Призрак поместья Торнхилл
Шрифт:
«Если призраки – отражение наших пороков, то какой из моих грехов отражаешь ты, Зеленоглазка?»
Вивьен что-то мне говорила, но звуки доносились как из-под толщи воды. Кажется, она дернулась – раздался хруст и следом сдавленный крик, а потом все стихло. Зрение потеряло четкость, тело казалось ватным, и я не мог пошевелиться, а вместо слов вылетали только нечленораздельные звуки. Похоже, Бернелл пыталась меня утихомирить – я ощутил прикосновение прохладной ладони к своей щеке, прежде чем картинка перед глазами окончательно превратилась в черноту.
«Почему?» – невысказанный вопрос завис в пустоте.
Препарат, который вколола мне Вивьен, кажется, подействовал в полную силу – тело стало легким, почти невесомым, уносясь куда-то вверх, оставляя почерневшую от дождя крышу Торнхилла далеко позади. Трупы, призраки, манекены вместо людей и чудо в соломенной шляпе – все исчезло в приятной дымке.
«Ах как же чудесно не думать! Как же я завидую всем глупцам и идиотам – вечное сияние чистого кретинизма… Никаких тебе расследований, бывших девушек и сумасшедших Зеленоглазок, накачивающих наркотиками».
Витая где-то там в облаках и почти испытывая благодарность к Вивьен за ее очередной фокус, я зачем-то все же посмотрел вниз.
«Черт, Адриан, ну не можешь ты спокойно даже пять минут полетать в раю с ангелочками, да?» – взбеленилось подсознание, что только-только начало входить во вкус.
Посреди моего личного островка блаженства забрезжило раздражающе рыжее пятно. Торнхилл, треклятый кабинет, ненавистный диван и труба, к которой я был прикован, тоже прорисовались следом, стоило лишь приоткрыть дверь…
– Советую тебе начать рыть тоннель в Китай, сумасшедшая, – хотел сказать я, но вышло только: – Сожв..в..а.
Рыжее пятно стало приобретать человеческие очертания и задумчиво склонило голову набок.
«Бернелл, я никогда не стрелял в людей, но, кажется, ты станешь первой».
Рука потянулась к кобуре, пальцы не слушались, а координация улетела к чертям, не давая даже нащупать крышку. Пятно сверкнуло зеленоватыми глазами и дернулось, заливаясь истерическим хохотом, – похоже, я все-таки говорил вслух.
Это однозначно была не Бернелл. Я не мог разглядеть черты незнакомки, но смех ее выдавал.
По-прежнему ватное тело реагировало слишком долго и слишком плохо – двинув второй рукой, я понял, что наручник все еще на мне. Дело дрянь. Потому что пятно с глазами Вивьен становилось все больше, приближаясь ко мне.
Я наконец смог откинуть крышку кобуры и даже нащупать пистолет, но теперь стояла новая задачка: извлечь его, попутно не отстрелив себе что-нибудь весьма важное. Силуэт замер в нескольких дюймах от меня, нюх также подтвердил, что передо мной не Вивьен. Незнакомец будто присматривался, примерялся, как стоит поступить со мной дальше. Возможно, мне показалось, но в его руке блеснуло нечто серебристое и до ужаса напоминавшее лезвие ножа.
Я в панике утроил усилия, стараясь ухватить «глок» [13] покрепче, когда в коридоре послышались шаги. Рыжее пятно замерло, прислушиваясь, тут же двинулось прочь и исчезло из поля зрения.
– Черт! – послышался голос Мина, ковыряющегося в двери.
«Китайские боги! Кэп, никогда бы не подумал, что буду так рад тебя видеть!»
– Адриан, мать твою, как ты умудрился запереть дверь?
«О-о-о, Сатаница, и ты здесь?»
Я пытался ответить, что ничего не запирал, рассказать, что Бернелл сбежала из-под стражи, а в комнате позже появился кто-то третий, но смог лишь промычать. Мое лицо обхватили чьи-то мягкие руки. Эмили? Хотя, зная любовь Мина ко всем корейским штучкам, не удивлюсь, если столь нежные ладони принадлежат именно ему.
13
Один из самых распространенных видов пистолетов в мире.
– Выпей это, давай!
Кажется, Паркер была напугана.
«Неужели все так плохо?»
К губам прислонили прохладное стекло, я почувствовал влагу и потянул в себя омерзительную вязкую жидкость. Наверное, они просто решили меня добить…
– Адриан, ты слышишь нас?
Я кивнул слишком резко, на грудь выплеснулась часть той мерзости, что я пил. Ее тут же поспешили стереть.
– Найди Бернелл! – рыкнула Эмили.
Не знаю, как Сатаница умудрялась говорить через столь плотно сжатые челюсти, но факт оставался фактом. Я бы даже посмеялся, если бы мог. Наверняка сейчас моя улыбка походила на первый признак внезапного инсульта.
«Зеленоглазка, ты в очень, очень глубокой заднице».
Снова раздались шаги, на этот раз затихающие. Видимо, Мин ушел исполнять приказ, а мое несчастное запястье постигла великая радость освобождения. Кажется, я даже застонал от облегчения.
«Паркер, я почти люблю тебя!»
«Надеюсь, я не произнес это вслух?..»
– Адриан, скорая сюда не доедет, но мы доставим тебя на служебной машине. Хорошо? – Эмили сжала мое плечо, пытаясь привести в чувства. – Тебе надо подняться.
Я замотал головой в ответ, но она проигнорировала мой отказ, впрочем, как и всегда. Удивительно, почему мы расстались, правда?
Неожиданно ловко хрупкая блондинка перекинула мою руку через плечо, помогая встать. Похоже, пойло, что они мне дали, сработало, так как я уже мог с успехом самого пьяного посетителя бара передвигать ногами – на каждом шагу меня шатало в разные стороны, но я не сдавался.
– Не смей отрубаться, Ларсен, я не собираюсь тащить тебя вниз по лестнице в одиночку.
– Было бы логичнее оставить эту задачку Мину, – промямлил я, двигая внезапно ставшим слишком толстым и сухим языком.
Сатаница недовольно цокнула и якобы случайно ткнула меня локтем.
– Знаешь, накачанным и молчаливым ты мне нравился гораздо больше.
– Именно поэтому я буду продолжать говорить, иначе ты опять влюбишься и потащишь меня в церковь, а это разобьет сердце Кэпу.
Несмотря на почти осязаемое раздражение, Паркер прыснула от смеха, а я старался изо всех сил идти прямее и пореже наступать ей на ноги. Так, тихо переругиваясь, мы в обнимку с бывшей доковыляли до первого этажа – запредельная близость после разрыва. В нашей холодной войне обозначился краткий миг перемирия, обусловленный моим частичным параличом. Романтика!
Когда мы вышли в холл, я мысленно воздал хвалу всем богам, осознав, что никого, кроме пары полицейских, здесь больше нет. Представать в нынешнем своем виде перед толпой зевак и подозреваемых желания не было никакого.
– Вивьен нигде нет, как и ее мобильного, и сумки, – отрапортовал Мин, появления которого я даже не заметил.
Периферическое зрение пока что сузилось процентов на тридцать, из-за чего я мотал головой, подражая китайскому болванчику. Исчезновение Бернелл меня совершенно не удивило. В конце концов, если не ради побега, то ради чего было затевать все представление с наручниками и прочими вытекающими? Однако гадкое чувство все равно закралось внутрь, оставляя после себя тяжелый осадок.