Чтение онлайн

Но Мстислав не спешил возвращаться к делам. Он просто стоял, опершись на меч, глядя на реку, по которой они пришли этой ночью. Каждый шаг, каждый удар, каждая секунда была продумана, выверена до мельчайших деталей. И вот теперь лагерь степняков разрушен, их хан взят живым, а страх уже начал распространяться среди тех, кто остался в живых. Это была демонстрация силы, смелости и решимости. И снова Ярослав все просчитал буквально до мелочей.

Внезапно, где-то за его спиной, один из разведчиков вскрикнул:

– Конница! На Севере!

Мстислав резко обернулся. По равнине, со стороны дороги, которая вела к порогам, поднималась плотная полоса пыли. Сначала это казалось лишь дуновением ветра, но чем дольше он смотрел, тем яснее становилось - это не ветер. Это движение. Многочисленное. Организованное.

– Это они… - сказал Сенька, подходя к нему.
– Ярослав.

И действительно, через несколько минут стало видно: на вершине дальнего холма показались первые всадники. Затем - строй пехоты, затем знамёна.

Ярослав ехал впереди. Его конь был покрыт пеной, словно всю ночь скакал без передышки. Сам князь сидел прямо, как древний бог войны, облачённый в доспех, без лишних украшений. За ним двигались сотни, а вскоре и тысячи воинов, лучники, пушкари, гвардейцы, даже новобранцы, готовые доказать свою преданность новому порядку.

Когда основное войско достигло поля возле реки, офицеры начали организовывать лагерь. Пушки были аккуратно спущены с повозок, разбитые шатры заменены на новые, пленные отправлены под охрану. Ярослав же, миновав строй, направил коня прямо к Мстиславу.

– Ну что, Чёрная Волна?
– спросил он, спешиваясь.
– Успел соскучиться?

Мстислав усмехнулся, протягивая руку.

– А ты опять заставил себя ждать.

Они обнялись - два воина, два командира, два человека, которые знали цену каждой победы и каждому потерянному товарищу.

– Ты сделал то, что должен был, - сказал Ярослав, оглядывая место боя.
– Теперь мы можем перейти к следующему этапу.

– Засада у волока?

– Именно. Но теперь мы ударим вместе. Враг не сможет ничего противопоставить нашей силе. Поверь мне.

Мстислав кивнул. Он знал, что эта ночь стала лишь началом большой битвы. А битва за пороги начало еще большего плана. И если сегодня они сломили один вражеский отряд, то завтра предстояло сразиться с целой армией. Но теперь они были под одним знаменем Ярослава, а в его способностях Мстислав не сомневался.

Солнце медленно поднималось над равниной, освещая участок реки, где было мелководье. Бурлящие воды Дона здесь сужались, образуя опасные перекаты и виднелись каменистые выходы известняка. Это место было не было порогом в прямом понимании, просто - оно стало естественной границей между степью и землями Красноградского княжества.

После успешного десанта на Дону и захвате лагеря хана Куртука Ярослав понимал, что главная битва за реку только начинается. Враг не простит такого унижения. Степняки идут большой ордой к ним, но теперь они уже не будут недооценивать противника. Им нужна была крупная победа, чтобы сломить дух сопротивления степи раз и навсегда.

Именно поэтому он выбрал пороги как идеальное поле для решающей битвы.

Под руководством Ярослава и его команды началась недельная подготовка к оборонительной операции. Местность тщательно изучалась. Ратибор и Мстислав лично объезжали каждый склон, каждую развилку дороги, определяя, где лучше всего установить засады, где можно спрятать пушечные батареи, где организовать укрытия для лучников.

– Мы не будем атаковать первыми, - говорил Ярослав на совете офицеров.
– Мы примем удар. Пусть они думают, что мы слабы. Пусть их самоуверенность станет их гибелью.

Пушкари работали день и ночь. Десять пушек были установлены на возвышенностях, откуда открывался обзор всей долины. Они могли стрелять как по флангам, так и прямо в центр наступающих рядов. Каждое орудие имело свой расчёт, обученный лично Иваном, также он следил за качеством пороха.

– Главное точность, - повторял он.
– Одного попадания достаточно, чтобы сломить строй, поверьте, бывалому артиллеристу я это видел не раз.

На подходах к броду были вырыты ямы с заострёнными кольями на дне, заваленные хворостом и прикрытые дерном. Эти ловушки должны были замедлить движение конницы. Также были построены деревянные заграждения - засеки, покрытые маслом и бензином, чтобы их можно было поджечь в нужный момент.

Сенька Шустрый возглавил группу разведчиков. Они регулярно выезжали в степь, собирая информацию о передвижениях врага. При этом часть дезинформаторов отправилась в тыл к степнякам, распространяя слухи, будто Ярослав не успел собрать войско и боится прямого столкновения. В этом очень хорошо помогли люди Гаяза.

– Пусть думают, что мы запуганы. Пусть верят, что легко возьмут брод. Тогда они пойдут без осторожности.

Кроме того, через одного из пленных Ярослав направил послание самому сыну Куртука, Кайрату:

"Если хочешь спасти отца сделай, так чтобы войны степи не пошли к броду".

Это вызвало у молодого хана желание показать свою силу, и он двинул армию быстрее, чем планировал, на это и рассчитывал Ярослав.

Но не только материальные вопросы решались в эти дни. Ярослав лично общался с воинами. Он ходил по лагерям, разговаривал с людьми, рассказывал истории прежних битв, напоминал, зачем они здесь.

– Вы не просто защитники. Вы основатели нового государства. То, что мы делаем сегодня, войдёт в летописи. Помните об этом.

Вечером перед решающим днём все собрались у костров. Воины пили медом, пели песни, точили оружие. Где-то вдалеке, за холмами, уже виднелись факелы вражеской армии. Ночь была тихой, но напряжённой. Казалось, всё вокруг затаило дыхание.

Ярослав стоял у реки, смотрел на отражение луны в воде и думал.

– Завтра всё решится, - прошептал он.

На следующее утро, когда солнце только-только поднялось над горизонтом, когда первый звук боя разнёсся по равнине. Тысячи копыт забили в землю, поднимая облака пыли. В степи, за холмами, показались первые отряды степняков - конные всадники, закованные в кожаные доспехи и вооружённые луками и саблями.

Их было три тысячи или даже больше.

А на склонах реки стояли две тысячи воинов Ярослава.

Но численное превосходство не играло роли. Здесь решала тактика. И Ярослав знал это лучше любого из своих командиров.

Первыми выступили лучники и арбалетчики. Скрытые за деревянными щитами и естественными укрытиями, они начали обстрел ещё до того, как степняки приблизились к основным позициям. Кони падали, всадники катились по земле, но строй продолжал двигаться.

– Не спешите!
– кричал Ратибор, стоя на возвышении.
– Цельтесь в грудь, в шею!