Президент Всея Руси
Шрифт:
Посёлок назвали без особой фантазии Соль, потому что она здесь была найдена прямо на берегу под слоем каменной породы. Теперь же он стал не просто местом добычи - это была настоящая база, обеспечивающая не только солью, но и всем необходимым для дальнейшего пути на юг.
Ярослав сошёл на берег в сопровождении Мстислава Чёрной Волны и Ратибора. За ними следовал небольшой отряд стражи и несколько помощников, включая Ивана, химика, чьи разработки лежали в основе новых методов добычи и очистки соли.
На берегу их уже ждали. У ворот, украшенных деревянным гербом с изображением соляного кристалла, стоял староста поселения - высокий мужчина лет пятидесяти, широкоплечий, с густыми седыми бакенбардами и твёрдым взглядом. Его звали Григорий Березин - человек с прошлым, бывший рязанский воевода, который после войны ушёл в гражданские дела.
– Добро пожаловать в Соль, князь Ярослав!
– сказал он, поклонившись.
– Здравствуй, Григорий. Как обстоят дела?
– Лучше некуда. Посёлок растёт, работа идёт без перебоев. Ты приехал вовремя - как раз завершили строительство новой установки по дистилляции.
Они прошли внутрь поселения, миновав массивные деревянные ворота, обитые железом. За ними открывался вид на упорядоченный городок, построенный с расчётом на долгую службу.
Посёлок был разделён на три основные части:
Жилая зона - аккуратные дома из бруса и кирпича, с крытыми черепицей крышами.
Производственные площадки - где работали испарительные бассейны, печи, склады.
Военная часть - казармы, сторожевые вышки и склад боеприпасов.
В центре располагалась площадь с колодцем, вокруг которой собирались люди. Здесь был даже небольшой рынок, где можно было купить свежий хлеб, мясо и хозяйственные товары.
– Мы используем технологию двойного испарения, - объяснял Иван, показывая на ряд бассейнов, наполненных морской водой.
– Сначала вода фильтруется, затем поступает в нагревательные камеры. После первого испарения мы получаем концентрат, который направляем во вторую камеру. Так получается более чистая и плотная соль.
– Это позволяет увеличить выход?
– спросил Ярослав.
– Да. До двух тонн в неделю. И качество выше, чем раньше. Её можно использовать не только в пищу, но и в медицине, кожевенном деле, да и в металлургии тоже.
Григорий добавил:
– Мы также начали производство соляного рассола. Продаём его в Рязань и дальше на север. Он нужен для консервации мяса и рыбы.
Ярослав нахмурился, присаживаясь на край деревянной скамьи.
– А в чём вы его возите? В бочках?
– Да. Из дуба, обожжённые внутри, чтобы не впитывали запах и не портились. Плотно забитые крышкой и покрытые воском.
– Но тогда вес получается немалый, - продолжил Ярослав.
– И объём. Не проще ли возить саму соль? Её легче транспортировать, меньше места займёт.
Григорий кивнул, понимая ход мыслей князя.
– Это верно. Соль легче и удобнее в хранении. Но дело в том, что рассол имеет свою нишу. Особенно в южных землях, где жарко, и мясо быстро портится. Там предпочитают готовый раствор - им проще поливать мясо или погружать его в него. Для больших хозяйств это экономит время и рабочую силу.
– И кто покупает?
– Купцы из Рязани, Степняки и из Новгорода даже приходят. Есть спрос у монастырей - они используют рассол для заготовки рыбы на постные дни. Также интересуются казачьи отряды - им важно сохранять мясо в долгих походах.
– То есть вы нашли своего покупателя, - сказал Ярослав, задумчиво почесав подбородок.
– Именно так. И цена за литр выше, чем за просто соль. Если учитывать, что мы уже имеем базовое производство.
Ярослав улыбнулся.
– Тогда продолжайте, - сказал Ярослав.
– Только следите за качеством.
Ярослав прошёлся по улицам, говорил с людьми. Большинство жителей были бывшими крестьянами или ремесленниками, которые переехали сюда по найму. Но теперь они чувствовали себя хозяевами, а не временными рабочими.
У одной из хижин сидела женщина с ребёнком, растирая соль в ступке.
– Для чего это?
– спросил Ярослав.
– Для лечебных примочек. Здесь много морской соли, богатой минералами. Житодуб учил нас делать мази.
– Это хорошо, - кивнул он.
– Забота о здоровье очень важна, не многие понимают это.
Рядом, у печи, работали двое мужчин - один поддерживал температуру, другой контролировал уровень пара.
– Вы довольны работой?
– спросил Ярослав.
– Ага, - ответил один.
– Есть еда, есть кров, платят вовремя. Чего ещё желать?
– Хорошо, - сказал Ярослав.
– Значит, всё правильно делаем.
Пока Ярослав осматривал посёлок, Мстислав и Ратибор проверяли состояние оборонительных сооружений.
Стена, хотя и деревянная, была прочной, укреплённой металлическими скобами. На вышках стояли часовые. Внутри - казарма, где жили около сорока воинов. Оружие было современным: арбалеты, короткие мечи, несколько ружей, сделанных по чертежам Ярослава.
– Пираты часто ходят вдоль побережья, - сказал Мстислав.
– Особенно после того, как мы начали активно судоходство.
– У нас есть сигнальные маяки, - добавил Григорий.
– Если кто-то заметит паруса на горизонте - мы будем готовы к отражению набега.
– Отлично, - сказал Ярослав.
– Это место слишком важно, чтобы потерять его из-за недогляда.
Вечером, когда солнце окрасило море в золотой цвет, Ярослав и Григорий сидели у воды, пили квас и говорили.
– Ты доволен этим местом?
– спросил Ярослав.
– Да. Хотя это не родная мне степь, но я нашёл здесь своё дело. Мне нравится, как развивается посёлок. Люди работают, учатся, живут.
– Я рад. Потому что это лишь начало. Через год здесь будет полноценная станция, с причалами для десятка кораблей, мастерскими, запасами провианта. Это станет нашим опорным пунктом на юге.
– Значит, ты планируешь больше торговых путей?
– Не только торговых. Военных тоже. Мы должны быть уверены, что можем защитить свои интересы на море.
Григорий кивнул.
– Тогда тебе понадобятся люди, которые смогут управлять такими посёлками. Люди, которым можно доверять.
– Именно поэтому я выбрал тебя, - сказал Ярослав.
– Потому что ты знаешь цену порядку и ответственности.