Чтение онлайн

Неосознанно они придвинулись ближе друг к другу. Кади приподняла подбородок, и ее лицо оказалось в нескольких сантиметрах от его. Следующие слова Никос произнес на одном дыхании:

– Так что ответ на твой вопрос – да, я верю в судьбу.

– В кромешной тьме можно увидеть больше, чем на самом ярком свету.

Кади закрыла глаза.

Его губы коснулись ее рта, и она почувствовала, как растворяется в этом прикосновении, в тепле его тела, в чистом запахе, в тяжести его рук на спине. Звезды перед глазами лопались, словно пузырьки в шампанском. Это было прекрасно.

И вдруг она резко отстранилась.

Никос растерянно заморгал:

– Я позволил себе лишнего?

– Нет… да… просто, – пробормотала Кади, не в силах заставить себя посмотреть ему в глаза. – Я просто очень боюсь, что нас тут застукают. Можем уйти?

– Конечно, только возьму наши пальто.

Она смотрела ему в спину. Сердце, до того трепетавшее, бешено колотилось от истинной причины, по которой она отстранилась.

Кади не знала, кого именно из них она целовала.

На следующий день она проснулась и охнула. Шторы в спальне были задернуты, чтобы не пропускать утреннее солнце, но Кади чувствовала, как яркий свет заливает сознание. Вчера в обсерватории Уит упомянул, что на пластинках нанесены координаты. И во сне в мозгу что-то щелкнуло. Кади вытащила из сумки ноутбук, раскрыла его на коленях, сидя в постели, и набрала запрос в поисковике: «Координаты Кембриджа, штат Массачусетс». Всплывший ответ был ошеломляющим. Координаты Кембриджа, штат Массачусетс – 42.3736° северной широты, 71.1106° западной долготы.

Кади открыла тетрадь Эрика на странице, где расшифровывала цифры, добавляя новое прочтение:

1. 42.371609 °C. Ш. – 71.116840° З.Д.

2. 42.369764 °C. Ш. – 71.125497° З.Д.

3. 42.373345 °C. Ш. – 71.118889° З.Д.

42.375038 °C. Ш. – 71.119531° З.Д.

– Да! – воскликнула она вслух.

И тут же услышала над собой стон Ранджу.

Но Кади была слишком взволнована, чтобы чувствовать себя виноватой за то, что разбудила ее. Она взломала код Эрика и, наконец, поняла, что смотрит на географические координаты местности. Теперь ей нужно было точно выяснить, что там находится и почему это так важно для ее брата.

Вдруг сверху показались ноги Ранджу; ногти были выкрашены в мятно-зеленый цвет. Кровать протестующе заскрипела, когда она спустилась с верхней койки на пол.

– Доброе утро, – Ранджу прочесала руками черный шелковистый конский хвост на затылке. – Ты рано встала, чтобы к психологии подготовиться?

– Эмн, нет, к другому.

– О, у тебя еще один тест? Отстой. – Она закинула руки за голову и зевнула. – Я уверена почти во всем, но как ты видела из заметок, что я тебе прислала, статистическая часть сбивает меня с толку. Как насчет позавтракать вместе, а потом позаниматься психологией, может, ты мне все объяснишь?

– Я бы с удовольствием, но мне бы тут надо закончить. – Кади просто хотела остаться одна, чтобы сосредоточиться.

– Оке-ей. – В голосе Раджу проскользнуло раздражение.

– Хотя большое спасибо за заметки, – добавила Кади, когда соседка, собрав душевые принадлежности, направилась к двери.

Ранджу подняла большой палец над головой и вышла.

Кади вздохнула. Отношения с соседкой по комнате далеки от идеала, но времени заморачиваться не было. Она хотела перечитать записи в тетради Эрика, вооружившись новыми знаниями. Большая часть содержимого была явно связана с какими-то исследованиями по физике. Кади сначала предполагала, что это для проекта на премию Бауэра, но с таким же успехом это могли быть заметки для засекреченных исследований Прокоп. Тот факт, что Эрик в принципе зашифровал эту часть записей, укрепляло гипотезу, что они связаны с секретным характером работы Прокоп. Кади вспомнила отказ брата обсуждать свою работу по электронной почте. Опять же, раньше Кади списывала такое поведение на его паранойю, но теперь озадачилась, что это могла быть просто политика лаборатории.

