Чтение онлайн

Но в чем этот ублюдок неспециалист, так это в том, чтобы помочь мне почувствовать себя лучше.

Он пытается. Я вижу.

Но мне трудно по достоинству оценить его усилия, когда все мои силы уходят на то, чтобы не ворваться в «Спаситель» и не разнести там все.

Если бы не тот факт, что там работают невинные люди – или, скорее, их держат там в заложниках, – я бы, черт возьми, так и сделал.

Я был там.

Я видел, как они пили кровь маленького мальчика. Восьмилетнего ребенка, принесенного в жертву на каком-то каменном алтаре, чтобы поприветствовать новых членов дьяволопоклоннического, пьющего кровь, педофильского клуба.

Я никогда не пойму, почему они это делают. Никогда не пойму желание причинить боль кому-то столь юному, столь чистому и столь невинному. Но именно эти качества их и привлекают. Вот что влечет дьявола к ангелу.

Они жаждут испортить. Развратить. Запятнать. Причинить боль и страдания тем, кто никогда не просил об этом. В этом и состоит их больной кайф.

– Ему было восемь, Джей, – выдавливаю я сквозь стиснутые зубы. – У него была семья. Две матери, три брата и сестра. Его любили. Он воспитывался в хорошем доме родителями, которые любили его. А они украли его в треклятом продуктовом магазине, продали и использовали в качестве гребаной жертвы.

Джей молчит, похоже, понимая, что его стандартные ответы, направленные на улучшение самочувствия, бесполезны.

Я был там.

И не сделал ничего, чтобы это остановить.

Открываю рот, готовый продолжить, но поступает еще один звонок. Я смотрю на телефон, и на моем лице появляется злобный оскал.

– Мне нужно идти, – бросаю я Джею, кладу трубку и тут же отвечаю на звонок. – Дэниел. Так приятно слышать тебя, – здороваюсь я. Как одеяло, наброшенное на огонь, мой тон холоден и собран.

– Зак, извини, что звоню так неожиданно. Я хотел кое о чем тебя попросить.

Откидываюсь в кресле, выгибаю шею, громко хрустя мышцами. Мои глаза не отрываются от монитора с фотографией маленького мальчика, которого убивают на последнем видео.

Я уже не смогу забыть его, но когда смотрю на его лицо, это напоминает мне, что где-то есть еще люди, оказавшиеся в такой же ситуации. И сейчас это напоминание – единственное, что удерживает меня от взрыва.

Мне нужно мое благоразумие. Если я потеряю его сейчас, я разрушу то, над чем так упорно работал.

– Чем я могу помочь?

– Считай это предварительным посвящением. Мы уже выбрали, что у нас будет на ужин в эту субботу, и это действительно кое-что особенное. Мы хотим убедиться, что все пройдет без заминок, поэтому в пятницу решили устроить себе небольшой перекус. Присоединяйся, если хочешь.

Мои брови сдвигаются, а в животе открывается яма ужаса, как разверзается небо, обрушивающее на утопающий город очередной ливень.

– «Без заминок»? – повторяю я, понижая голос.

– Не принимай это на свой счет. Большинство проходящих инициацию мы знаем уже много лет. Мы все здесь рискуем, поэтому мое начальство решило, что лучше уж нам поужинать заранее.

Сообщество проверяет меня. В моей голове уже крутятся мысли о том, как предотвратить смерть ребенка у меня на глазах, не поубивав их всех.

– Вот как? – заинтригованно произношу я.

– Все, о чем я прошу, это встретиться со мной в пятницу вечером на званом ужине, который я устраиваю.

Пятница через два дня.

У меня голова идет кругом, когда я пытаюсь разобраться в том, что замышляет Дэн. Это что-то злое, это я знаю точно.

– Какова цель этого перекуса?

Если Дэну и не нравятся мои вопросы, он не дает об этом знать. И, честно говоря, мне плевать.

Чувствуя, как меня охватывает какое-то непреодолимое стремление, я включаю на экране прямую трансляцию с камер наблюдения, которые я установил вокруг дома Адди. Она дома, и машина Дайи все еще припаркована на подъездной дорожке.

Позже мне нужно будет еще потренироваться с ней. Я уже объяснил ей несколько вещей, которые она должна будет сделать в случае похищения, однако я хочу убедиться в том, что Адди хорошо подготовлена. Не потому, что я планирую позволить им ее похитить, а потому, что я реалист и логически понимаю, что не могу контролировать все.

Я слишком долго проработал в этом мире, чтобы знать это. Похищение может произойти в любую секунду, когда ты занимаешься самым обыденным делом, которое повторяешь изо дня в день. Идешь к своей машине. Входишь или выходишь из магазина. Заправляешь автомобиль. Гуляешь в парке. А некоторые даже заставляют постучать в твою дверь приманку, которая попросит о помощи.

– Ну, конечно же, подкрепиться перед главным событием. Мы приготовили идеальную закуску специально для тебя. Она напомнит тебе твою домашнюю кухню. Я могу сказать, что ты присоединишься, да?

Мои кулаки сжимаются до хруста костей. Закуска – это маленькая девочка. Видимо, она похожа на девочку, чью фотографию я показывал ему в «Спасителе». И он пошел и выбрал ту, которая, по его мнению, мне понравится.

Я уже даже не испытываю того мерзкого чувства, от которого тошнит и хочется блевать, – теперь перед моими глазами стоит красный цвет. Цвет крови, вытекающей из его горла, когда я разрезаю его. Красный цвет, вытекающий из его рта, пока он медленно задыхается. Я вижу так много красного.

– Конечно, – беззаботно говорю я. – Ни за что бы не пропустил это.

– Убедись, что за Адди присмотрят, пока меня не будет, – напоминаю я Джею, затягивая галстук на шее.

Он похож на чертову петлю, и играть сегодня с этими людьми в их игры – это пресловутое ведро, выбитое у меня из-под ног.

Общение с одними из самых развращенных людей, когда-либо живших на свете, определенно напоминает повешение на потолочных балках. Они заслуживают смерти, но вместо этого я буду пить с ними дорогой виски и представлять себе всевозможные способы расправы над каждым из них.

– За ее домом ведется круглосуточное наблюдение. Незаметное, разумеется, – уверяет Джей, стоя у меня за спиной.

Мне кажется, что этого недостаточно. Я делал так, когда она была еще просто девушкой, раздевавшейся в своей комнате, а я наблюдал за ней издалека через окно. Я знал, что ее кожа мягкая, как шелк, и что ее киска окажется гребаным раем. Но быть так далеко и только наблюдать – этого для меня недостаточно.

И теперь ее безопасность кажется мне сомнительной. У меня есть лучшие в своем деле кадры, присматривающие за ней, однако если Сообщество пошлет за ней кого-нибудь, то вряд ли они наймут случайного нищего с улицы.