Чтение онлайн

Смерть для таких как я, аристократов, "белой кости", была несколько эфемерным понятием. Медицина, одно из главных достояний Древних знаний, творила истинные чудеса. Впрочем, таковыми они были для всяких отсталых народностей. Или совсем уж бедняков. Для нас же, тех, у кого были средства, обычным делом было быстро вылечиться, подправить фигуру, вырастить новую конечность, взамен утраченной. Или, как в моём случае - восстановить выбитый глаз. Полежу в капсуле какое-то время, потом похожу пару недель с повязкой, собирая завистливые взгляды - ведь я лишился глаза в настоящем бою! За это время он полностью регенерирует. Некоторые старики, уже под сто лет, когда зрение совсем сдавало, удаляли глаза хирургическим путём и выращивали новые. Те, у кого на это хватало серебра.

***

То, что дело не чисто, я понял по хмурым лицам эскулапов, осматривающих меня в госпитале Кордобы. Доктор Кортес, пожилой уже врач, лечивший всю нашу семью, попросил меня недолго побыть в отдельной палате и, не ответив больше ни на один из моих вопросов, вышел вон. Я просидел в полном одиночестве, наверное, несколько часов, пока дверь не отворилась, и на пороге не появился мой отец.

– Как Изабелла?
– спросил я, когда мы с ним обнялись.

– Что?
– растерянно спросил отец, - а, Изабелла? Она... Слушай меня внимательно, сын!
– сказал он вдруг изменившимся голосом, - ты должен пообещать мне одну вещь. Сейчас ты уедешь. Далеко. Очень далеко. У тебя будет другое имя, и ты никогда, слышишь, никогда и никому не расскажешь, кто ты на самом деле! Если ты любишь меня, если ты любишь своих братьев и сестёр, если ты действительно любишь Изабеллу, то пообещай мне никогда и никому не говорить, кто ты такой!

– Что происходит, отец?
– сердце моё сжалось в ужасном предчувствии.

– Ты - аномалия, сын! Понимаешь? Я очень тебя люблю, правда, именно поэтому я и иду на это преступление! Доктор Кортес мне многим обязан, так что он будет молчать. Для всех остальных тебе через полчаса сделают эвтаназию. Не бойся!
– прижал он меня к себе, увидев ужас в моих глазах, - это будет не по-настоящему. Ты очнёшься через час, официально тебя кремируют, так что никто ничего не узнает. Вы с моим доверенным человеком покинете королевство и никогда не сможете вернуться. Понимаешь? Но у тебя будет шанс выжить! Прости меня, сын! Прости!

В глазах отца, железного герцога Перейро, стояли слёзы. Такие же слёзы душили меня. Как же так? Почему именно я?

– Прости меня, сын!
– прошептал отец, - мне надо идти. Будь мужественен!

Он ещё раз обнял меня и выскочил из палаты. Я остался один на один со всем ужасом, что только что на меня обрушили. Я - аномалия! Один на миллион, возможно даже на десять миллионов, но такие как я рождаются. Мы ничем не отличаемся от обычных людей, кроме одного - наша кровь имеет очень странный состав. Настолько странный, что нас следует незамедлительно уничтожить! Без вариантов и исключений. Закон на этот счёт настолько суров, что за сокрытие аномального смертная казнь грозит любому, не взирая на титулы. Единственный способ снять с себя подозрение, это тут же сообщить о таком больном в Инквизицию и Королевскую инспекцию, ибо это дело уже государственного уровня. А это значит, что мой отец, вместе с доктором Кортесом в буквальном смысле рискуют своей головой. Только мне от этого не легче!

Мои мрачные раздумья прервало появление на пороге невысокого человека в чёрных одеяниях.

– Константино Перейро?
– задал вопрос человечек.

– Д-да, - пробормотал я.

– Угу!
– хмыкнул он.

И начал задавать всякие вопросы, на которые я отвечал совершенно отрешённо. Однако на вопрос - знал ли кто-то ещё о моём заболевании?
– мне хватило ума изобразить правдоподобное изумление.