В глаза бросилась маленькая заметка на полях. Страница датировалась осенью прошлого года, на полях мелким почерком шли пункты:

Не давай за собой следить!

Прочь с глаз

Общедоступный

Надежно, но снимается вручную

Никогда не перепроверяй уже брошенное!

Если Кади скептически относилась к координатам, что они могут оказаться просто частью еще одной параноидальной фантазии Эрика, то выделенные тезисы походили на данные Эрику указания. Как будто он действовал от имени кого-то другого, например Прокоп, и координировал действия с третьей стороной. Кади знала, что Прокоп что-то скрывает о своих отношениях с ее братом, но уже сомневалась в гипотезе Ли Дженнингс, что это роман.

Первая догадка была, что в указанных местах проходила встреча или передача. Хотя это привело Кади к неутешительному выводу, что там уже ничего не найти, потому что кто-то все убрал, она все же хотела отследить сами точки. По крайней мере, тогда она сумеет собрать больше информации, проследив шаги Эрика, и, возможно, появится какая-то закономерность, которая укажет, что он оставлял и для кого.

Кади провела следующий час, изучая, для чего могут использоваться географические координаты. Большинство сайтов, которые она изучала, предназначались для «геокешинга», хобби для тех, кто любит охоту за сокровищами по координатам. Количество информации на эту тему было ошеломляющим. Кади узнала, что есть приложение, которое может превратить телефон в GPS-локатор координат. Она ввела в свой телефон первый набор цифр: 42.371940, –71.118128. Точка была всего в четверти мили отсюда, на Маунт-Оберн-стрит. Кади оделась и вышла.

Указания в приложении привели ее на Маунт-Оберн-стрит, как раз там, где та расходится с Боу-стрит. Кади посмотрела на экран и увеличила масштаб карты, чтобы рассмотреть детали. Она медленно шла по тротуару, наблюдая, как синяя точка, обозначающая ее, приближается к красной точке назначения. Когда они наложились друг на друга, Кади подняла глаза и улыбнулась. Она стояла возле «Печенья от бессонницы».

Кади вспомнила, как Эрик бредил этой кондитерской на Гарвард-сквер, которая была открыта в любое время ночи. Он говорил, что магазин – его «родственная душа», настолько идеально подходящий ему и его совиным привычкам, что он злился, мол, почему сам не додумался. Кади тогда сказала брату, что он обязательно должен сводить ее сюда, когда она приедет к нему в кампус. Но Кади так и не побывала здесь ни разу до подачи заявления. Эрик был настолько болен к ее выпускному, что она просто не решилась просить.

Если он просто встречался с кем-то в кондитерской, географические координаты казались слишком специфичным способом строить планы. К тому же заведение было крошечным. Кади заглянула, прикинув, что там едва наберется пять сотен квадратных футов. Не самое подходящее место для тайной дискуссии. Так что, возможно, никакой дискуссии даже и не было; Эрик отметил каждую из координат датами, но не временем, так что, возможно, ни о каких встречах речи не шло. К тому же Эрику становилось неловко с незнакомыми людьми, особенно когда он болел; со стороны Прокоп было бы глупо посылать его на важную встречу с глазу на глаз. Но она могла его послать, чтобы сделать доставку или что-то забрать.

Кади оглядела витрину в поисках подходящего укрытия. В стеклянном окне был только небольшой выступ, слишком неглубокий, чтобы подложить что-нибудь под него, но ближе к земле обнаружилось отверстие с металлическими планками, похожими на жалюзи. Кади опустилась на колени рядом с ним и провела пальцами по каждой из горизонтальных планок, морщась, когда рука все сильнее пачкалась сажей, покрывавшей металл.

На третьей планке снизу она почувствовала что-то липкое. Надеясь, что это не жевательная резинка, Кади ковыряла ее ногтями, пока не сняла и не вытащила на свет… серебристый кусочек клейкой ленты, как раз такой, с помощью которого, вероятно, прикрепилось то, что уже забрали. Кади вспомнилась галочка рядом с первым набором координат – подтверждение, видимо?