Прежде чем нас разлучат
Шрифт:
— Секс-профессионалы? — Я улыбаюсь.
— Да, и пусть я не знаю этого из собственного опыта, уверена, что ты великолепна в постели. Наверное, лучшая.
— Ну, конечно. — Я смеюсь.
— И, да, твое тело изменилось, но в лучшую сторону. Грудь стала больше, как и задница, и, насколько я знаю, мужики такое любят.
— Как скажешь.
— Итак, что наденешь?
— Не знаю. Я не думала об этом.
— Я приду и помогу тебе собраться.
— Тебе не обязательно этого делать.
— Знаю, но я все равно приду.
— Ладно, — соглашаюсь я, потому что ее присутствие будет отвлекать меня. Кроме того, она лучше осведомлена в моде.
— Хорошо, скоро увидимся. Мне нужно выполнить кое-какие поручения, а потом я приеду.
Она отключается со словами: «Я люблю тебя», и я несколько минут смотрю в телефон, прежде чем набраться смелости и позвонить Калуму. Глядя на экран, я размышляю о том, чтобы отправить ему сообщение, но не хочу быть таким человеком, поэтому нажимаю дозвон. Раздаются гудки, и я надеюсь, что он не ответит. Конечно, я знаю, что это плохо, но было бы проще оставить сообщение.
— Миранда, — отвечает он, и кажется счастливым, что я ему позвонила, отчего все внутри меня мгновенно сжимается от чувства вины.
— Да, привет, Калум.
— Черт. — Он смеется. — Ты снова отменяешь свидание?
— Да. — Я ёжусь. — Мне очень жаль.
— Ничего страшного. С твоим сыном в порядке?
Зараза, он и правда такой милый.
— Да, с ним все в порядке. Он со своим отцом.
Я дергаю ниточку на халате.
— Я… ну… — я делаю глубокий вдох. — Честно говоря, есть парень, с которым я недавно познакомилась, и мне нужно выяснить, есть ли между нами что-то, прежде чем…
— Я понимаю, — мягко говорит он, перебивая меня. — Может, когда-нибудь увидимся.
— Да, может быть.
— Удачи, Миранда. Надеюсь, у тебя все получится.
— Спасибо, Калум.
— Пока, детка.
— Да, пока.
Я отключаюсь, затем опускаю голову на спинку дивана и смотрю в потолок. Я понимаю, что он не усложнил мне задачу, но все равно чувствую себя засранкой из-за того, что сначала согласилась пойти с ним на свидание, а потом, по сути, динамила его неделю. Ладно, может, и не динамила, но уж мне точно не стоило соглашаться с ним ужинать.
Со стоном я провожу ладонями по лицу. Забавно, как быстро забываешь самое ужасное в свиданиях. Вечные сомнения: «нравлюсь ли я ему, нравится ли он мне, куда это приведет, и хочу ли я вообще, чтобы это куда-то привело?». А затем ощущение того, что ты просто дерьмовый человек, когда ты понимаешь, что тебе кто-то не нравится, и ты должен сказать ему это в глаза.
Когда у меня в руке звонит сотовый, я смотрю на экран, потом хмурюсь при виде незнакомого номера с кодом Нью-Йорка. Сомневаюсь, отвечать или нет, но поскольку Кингстон у Боуи, провожу пальцем по экрану.
— Алло?
— Какого хрена? — рявкает знакомый мужской голос.
— Уокер? — спрашиваю я, потому что голос похож на голос моего брата, но на заднем плане слишком шумно.
— Да, Миранда, это я. Какого хрена?
— Ты продолжаешь это спрашивать, но я не понимаю, какой ответ ты ждешь, потому что, к сожалению, не знаю в чем заключается вопрос.
— Вы с Боуи развелись?
— Да.
— Какого хрена?
— Опять же, это не вопрос, Уокер.
— Он тебе изменил?
Черт, я просила родителей не говорить ему об этом сейчас.
— Изменил. — Я встаю с дивана.
— Почему ты не сказала мне при нашем последнем разговоре? — спрашивает он, когда я иду на кухню.
— Потому что не хотела тебя волновать. У тебя на уме есть гораздо более важные вещи.
«Как остаться в живых», думаю я, но не говорю этого вслух, потому что знаю его ответ: я слишком сильно переживаю. Но как мне не переживать? У него одна из самых опасных работ в мире, и он должен быть сосредоточенным, когда ее выполняет. Один промах может обернуться трагедией для него и людей, с которыми он работает.
— Тебе следовало сказать мне.
— Следовало. — Я открываю посудомоечную машину и начинаю разгружать ее. — Просто не хочу, чтобы ты волновался.
— Вы — моя семья. Конечно, я буду волноваться. Как мой племянник?
— Привыкает, но он в порядке.
— Бл*ть! — взрывается он. — Я убью Боуи.
— Как твои дела? — спрашиваю я, игнорируя его комментарий, потому что он меня пугает, и я знаю, что он, вероятно, мог бы выполнить свою угрозу без угрызений совести. — С кем-нибудь встречаешься?
— Да, встречаюсь. Она стюардесса, — отвечает он, и с моих плеч будто спадает груз.
— Серьезно?
Честно говоря, я хочу, чтобы он остепенился, женился и ушел с этой работы, и я знаю, что наши родители думают так же. Не то чтобы я не горжусь им за то, чего он добился, просто постоянно беспокоюсь, что с ним может что-то случиться, и я больше никогда его не услышу и не увижу.
— Да, вообще-то, она из Теннесси.
— Как тесен мир.
— Точно. — Он выдыхает. — А теперь скажи мне правду. Как ты?
— Счастлива, — тихо говорю я. — Знаю, что не должна так себя чувствовать, учитывая случившееся, но мне кажется, мы с Боуи расстались до того, как у него начался роман. Просто я была слишком занята, чтобы понять это.
— Тебе что-нибудь нужно? Я могу послать тебе денег.
У меня першит в горле. Я скучаю по брату. Было тяжело, когда он уехал сразу после школы и оставил меня. Дома только он воплощал в себе надежность и стабильность, а после его отъезда я всего этого лишилась.
— Я в порядке. Мы в порядке.
— Точно?
— Точно, — тихо подтверждаю я.
— Ладно.
— Как думаешь, ты сможешь вернуться домой этим летом? Уверена, родители рассказали тебе о купленном автофургоне. Они собираются навестить меня.
— Да, сказали. В данный момент я не знаю, смогу ли приехать. Все пока неопределенно.
— Хорошо, сообщи мне, когда будешь знать точно, надеюсь, у тебя получится приехать вместе со своей девушкой.
— Посмотрим, — бормочет он, но звучит отвлеченно кем-то, кто разговаривает с ним на заднем плане. — Прости, малышка. Я должен идти. Скоро созвонимся.