Чтение онлайн

Для всего этого достаточно было лишь определиться с уполномоченным на то органом государственного федерального управления о той части цены эксплуатации рудных месторождений, которая бы оставалась на территории промрайона и целевым назначением шла бы на финансирование исполнения муниципальных социальных программ. Это в точности соответствовало бы норме права статьи 2 Закона РФ от 21 февраля 1992 года № 2395-1 «О недрах» , согласно которой, как ранее уже отмечалось, владение, пользование и распоряжение государственным фондом недр должно осуществляться в интересах людей, проживающих на соответствующей территории, а также в интересах всего народа Российской Федерации.

Договор концессии конкретизировал бы условия, по которым в эквивалентном валютно-денежном выражении определённая доля тех же цветных и благородных металлов, извлекаемых из добываемых при выработке месторождений руд, шла бы в государственные бюджеты различных уровней, либо, что ещё лучше, во внебюджетные фонды на решение конкретных социально-значимых задач (!).

В этом случае также удалось бы сохранить разумный уровень реальной прибыльности частного горнодобывающего бизнеса, обеспечив защиту, говоря несколько высокопарно, но точно, общенародных интересов, не допустив раскола российского гражданского общества на малое число сверхбогатых частных лиц и на беспросветно бедное большинство простых граждан.

Вместо этого, похоже, высокопоставленные госчиновники времён правления Бориса Ельцина даже не задумывались о том, что разведанные и официально задокументированные запасы природно-сырьевых богатств недр Российской Федерации должны использоваться в интересах всего российского народа, а не в интересах лишь псевдозащитников нового политического режима – «защитников демократии».

Даже принятый 30 декабря 1995 года Закон РФ № 224-ФЗ «О ставках отчислений на воспроизводство минерально-сырьевой базы» , призванный дополнить положения статей Закона РФ «О недрах» возложением ещё кое-какого материального бремени на коммерческие организации, использовавшие российские недра, преследовал лишь единственную цель создания источника финансирования геологоразведочных работ. Безусловно, это нельзя считать попыткой Государства подвести некую нормативно-правовую базу налогового обременения под деятельность частных компаний-недропользователей с целью изъятия у них большей части сверхдоходов, причиной образования которых была даровая эксплуатация месторождений рудного и углеводородного природного сырья, разведанных и обустроенных задолго до проведения промышленной приватизации по-Чубайсу.

В соответствии с правилом пункта 1 инструктивного письма Госналогслужбы России № ВГ-4-02/50 от 26 августа 1992 года , как платежи за право добычи полезных ископаемых, так и отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы производили предприятия и организации всех организационно-правовых форм.

Правовые нормы частей 1 и 2 статьи 44 Закона РФ «О недрах» регламентировали:

«Пользователи недр, осуществляющие добычу всех видов полезных ископаемых, разведанных за счёт государственных средств, производят отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы.

Ставки этих отчислений устанавливаются в размерах, обеспечивающих необходимые затраты на воспроизводство минерально-сырьевой базы Российской Федерации, и являются едиными для всех пользователей недр, добывающих данный вид минерального сырья».

В итоге ставки отчислений ОАО «Норильский комбинат» на воспроизводство минерально-сырьевой базы (ВМСБ) составили 8,2% от стоимости фактически добытой руды, в структуре которой присутствовали цветные металлы (медь, никель, кобальт), и 7,8% от стоимости добытого полезного ископаемого, содержащего благородные металлы (золото, платиноиды, серебро).

Стоимость добычи и расчёт платежей на ВМСБ определялись налогоплательщиком самостоятельно, а вся сульфидная медно-никелевая руда добывалась и перерабатывалась с целью получения либо концентратов, либо цветных и благородных металлов в товарном виде производственными подразделениями одного и того же юридического лица – ОАО «Норильский комбинат». Внутренний оборот компании, в частности включавший передачу рудниками добытой руды на переработку обогатительным фабрикам, а теми – произведённых концентратов металлургическим заводам, предоставлял специалистам компании возможность большего манёвра при осуществлении расчётов оптимальных затрат на производство промежуточных продуктов на каждом переделе производственного процесса.

