При вечернем и утреннем свете, Сухарев (Сахаров) Дмитрий Антонович

При вечернем и утреннем свете

Сухарев (Сахаров) Дмитрий Антонович

Шрифт:

Синее море

Выберу самое синее море, Белый-пребелый возьму пароход, Сяду — поеду дорогой прямою Все на восход, на восход, на восход. Мой пароход — Он лепесток Вишни, отцветшей над Клязьмою где-то, Медленный, он розоват от рассвета. Сяду — поеду на Дальний Восток. На Дальнем Востоке пушки молчат, Молоденькие мальчики скучают без девчат, Скучают без девчат, Не хнычут, не ворчат, Матчасть в порядке держат И в домино стучат. Синее море, Белый пароход. Сяду — поеду на Дальний Восток. На Дальнем Востоке пушки молчат, А русские солдатики скучают без девчат. 1963

Этот маленький остров

Этот маленький остров в больших облаках, Как под шалью — беляночка лет десяти. Эти девочки в белых пуховых платках, Словно два островка на Великом Пути. Вот стоят эти девочки, ждут сейнеров И щебечут на теплом своем языке. Из далеких, сырых и туманных миров Сейнера возвращаются не налегке. Сейнера разгружаются. Камбалу, ту — В бункер правый, и будут консервы для всех. В бункер левый, навалом, шпану-мелкоту, Мелкота отправляется в туковый цех. Вот по правому желобу рыба скользит, Чтоб в столице Москве не сердился Ишков, А у левого желоба вид неказист, В нем навалом невзрачных рачков и бычков. Этот длинный, как желоб, и слизистый пирс, По которому девочкам просто дойти До консервного цеха, до неба и птиц, До любых островов на Великом Пути. А на атомной лодке стоит офицер, Он веснушчат, и кортик висит на боку, И видна офицеру неясная цель Там, где цель рыболовства ясна рыбаку. 1963

Прекрасная волна

Прекрасная волна! Прекрасный мокрый ветер! Как выглянешь со сна, Так вроде и не пил. Ему бы двери с петель Да крыши со стропил! А в кубрике уют, Там дух махры и пота, Там спит ловецкий люд, Пока молчит звонок. Налей-ка мне компота, Иван Никитич, кок. Иван Никитич, кок, Был шефом в ресторане, А ныне наш браток И варит нам компот. Поди реши заране, Куда судьба копнет! А что тебе судьба? Была бы в жилах ярость, Да на земле изба, Да камбала в кутце, Да пенсия под старость, Да духовой в конце. Судьба нас кинет вверх, А мы умом раскинем. Она нас кинет вниз, А мы закинем трал. Дела у нас такие: То нары, то аврал. Прекрасное житье — Качайся и качайся! Прекрасное питье — Компотец-кипяток! Прекрасное начальство! Прекрасный повар-кок! 1963

Вечерами

Я, как Сиднея житель,— я сиднем сижу, Не хожу ни в какие походы. Вечерами с пустынного пирса слежу, Как по морю идут пароходы. Самоходки-баржи — до Находки, Пассажирский во Владик пошлют, А у атомной лодки-подводки Никому не известный маршрут. Сядет белое солнце в пустую баржу, Сядет облаком небо на Сидней, Сяду я на причальный пенек и сижу — Чем бесцельнее, тем ненасытней. Если с пирса смотреть вечерами, Перспектива туманно-сера. В неозвученной сей синераме По экрану скользят сейнера. А бывает, что к пирсу прихлынет волна И у ног моих пену положит. Мою душу печаль не гнетет ни одна, Ни одна меня дума не гложет. Знаю сам, почему я не спился, Как отечества добрая треть: Я люблю, понимаете, с пирса В это сизое море смотреть. 1963

Норки

Вот сидят в своих конурах Сотни маленьких зверьков, Сотни норок, Сотни шкурок, Денег — сорок сороков! Вот сидит она, валюта, Миски вылизав до дна. На поэта смотрит люто, Потому что голодна. Но когда приходит Люда (Симпатичное лицо!) И когда приносит блюдо По названию мясцо, Как меняются зверьки! Как глядят они влюбленно! «Где же ты была, гулена?» — Вопрошают их зрачки. От такой лучистой неж-нос-ти, От такой пушистой внеш-нос-ти И с ума сойти не грех. Чудо- Люда кормит всех! 1963

Что нам подарит шторм?