– Каком заболевании? Это же всего лишь глаз! А вы кто?
– перешёл я в атаку, злясь на коротышку за то, что он пытается копать под моего отца.

Человечек пожевал губами, и уже собирался было ответить, как дверь снова открылась, и на пороге нарисовался новый посетитель.

– Ага, я так и думал, святой отец, что вы уже здесь!
– пробормотал вошедший.

– Разумеется, господин главный инспектор, это же моя работа, - скупо улыбнулся человечек в чёрном.

Никаких атрибутов Церкви на нём не было, и странный мундир ничем не напоминал хламиды монахов.

– Ну, и как грешник?
– похоже, главного инспектора вся эта ситуация забавляла.

– Можете допросить, я уже заканчиваю, - милостиво разрешил Инквизитор.

– Да бросьте, падре! Вы же знаете, что у нас с вами одни цели. К чему ходить по кругу и мучить бедного юношу? Есть состав преступления, ваше мнение?

Инквизиция, Экологическая Инквизиция, если точнее, международная структура, созданная для предотвращения событий, подобных Катастрофе, была, пожалуй, самой могущественной организацией в мире. А Королевская инспекция занималась выявлением государственных преступников. Инквизитор не стал обострять межведомственные отношения и, вздохнув и воздев очи горе, произнёс:

– Похоже, дело ясное. Юноша виновен, родители и врач - нет.

– Виновен в чём?!
– вскричал я. Гнев мой был неподдельным, ибо уж моей-то вины в том, что я урод, не было никакой. И ни чьей не было - аномалии просто появлялись иногда и всё.

– Тише, юноша!
– поднял руку маленький человечек, а я вытаращил глаз на инспектора. Мне показалось или нет, что он только что мне подмигнул?

– Ну что же, не будем тянуть тогда!
– потёр руки инспектор, - доктор Кортес, войдите!

В комнату вошёл бледный врач.

– Хм, гхм!
– откашлялся инспектор, - Константино Перейро, комиссия в составе главного Инквизитора герцогства Андалусия, отца Себастьяна Де Ортеги, главного королевского инспектора герцогства Андалусия, инспектора первой категории Хуана Алакорна, а так же доктора Габриэля Кортеса, главного врача госпиталя Кордобы, установила, что Константино Перейро, второй сын герцога Перейро, виновен в нарушении "Закона о чистоте крови", а именно - имеет в своём теле кровь аномального состава. В соответствии с данным законом Константино Перейро подлежит немедленной эвтаназии, после чего его тело будет незамедлительно утилизированы путём сожжения в крематории.

– Доктор?
– обратился он к Кортесу, - вы готовы?

– Что?
– переспросил врач, - готов? А! Да, да, конечно!

– Ну-с, приступим?
– потёр руки инспектор, - молодой человек, - обратился он ко мне. Вам понятно, что сейчас произойдёт?

Мне было совсем не понятно. И страшно. Страшно до такой степени, что я почувствовал, как по ляжке побежала горячая струя.

– Доктор сейчас сделает вам укол, вы заснёте и всё. Это не больно.

Слёзы душили меня, и я почти прозевал момент, когда инспектор снова подмигнул мне.

– Смотрите!
– он ткнул пальцем мне за спину, я, разумеется, обернулся, и тут же почувствовал укол в левую ногу.

– Ай!
– кровь разом хлынула к голове, от ужаса я даже не мог сделать вдох. Бледный доктор Кортес сжимал в руке шприц-пистолет, инспектор улыбался, а отец Себастьян очень внимательно рассматривал изменения, которые происходили с моим лицом. Я думаю, ему было просто любопытно. Потом страх исчез, я смог дышать, и откинулся на жёсткую койку. Мне стало всё равно, что со мной будет, стало всё равно, будет ли плакать по мне Изабелла, будет ли горевать отец, другие братья и сёстры. Но вот двинуть в глаз маленькому человечку в чёрном я бы не отказался. Потом я провалился во тьму.