Признание Альбины Кристаль
Шрифт:
Три дня на корабле сблизили нас — девочка поверяла мне сокровенные тайны. Сегодня ночью она долго стояла у иллюминатора, глядя на звезды. Золотистый рембрантовский сумрак окутал нашу каюту, а букет роз на столике и вазочка с виноградом, который я методически пощипывала, придавали картине настроение высокого гурманства. Вооружившись плюсовыми очками я читала захватывающий роман «Успех» под уютной прикроватной лампой и ждала признаний.
— Альбина, у тебя такое было? — наконец заговорила Катя. — Я словно во сне и не могу понять, где кончается правда и начинается фантазия. Все так необычно, невероятно… Он сам подошел ко мне вчера на палубе и сказал: «Я узнал вас!» Представляешь? Ведь я его тоже сразу узнала, узнала! Не только лицо, глаза… я почувствовала то, что ощущала во сне — он явился ко мне из мечты! В сновидении, потом здесь… Понимаю, понимаю, похоже на выдумку или бред. Но это именно так! С рождения, наверно, я была влюблена в него и знала, что все, самое прекрасное в жизни связано с нашей встречей… Неужели, неужели так у всех?
— Настоящая любовь, детка, великая волшебница. Не каждому выпадает удача встретиться с ней. Но если встретился и узнал — жди чудес.
— Мы летали! Правда, правда! — Катя подбежала, села на ковер у моей кровати — тоненькая, светлая, пронизанная радостью, как березовая роща на заре. Заглядывая огромными, восторженными глазами прямо мне в душу, она зашептала с вдохновением Наташи Ростовой: -
Сегодня, когда взошла луна, он поднял меня на руки и… не смейтесь пожалуйста, мы понеслись к звездам… он поцеловал меня… Я глупая, да?
— Ты счастливая. Запомни этот вечер, девочка и храни, как талисман, — проскрипела я с умиленной интонацией столетней бабки вместо того, чтобы развернуть воспитательную программу по теме «Ошибки юности»: напомнить ей об осторожности, говорить, что все «принцы» по Леркиной теории, рано или поздно превращаются в мелких грызунов, а летают, как правило, накурившись дури. Разве таким был мой личный опыт? Разве кто-то имеет право убивать ее радость?
…Влюбленная девочка парила над вечерним морем, над палубами, суетой, над мимолетными флиртами, быстровянущими увлечениями, над нашим взрослым цинизмом, над логикой жизненной правды и опытные дамы растаяли от умиления. Мы смотрели наверх, как завороженные. Хотя Лерка и старалась не подавать вида.
— Я тоже становилась ошеломляющей красоткой, всякий раз, когда встречала ЕГО. Моим последним увлечением будет санитар, увозящий тело в реанимацию. — Она фыркнула: — Кокетство совершенно необходимо в оздоровительных целях. «Любовь — лучшая косметика» — заявила Лоллобриджида. «Да, это так. — Согласился Ив Сен-Лоран. Но косметику все же легче купить». — Она собрала в сумку журналы, полотенца, набросила длинный, переливчато-радужный халат, состоящий из сплошных разрезов и грациозно потянулась.
— Дурак твой Лоран. Любовь купить вообще невозможно. Это бесценный, редкий дар. И награждаются им избранные. Только полный олух способен принять за съедобные грибы поганки, торчащие на каждом шагу. Ну разве что, использовать в косметических целях. — Я застегнула сорок пуговичек нежно-голубого платья, тоже длинного и щедро порезанного.
— Твоего сыщика, между прочим, чего-то не видно. Хорош «боровичок», да в чужой корзинке, — не могла не съязвить Лера.
— Встретимся за ужином, зануда. Сразу чувствуется, что ты путешествуешь с супругом. В последний момент ее Генка вдруг сбагрил куда-то неотложные дела и отравился с нами. На самом деле ему понравился Сашкин парень и, переложив на его плечи отеческие обязанности, ученый позволил себе расслабиться.
13
Не скажу, чтобы меня не цепляли леркины шпильки, но и участь дамы сердца при женатом мужчине не радовала. Хотя мы, вроде и расстались с Виталием Робертовичем по моей инициативе, но уж очень он легко освободился от обещаний беречь и хранить меня. Тем более в такой архисложной ситуации. На борту Ариус, на борту те, кто поселился в пентхаусе, на борту тот, кто хочет перехватить у них магический амулет. А всем все до фени! Бесконечные танцы в ресторане и выступления группы «Интим» из клуба «Красная шапочка». Вот уж кстати стриптизеры! Ладно, не куксись, Альбина, держись!
Приняв душ и оформив подзагоревшую внешность с тонким вкусом, я направилась к ресторану в самом решительном настроениями. У лифта толпились нарядные пары и я решила воспользоваться лестницей. Фу черт! — с уха слетела довольно увесистая клипса — кораллы с «золотом». Упала, подлая, не на ковровую дорожку, а в довольно глубокий пролет. Я сбежала до самого низа лестницы, где под табличкой «Посторонним вход запрещен» открывался пустынный коридор. Тусклый свет не дал мне возможности как следует осмотреться. Присев, я стала шарить руками по ковролину. Что-то хлопнуло совсем рядом — вскочив, я прижалась к стене.
Конечно, там было темновато, разумеется, я не успела рассмотреть пассажира, скрывшегося за одной из дверей, но фосфоресцирующее пятно его узкого лица вызвало озноб и знакомую ломоту в висках, словно мой череп сжали тисками. Выходит, тип с внешностью Мерелина Менсона тоже на корабле?!
Забыв про потерянную клипсу, я бросилась вверх, чтобы немедленно рассказать Виктору о своем открытии. Это уже не шутки и не психоз! Мы не должны повторить участь «Титаника»!
В ресторане царила приятная атмосфера изысканного ужина в кругу друзей. За отдельным столиком пировал с сотоварищами экзотически яркий супер-стар Карма. Небесно голубое, явно дамское сари и алое пятнышко между бровей свидетельствовали о том, что неутомимый дух певца находится в новом воплощении. Карма заявил о намерении дать три концерта на корабле, прежде чем выгрузившись в Испании и начать турне по Европе.
Проходя мимо компании, в которым блистала обнаженной спиной и рубиновыми стразами Оксан Блинова, я сумела украдкой послать ее супругу значительный взгляд. Он понял и после ужина мы встретились в самом безлюдной части палубы.
Наша августовская беседа в моем офисе за чашкой кофе определила стиль дальнейших взаимоотношений. Разведчик не переходил рамки дружественного трепа, отстранив меня от участия в расследовании загадочных событий и от интимной темы медленного сближения. А я старательно уговаривая себя забыть про поцелуи в темной машине, про таинственные происшествия, связанные с пентхаусом. Такая стойкая-стойкая, гордая-гордая! И вдруг сорвалась! Романтическая атмосфера морского путешествия, испуг от встречи с Бледным ослабили мою оборону. Я позвала своего героя и он пришел. Ну что за противная слабость? Где сила воли, контроль над собой?
Едва я увидала его основательную фигуру на фоне залитого лунным серебром моря, в голове полегчало, как от шампанского и бесконечная прелесть бытия шепнула мне: «Плевать на все! Такая ночь больше не повторится. Сейчас он твой и будь что будет!»
— Привет! — сказал он и стал рядом, глядя на светлеющий горизонт. За кормой белоснежного гиганта плескалась смоляная волна, осыпанная отражениями палубных огней, на реях завис театральный месяц, кому-то ворожил рассыпчатый женский смех и мелодия «Путник в ночи», доносящаяся из ресторана, в этих декорациях так цепляла за душу, словно была написана только вчера. Мой Депардье выглядел чрезвычайно аристократично в темном вечернем костюме и белоснежной крахмальной рубашке. Я набросила на обнаженные плечи шелковую коралловую шаль с длиной бахромой, в которой трепетал заигравшийся бриз. Вспоминать в этот момент о мрачных фантомах мне вовсе не хотелось. Хотелось иного — объятий под звездами, страстного шепота, головокружительного полета над лунной дорожкой. Нельзя было не заметить, что примерно того же самого хотелось Виктору. Я бы могла наделать глупостей, но самоконтроль, черт бы его побрал, все же сработал. Проклиная всех злодеев на свете, я сообщила Виктору, как увидала скрывшееся за дверью знакомое лицо.
— Ты увидела не загоревшего человека? И что? — бестолково переспросил Виктор, продолжал смотреть на мои плечи туманно и страждуще. Потом встрепенулся, как мокрый пес всем телом, сбрасывая наваждение. Галстука на нем, естественно, не было — загорелая шея прочно обосновалась в свободно распахнутом воротничке.
— Брр… Ты не ошиблась? Значит, Бледный все же отважиться на такую вылазку.
— Выходит, жизнь заставила. Думаю, этот коллекционер еще не заполучил желанный талисман. А значит — талисман на борту!