Что нам подарит шторм? Два дня безделья, Да грохоту три короба, Да чуд заморских — Пуд. Срывает брызги ветер с волн. Однако Как славно рыскать там, где вал, обмякнув, Назойливую скидывает кладь: Бревно, вязанку водорослей; глядь, И будет нам какая-нибудь невидаль. Дощечка с иероглифом. Оторвало, родимую, от невода и к нам пригнало. Ай да свистопляска! Вот поплавок другой, из пенопласта, И третий, с настроением — Как бы ночной горшок, замкнувшийся в себе. Щепье, тряпье и буйный дух погрома. Хвала дареньям ветра и воды! Да здравствует бутылка из-под рома, Приветствуем огромные валы, Романтиков приветствует стихия! Москва приветствует дисциплинированных водителей (Но это далеко. А тут — штормит.) Что вышвырнет нам шторм? Подачку разве… Ого, перчатка! Не затем ли с грязью, Чтоб явственнее вызов проступил? Резиновая. Пальцы врастопыр. Но мы смолчим, Но мы поглубже спрячем Ту истину и, больше, ту тоску, Что наш удел — исканье всяких всячин, Несущих иероглиф на боку. 1963

Морская трава

Эту пряную перину Море вынесло на берег, Солнце воду испарило, Получилось хорошо. Я прилег, и кеды скинул, И прикрыл рубахой спину, Получилось хорошо. А под боком — этот сильный, Отливающий слюдой Океан С его подсиненной, Подсоленной водой; Эта в родинках-корабликах Корявая спина; Эти крабы, Эти раки, Эти раковины дна. Этот берег — он как счастье И от пропасти вершок. Я прикрыл глаза отчасти,— Получилось хорошо. И запел и заискрился Океан в моем мозгу… Сухопутная я крыса И торчу на берегу! Мне бы бросить этот берег И матросить наяву! Вот ведь блажь! А сердце верит, Что и вправду уплыву. 1963

Палуба

Ах, палуба, она как раскладушка, На ней хоть посидеть, хоть полежать… Учителка юна и простодушна, Легко с такой беседу поддержать. Учителка не ведает кручины. Вся жизнь ее, как бусина, ясна. Учителку в Калуге научили, А выросла в Сухиничах она. Сухиничи! Какое это место! Ни бремени, ни боли, ни простуд! Кругом — сады, беспечные, как детство, А по садам учителки растут. Они растут, оставив ахи мамам, Они с презреньем смотрят на уют, И носятся они по океанам, И алгебру они преподают. О палуба! Облить себя простором, Лукавые расспросы учинить Да жмуриться на солнце, под которым Учителки юнее учениц. Легка волна и стелется, как скатерть, Легка душа, и все как в первый раз! Ползет «жучок», великолепный катер И океан покачивает нас. 1963

Дорога

В. Берковскому

Для того дорога и дана, Чтоб души вниманье не дремало, Человеку важно знать немало, Оттого дорога и длинна. Человеку важно знать свой дом, Весь свой дом, а не один свой угол, Этот дом замусорен и кругл, Чердаки в нем крыты белым льдом. Человеку важно знать людей, Чтоб от них хорошего набраться, Чтоб средь всех идей идею братства Ненароком он не проглядел. А еще полезно знать, что он — Не песчинка на бархане века, Человек не меньше человека, В этой теме важен верный тон. Иногда в дороге нам темно, Иногда она непроходима, Но идти по ней необходимо. Ничего другого не дано. 1965

5. Ведь я родился там

Четыре русских песни

1. Ржавая подкова

Дайте, дайте мне ладью Плыть по белу свету, Дайте родину мою Да мою планету, Мне нужна сажень до дна, Чтобы плыть толково, А для счастья мне нужна Ржавая подкова. Как направлю я ладью Вдаль по синим водам, А подкову я прибью Над родимым входом, А планету положу В сумочку-котомку. — Не губи ее,— скажу Умнику-потомку. Этот берег больно крут, Тот — в дыму белёсом, А меня ни там, ни тут, Я парю над плёсом. Все бы слушала душа Да глаза глядели, Как садится не спеша Солнышко за ели. Дайте спеть на склоне дня Ласковое слово, Нету, нету у меня Ничего другого — Ни на этом на крутом, Ни на том пологом, Ни на гвоздике пустом Над родным порогом. 1973

2. Тайнинка

Я в Тайнинке жила Со своим интересом, И Тайнинка была Моим лугом и лесом, Мне Тайнинка была То истоком, то устьем, И столицей моей, И моим захолустьем. Сколько вилось тогда Голубей над дворами! Отцвели те года Золотыми шарами. А теперь без перил То крыльцо под навесом, Где Алеша курил Со своим интересом. Помню, сели за стол Напоследок с Алешей, И пошел и ушел На войну мой хороший. Он пошел и махнул У калитки рукою, Он ушел и уснул Над чужою рекою. Над чужою рекой Травы шепчутся глухо. Ты, Алешенька, спи, А я стала старуха. На своем цветнике Поливаю левкои, Там, где ты мне махнул Напоследок рукою. 1971

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15-22

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

При вечернем и утреннем свете

Сухарев (Сахаров) Дмитрий Антонович

Шрифт: