Чтение онлайн

Если мисс О’Нил и обиделась на его насмешку, то виду не подала.

— Значит, протеже, — сказала она.

— Если магазин закрыт, то что вы здесь делаете, мисс О’Нил?

— Джессика, — поправила она. — И то, что я здесь делаю, вас не касается. — Она затянулась и выпустила облако дыма. — Так что у вас за дело?

Алексу потребовалось некоторое время, чтобы понять, что она имеет в виду, а потом он показал на ящик.

— У меня посылка от доктора Игнатиуса Белла.

Джессика снова приподняла бровь и долго рассматривала Алекса.

— Доктор Белл обычно сам привозит свои посылки, — сказала она. — Кто вы такой?

Алекс свободной рукой снял шляпу.

— Алекс Локерби, — ответил он. — Я протеже доктора Белла.

При этих словах Джессика улыбнулась чуть шире.

— Вы врач?

— Я руннописец, — ответил Алекс. — И частный детектив.

Она выглядела впечатленной, но Алекс не был уверен, что это не наигранное впечатление. Его заинтриговала эта женщина, которую он никак не мог разгадать.

— Я не знала, что доктор Белл тоже детектив, — сказала она.

— Он консультировал Скотленд-Ярдом, когда служил на флоте.

Джессика задумалась, затягиваясь сигаретой, а потом озорно улыбнулась.

— Я не уверена, что верю вам, Алекс. — Она сделала шаг назад и начала закрывать калитку. — Думаю, вам лучше вернуться, когда доктор Келлин будет на месте.

— У меня есть послание от доктора Белла, — сказал Алекс, надевая шляпу и доставая из кармана записку Игги. — Убедитесь сами.

Джессика О’Нил помедлила, затем открыла калитку настолько, чтобы протянуть руку и взять записку. Она прочла записку с длинной латинской формулой внизу, затем снова внимательно посмотрела на Алекса. Наконец она распахнула калитку и отошла в сторону.

— Спасибо, — сказал Алекс и вышел на задний двор.

Джессика закрыла калитку и заперла её на засов, после чего повела Алекса вдоль дома. Пока она шла, её бёдра покачивались, а драконы на кимоно вздымались и опускались.

Алекс напомнил себе, что он опытный детектив, и именно поэтому обратил на это внимание.

Дорожка от калитки была вымощена плоскими камнями и шла под уклоном вниз, так что к тому времени, как они добрались до задней части дома, подвал оказался на одном уровне с землёй. На заднем дворе остроконечная крыша сарая выглядела так, будто её только что положили на землю. Алексу удалось оторвать взгляд от гипнотизирующих бёдер Джессики ровно настолько, чтобы заметить вырезанную в земле лестницу, ведущую в подземное помещение.

— Что это? — спросил он.

— Сарай для ферментации, — ответила Джессика. — Многим эликсирам и настойкам нужно настояться, прежде чем они наберут полную силу.

Они обогнули угол дома, и Джессика подвела его к простой двери в задней стене подвала. На этом уровне дверь вела прямо на нижний этаж. Вдоль всей задней стены тянулся ряд окон, за которыми Алекс разглядел алхимическую лабораторию.

— Сюда, — сказала Джессика, открыла заднюю дверь и вошла внутрь.

Пройдя за ней, Алекс оказался в небольшой прихожей, из которой двери вели в основную лабораторию с каким-то изолированным рабочим местом. Повсюду стояли деревянные столы, на которых громоздились закупоренные флаконы, стеклянная посуда, резиновые трубки и газовые горелки. Многие установки были в работе: в одних банках на слабом огне кипели цветные жидкости, в других кипели в дистилляционном аппарате. На каждом столе висел планшет с записями, а в воздухе витали пар и едкий запах химикатов.

— Поставте это на верстак, — сказала Джессика, указывая на почти пустой стол. Пока Алекс выполнял ее просьбу, она пересекла комнату и открыла дверь в дальней стене. Через дверной проем Алекс увидел кровать, прикроватную тумбочку и японскую ширму. Похоже, здесь жила Джессика.

— Мне нужно смешать эликсир, который нужен доктору Белл, — сказала она. — Извини, я на минутку. Я не могу вот так ходить и смешивать зелья. Это неприлично.

Она зашла за ширму, и через мгновение оттуда выглянуло кимоно. Через несколько минут Джессика вышла из-за ширмы в простой зеленой блузке, черной юбке с широким кожаным поясом и темных балетках.

— Так-то лучше, — сказала она, вернулась в лабораторию и закрыла дверь в свою комнату.

Алекс ждал ее, прислонившись к верстаку.

— Вы не боялись, что я зайду туда? — спросил он с ухмылкой. — Вы же меня совсем не знаете.

Джессика усмехнулась и нарочито медленно подошла к нему.

— Вам нравится мой лак для ногтей? — спросила она, показывая ему свои пальцы. Каждый ноготь был покрыт темно-красным лаком, который напомнил Алексу цвет двери магазина. Он не замечал этого раньше, но оттенок лака отличался от цвета ее помады.

— Он другой, — сказал он.

— Это контактный яд, — сказала она, касаясь его рубашки спереди и проводя ногтями по жилету. — Одна царапина, и тебя парализует за две секунды. После этого ты задохнешься.

— Вам лучше быть осторожнее, — сказал Алекс, улыбаясь ей. — Если у вас появится зуд, вы, скорее всего, себя убьете. — Джессика улыбнулась ему в ответ и покачала головой, проводя пальцами по его плечу. Несмотря на ее предупреждение об опасности, которую таят в себе ее ногти, Алекс не хотел, чтобы она останавливалась.

— Работать с алхимическими растворами, опасное занятие, — сказала она. — Я каждый день, проснувшись, выпиваю общий антиген, так что могу чесаться сколько угодно.

— Удобно, — признал Алекс. Он оглядел лабораторию с ее столами и колбами. — Что все это значит? — спросил он.

Джессика отошла от него и обхватила себя руками, словно ей было холодно. Она вздохнула, оглядывая комнату.

— Алхимия, суровая госпожа, Алекс, — сказала она. — Простые зелья и эликсиры можно приготовить за несколько часов, но на создание мощных составов уходит больше времени.

— Сколько?

Она подошла к длинному столу, на котором стояли бутылки, чаны, пробирки, конденсаторы и горелки, а также бурлящие жидкости. В один конец стола вливалась прозрачная жидкость, которая затем выпаривалась, а пар конденсировался в жидкость другого цвета. Когда процесс подходил к концу, в маленькую бутылочку падала крошечная капля светящегося бирюзового зелья.

— На его приготовление уходит год и один день, — сказала Джессика. — Каждые восемь часов его нужно проверять и добавлять определенное количество капель из этих бутылок. — Она указала на ряд коричневых бутылок в небольшой коробке.

— То есть вам приходится следить за этим каждый день? — Алекс был предан своей работе, но это казалось ему чрезмерным.

Она усмехнулась и кивнула.

— Алхимия, это не то же самое, что написание рун, — сказала она. — Этим нельзя заниматься в свободное время, это круглосуточная работа.

— Поэтому вы сейчас здесь? — спросил Алекс. — У доктора Келлина дневная смена, а у вас вечерняя.

— Да, — ответила она. — Каждый из нас дежурит в лаборатории по десять часов в день.

— Когда у вас есть время на занятия?