильно.

В ванной меня встретило безупречное спокойствие: холодная белизна плитки, фарфоровая раковина.