Прежде чем нас разлучат
Шрифт:
— Тот поцелуй. — Слезы, которые до этого момента не имели к Такеру никакого отношения, наполняют мои глаза. — Его не должно было быть. Тебе не нужно было приходить сюда, чтобы сказать мне это.
Я начинаю обходить его, но он хватает меня за руку, останавливая.
— Я не это собирался сказать.
— Тогда, что? — Я освобождаюсь от его хватки.
— Бл*ть. — Он дергает себя за волосы, которые уже и так перепутались. — Последние пять дней я пытался убедить себя держаться от тебя подальше, но в ту минуту, когда мой самолет приземлился в Нэшвилле, обнаружил, что сажусь в свой грузовик и еду к твоему дому.
Я смотрю ему в глаза, их выражение все так же противоречиво, как и в последнюю нашу встречу, но в них есть что-то еще, что заставляет мое сердце странно биться.
— Я облажался. Я не должен был отпускать тебя той ночью. — Он делает ко мне шаг, и на этот раз я не отступаю.
— Такер.
Я закрываю глаза, чувствуя приближение его теплого тела.
— Можешь сказать мне отвалить. Я бы понял, если бы ты так поступила, но я не хочу, чтобы ты это делала. Я хочу получить шанс познакомиться с тобой, даже если его не заслуживаю.
Открыв глаза, я поднимаю голову и смотрю на него. С того момента, как мы встретились, я почувствовала странную связь с этим человеком, что-то, чего не могла объяснить, и я знаю, что если сейчас скажу «нет», то никогда не пойму, что это такое. Никогда не узнаю, свели ли нас вместе обстоятельства, вызвав во мне непонятные чувства, или здесь скрывается нечто большее.
— Было бы разумно отказать, — тихо говорю я ему и себе.
— Возможно, разумно. — Он шагает ближе, так близко, что кончики наших пальцев соприкасаются, и легкое покалывание бежит вверх по моей руке. — А возможно, и нет.
Потерявшись в его взгляде, я вздыхаю, а затем шепчу:
— Хорошо.
— Хорошо?
— Да.
Мое сердцебиение учащается, когда он обхватывает мою щеку своей теплой ладонью и проводит большим пальцем под моей нижней губой.
— Могу я пригласить тебя сегодня на ужин?
О, боже, это действительно происходит.
— Да.
— Не против, если я заеду за тобой в шесть? — мягко спрашивает он, и я киваю. — Хорошо.
Он поднимает голову вверх, когда дождь начинает усиливаться.
— Тебе лучше зайти в квартиру.
— Ладно.
Я не двигаюсь, и он тоже. Понимая, что он не уйдет, пока не уйду я, задерживаюсь еще на секунду, просто чтобы удостовериться, что мне этот момент не привиделся, затем подхожу к двери, отпираю ее ключом и захожу внутрь. Когда дверь закрыта и на замке, я встаю на цыпочки и, чувствуя волнение впервые за очень долгое время, смотрю в глазок, как Такер уходит, пока не исчезает из виду.
Глава 18
Миранда
Сняв кроссовки у входной двери, я иду в свою спальню, избавляюсь от мокрой одежды и надеваю халат, затем беру мобильный и набираю номер Эммы. Слушая гудки, иду по коридору, собирая на ходу игрушки.
— Привет, — отвечает она. — Как прошел визит?
— Там была Наоми.
— Прости. Кажется, мне послышалось, будто ты сказала, что Наоми была в доме Боуи, когда ты привезла сына к его отцу. — шипит она, а я бросаю охапку игрушек в корзину в гостиной.
— Ты не ослышалась.
— Серьезно?
— Да.
— Боже, Боуи такой мудак.
— Согласна. — Я вздыхаю.
— Ты в порядке?
— На обратном пути я слегка сломалась в машине, но сейчас мне лучше. — Я плюхаюсь на диван. — Просто я не ожидала ее увидеть, и не помогло то, что Кингстон устроил истерику из-за поездки к отцу, а когда мы приехали к Боуи, он не отпускал меня, потому что не хотел оставаться.
— Тяжело ему.
— Да. — Я откидываю голову назад и закрываю глаза.
— Наоми тебе что-нибудь сказала?
— Ни слова, но взгляд, который она бросила на меня, говорил о многом.
— Ненавижу ее.
— Хотела бы я ее не ненавидеть. — Я выдохнула. — Она явно никуда не денется, и я не хочу ненавидеть женщину, которая потенциально может когда-нибудь стать мачехой моего сына.
— Не говори так.
— Что именно? Что мне жаль, что я ее не ненавижу, или что она может стать мачехой Кингстона?
— Все вместе.
— Было бы проще, если бы она мне нравилась, если бы мне удалось наладить с ней отношения. И мы обе знаем, что Боуи может на ней жениться. Очевидно, она ему важна.
— Возможно, но ты имеешь полное право не любить ее, Эм. Она спала с твоим мужем.
— Знаю. — Я вздыхаю. — Только мне хотелось бы, чтобы все было по-другому.
— Может быть, однажды так и будет.
— Да, может быть, — соглашаюсь я.
— Хватит о Наоми и Боуи. Ты взволнована сегодняшним свиданием?
— Ох, нет. — Мой желудок опускается. Не знаю, как я могла забыть о Калуме, но совершенно точно о нем забыла.
— «Ох, нет» — что? — спрашивает она, и я съеживаюсь. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не будешь снова откладывать свидание с ним.
— Буду, — шепчу я.
— Миранда. — Она вздыхает.
— Когда я вернулась домой, здесь меня ждал Такер.
— Что? — кричит она. — Почему ты не начала с этого? Что он сказал? Лучше бы что-нибудь хорошее.
— Он сказал, что пять дней убеждал себя держаться от меня подальше, но когда приземлился в Нэшвилле, поехал прямо ко мне.
— Уф, — стонет она. — Я не хочу, чтобы мне это нравилось, но мне нравится.
— Мне тоже, — шепчу я.
— Значит, ты встречаешься с ним?
— Он заедет за мной в шесть. — Желудок скручивает от одной только мысли об этом. — Я очень нервничаю.
— Не нервничай, это всего лишь свидание. Если все пройдет отстойно, ты больше с ним не увидишься, а если все пройдет хорошо, возможно, тебе удастся с ним переспать.
— Не пугай меня! — восклицаю я.
— Почему ты должна пугаться?
— А что, если я ужасна в постели и поэтому Боуи мне изменил? Кроме того, с рождением Кингстона мое тело сильно изменилось.
— Замолчи немедленно. Боуи — идиот, Эм, и его измена не имеет ничего общего с тем, какая ты в постели, а только с тем, что он мудак. Уверена, если погуглить, можно узнать, что даже порнозвездам изменяют, и они — секс-профессионалы.