Итак, собиравшиеся отчисления на ВМСБ ни в коей мере не рассматривались, как оплата цены эксплуатации месторождений сульфидных медно-никелевых руд, так как своим появлением они были обязаны обострению одной единственной проблемы, которую таким образом пыталось решить Государство: поиск финансовых средств, необходимых для «поддержания штанов» разрозненных структур некогда могучей советской геологии (!).

Если брать конкретнее, то проблема заключалась в катастрофическом положении региональных геологических подразделений бывшего Министерства геологии СССР, утративших вместе с развалом Советского Союза гарантированное централизованное финансирование своего содержания и деятельности, главным образом направленной на проведение перспективных геологических изысканий. Нормы права статьи 44 Закона РФ «О недрах» предписывали следующее:

«Часть сумм отчислений на воспроизводство минерально-сырьевой базы поступает в федеральный бюджет и используется для целевого финансирования работ, предусмотренных федеральными программами геологического изучения недр.

Часть отчислений … по представлению федерального органа управления государственным фондом недр и органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации направляется в бюджеты субъектов Российской Федерации для целевого финансирования работ по воспроизводству минерально-сырьевой базы в соответствии с территориальными программами геологического изучения недр. Из них часть отчислений по представлению территориальных подразделений федерального органа управления государственным фондом недр может передаваться добывающим предприятиям, самостоятельно проводящим работы по геологическому изучению недр».

На основании этой нормы права до 50% отчислений на ВМСБ ОАО «Норильский комбинат» (в дальнейшем ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель») оставались в распоряжении самого недропользователя и направлялись на финансирование проводимых частной компанией работ по геологическому изучению недр.

Буквально накануне процессов акционирования и приватизации государственного промобъединения Норильский комбинат в его состав вошло основное региональное геологическое подразделение бывшего Министерства геологии СССР – Норильская экспедиция, а в 1994 году в структуре комбината было создано Управление геологических работ, что значительно расширило возможности проведения исследований недр.

Руководствуясь действовавшим тогда законодательством, территориальный орган государственного управления – Комитет природных ресурсов по Таймырскому (Долгано-Ненецкому) автономному округу, входивший в структуру Министерства природных ресурсов Российской Федерации, приступил к целевому финансированию геологоразведочных мероприятий из 50%-ых отчислений ОАО «Норильский комбинат» и ОАО «Норильскгазпром» (позднее также и ОАО «Таймыргаз») на ВМСБ.

Для планирования и упорядочивания этой деятельности Таймыркомприродресурсы, работой которого руководил Олег Симонов, совместно с представителями компаний-недропользователей ежегодно разрабатывал и утверждал «Программу по геологическому изучению недр и воспроизводству минерально-сырьевой базы территории Таймырского автономного округа», в которую включались мероприятия по каждому из недропользователей. От ОАО «Норильский комбинат» (в дальнейшем ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель») в этой работе непосредственное и самое активное участие принимали главный геолог Александр Валетов и директор производственного объединений «Норильскгеология» Юрий Космаенко.

К примеру, в 2001 году , ставшим последним годом действия схемы финансирования геологоразведки за счёт ВМСБ, в программу геологического изучения недр Таймыра всего было заложено 1 422 516 000 рублей. Из них 5 300 000 рублей направлялись из федерального бюджета, 189 400 000 рублей – из бюджета Таймырского автономного округа, ещё 147 000 000 рублей поступали из прочих внебюджетных источников финансирования. Остававшиеся у недропользователей пятидесятипроцентные отчисления на ВМСБ, целевым образом направлявшиеся на финансирование геологических изысканий, составляли сумму 1 080 816 000 рублей, что по среднегодовому обменному курсу валют (29,34 рублей/$) было эквивалентно $ 36 837 600.