Чтение онлайн

Сильная девушка, смотрящая из зеркала, ничуть не напоминает прежнюю меня.

Как бы хотелось вернуться в прошлое и крепко себя обнять.

— Белла говорит, Синди очень милая, — делюсь я.

— Здорово! Глядишь, подругой обзаведешься.

— Да, она уверена, что мы поладим.

Мама улавливает мою глубоко укоренившуюся нерешительность и страх еще раньше, чем сама успеваю его осознать.

— Просто будь собой, милая. Твоей искренности будет достаточно.

Выдохнув, я широко улыбаюсь Эмми, поймав обращенный на меня взгляд. Кажется, она, точь-в-точь как отец, способна прочесть любую эмоцию на моем лице, поэтому торопливо произношу в трубку:

— Спасибо, мам. Вечером вернусь домой и все-все расскажу.

— Договорились, удачи. Не лягу спать, пока ты не придешь.

— Да вовсе не обязательно, — спешу вставить я.

— Глупости, мне не терпится все разузнать. Пока ты росла, редко доводилось дожидаться по ночам, так что не лишай меня радости.

К горлу подступает ком.

Тяжелый недуг обкрадывал не только меня: подобно алчному вору, он безжалостно грабил каждого, кто находился рядом.

— Хорошо. Люблю тебя.

— А я тебя еще сильнее.

Мама вешает трубку, оставив после себя тепло на сердце и покой в мыслях. На этот раз улыбка, обращенная к Эмми – прижимающей к груди маленькую фигурку собачки, – выходит по-настоящему искренней.

— Хочешь подготовить дом к приходу Бэмби?

Малышка широко распахивает глаза, вскакивает на ноги и принимается кивать с таким рвением, что едва удерживает равновесие.

Посмеиваясь над ее энтузиазмом, я веду девочку вверх по лестнице в детскую.

— Первым делом нужно переодеться. Что желает надеть королева Эмми?

От ее тихого смешка в ответ на придуманное прозвище сердце тает. Я мгновенно осознаю: Киран далеко не единственный, кто готов на все ради этих звуков.

?

Спустя два часа под чутким руководством Эмми – а под руководством я подразумеваю хаотичные жесты пальчиком и восторженные хлопки в ладоши – мы наконец-то переставили мебель в гостиной. Теперь она напоминает уютное семейное гнездышко, а не забитую хламом барахолку.

И вот теперь мы стоим на кухне – Эмми устроилась рядышком на специальной подставке, купленной Кираном, чтобы дочка могла безопасно помогать в готовке, – обе с ног до головы перемазанные в шоколаде, ведь тесто для брауни разлетелось скорее по нам, нежели попало в форму для выпечки. На платье Эмми уже практически невозможно разглядеть розовый цветочный узор, однако царящий разгром определенно стоит ее сияющей улыбки и ямочек на щеках, обнажившихся во всей красе и до невероятного похожих на отцовские.

— В следующий раз надо будет приготовить лакомства для собак, — наставляю я малышку, пока та слизывает с ложки шоколадную глазурь. — Собакам шоколад вреден. Им его нельзя, не то сильно разболеются.

Эмми смотрит на пирожные с таким видом, будто те лично погубили Бэмби.

Прикусив изнутри щеку, я изо всех сил стараюсь не расхохотаться.

— Все хорошо, Эмми, мы уберем их повыше на кухонный стол, туда, где она ни за что не достанет.

— Эй, есть кто дома? — доносится звонкий оклик Беллы.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как Эмми сползает вниз, умудряясь протиснуться под защитной перекладиной. Извивается она точь-в-точь как скользкий червячок, но стоит выбраться на свободу, как я тут же подхватываю ее на руки.

— Мы здесь! — отзываюсь я.

Из-за угла, уткнув нос в пол, вылетает Бэмби, отбивая хвостом сумасшедший ритм. Завидев Эмми у меня на руках, собака коротко тявкает и бросается вперед, преданно ожидая, когда же я опущу ее лучшую подружку на пол.

Эмми вовсю принимается вырываться: на руках она не выносит сидеть лишь в одном случае: когда поблизости крутится Бэмби.

— Эмми, радость моя, ты же вся в шоколаде. Нельзя давать Бэмби тебя облизывать, — пытаюсь я вразумить девочку, но та и слушать не желает.

Я изо всех сил удерживаю малышку, готовую сию секунду сигануть на пол, когда из-за угла появляется Белла; окинув взглядом меня и то, во что превратилась кухня Кирана, она запрокидывает голову и заливается хохотом.

— Я знала, конечно, что кулинар из тебя так себе, но, Лай, тут ты превзошла саму себя, — выдавливает она, задыхаясь от смеха.

Оглядев кухню, я качаю головой.

— Ой, даже не начинай.

Белла перехватывает Бэмби за ошейник и утягивает назад, уберегая от шоколадного хаоса.

Эмми продолжает брыкаться.

— Ну же, пойдем переоденемся. Помнишь: если Бэмби съест хоть кусочек шоколада, ей станет плохо. Мы же этого не хотим, верно, Эмми?

Девчушка внезапно замирает и опускает взгляд на Бэмби. Медленно покачав головой, она наконец перестает вырываться и принимается отчаянно тыкать пальчиком в сторону лестницы.

— Да-да, идем. Я быстро, обещаю.

В детской я меняю испачканное платье на чистое: точно такое же, только синее и сплошь усыпанное подсолнухами. Стоит завязать сзади пышный бант, как Эмми в мгновение ока срывается с места.

Спустившись следом, я застаю их с Бэмби за шумной игрой в догонялки вокруг дивана в гостиной.

— Ну и красота же у вас! — восхищается Белла, обводя комнату широким жестом.

Я вновь оглядываю гостиную, подмечая, как гармонично и уютно сочетается между собой мебель.

— Закончили перестановку прямо перед тем, как приняться за выпечку.

— И брауни напекли, и дизайн интерьера обновили... Киран тебе явно недоплачивает.

— О, поверь, он платит более чем достаточно, — улыбаюсь я.Этого с лихвой достаточно, чтобы заглушить чувство вины, пока я помогаю родителям заново собирать пенсионные накопления. Я наставляю на нее палец. — Кстати, он хочет заказать у тебя несколько работ.

При упоминании искусства к щекам Беллы приливает румянец. В самый разгар скорби я всерьез опасалась, что она окончательно опустит руки – ведь именно мама привила любовь к рисованию, – однако Белла поступила с точностью наоборот. Свою боль она без остатка излила в творчество, и это заметно в каждой детали: сколько там страсти, любви и нежности.

Триша безмерно гордилась бы ею, всем тем путем, что Белла прошла, и открывшейся галереей.

Стоит ей выложить в сеть новую работу, как спрос взлетает так, что ее раскупают за считаные часы. Грейсон, неизменный преданный фанат, в дни релизов проявляет невероятную активность в соцсетях, созывая всех подряд за покупками.

Глядя на то, как Белла устремляется вслед за своими мечтами и воплощает их в жизнь, невозможно не вдохновиться. Быть может, когда-нибудь и я рискну погнаться за собственной – и речь вовсе не о той скромной задумке, которой делюсь со всеми подряд. Нет, о сокровенной тайне, лелеемой с самого детства, о которой не осмеливаюсь обмолвиться ни единой живой душе из страха, что в этой жизни так и не суждено будет ее достичь.