Чтение онлайн

Горестно застонав, он последними словами проклял тот день, пять лет назад, когда его, изнуренного болезнью матери и поисками дорогостоящих лекарств, черт попутал согласиться на взятку, предлагаемую одним из местных авторитетов. А заодно и Петьку – ныне Петра Евгеньевича, полковника Прокуратуры, ухитрившегося поймать его за руку, но ради старой дружбы отпустившего бывшего однокашника с миром. Тащись теперь, черт знает куда, объясняй начальству, по какой такой надобности дернул СОБР, да откуда вообще пришла эта информация. Но выхода не было, и, матерясь последними словами, Иван Николаевич принялся делать нужные звонки.

– Что это? – Стас с любопытством постучал по бочонку и попытался подковырнуть ногтем плотно закрытую крышку.

– Осторожней! – Сергей бесцеремонно хлопнул его по руке и протянул толстые нитяные перчатки. – Открывать можно только в них. Это негашеная известь. А еще в сарае, если мне не изменяет память, есть несколько бутылок с наших последних…хм…посиделок.

В глазах Стаса появилось и начало расти понимание. Восхищенно цокнув языком, он, забывшись, с размаха хлопнул друга по плечу.

– Серега, ты гений!!! Если мы отсюда выберемся живыми, обещаю, я поставлю тебе памятник! Нерукотворный!!!

– А объясните, пожалуйста, тому, чье детство не было таким бурным, – подал голос ничего не понимающий Егор, – чем нам может помочь бочонок с негашеной известью?

– О-о, друг мой, – закатил глаза Стас. – Это такая вещь, такая вещь, что…

– Хватит уже паясничать, – оборвал его Сергей, сердито потирая ушибленное плечо. – Если негашеную известь соединить с водой, произойдет очень мощный выброс тепла. Дальше ясно?

– Нет, – честно признался Егор.

– Господи, где твое детство проходило? У мамы под крылышком на пианино «Польку-Бабочку» разучивал?! – не выдержав, снова встрял Стас. – Объясняю: если засыпать известь в бутылку, залить ее водой и плотно закрыть крышку, то от выделяемого тепла бутылку разорвет на миллион осколков. Это же отличная самодельная граната! Главное – вовремя ее кинуть, иначе она может рвануть прямо в руках. И оторвать эти самые руки по локоть.

– Жуть какая, – содрогнулся Егор.

Сергей, прищурившись, посмотрел ему в глаза и тихо произнес:

– Да, это жуть, Егор. Но они хотели войну, и они ее получат. У нас со Славкой мало патронов и когда они закончатся, я не собираюсь задрать лапки кверху и ждать, пока меня прикончат. Я жить хочу. Стас, как у нас со временем?

Стас прислушался к себе и передернул плечами.

– Пока, вроде, есть. Я скажу, когда будет совсем близко.

– Отлично. Егор, сможешь дойти до сарая и принести оттуда как можно больше бутылок?

– Да.

– Тогда, вперед. И возьми с собой Рея, а то еще сунет, не дай Бог, нос в известь.

Егор свистнул собаку и вышел на улицу. Идти после вчерашнего приступа было непросто. Тело плохо слушалось, от слабости на лбу моментально выступила испарина. Ноги разъезжались, как на льду. Добравшись до сарая, он прислонился к стене, чтобы немного передохнуть и огляделся. Быстро привыкнув к полумраку, глаза различили контуры садового инвентаря, аккуратно расставленного вдоль бревенчатых стен. На небольшом рабочем столе лежал забытый топор с треснувшим топорищем, над ним, на вбитом гвозде, словно огромное гнездо, прилепилась к стене плетеная корзина. На полу валялись старые грабли, ведра, коробки с гвоздями. Клубки пыли и паутина покрывали все толстым, равномерным слоем.

То, что ему было нужно, обнаружилось под столом. Там стоял целый ряд серых от пыли бутылок, по большей части пивных, но попадались и водочные, а также несколько квадратных – из-под рома и текилы. Егор усмехнулся: видать, покуролесили ребята на славу, сам он после такого количества спиртного просто по-тихому склеил бы ласты – он всегда плохо переносил алкоголь. Сняв со стены корзину, он сложил в нее как можно больше стеклотары и осторожно двинулся в обратный путь, к дому.

Дурнота накатила, когда он уже подходил к крыльцу. Внезапно стало трудно дышать, небо и земля поменялись местами и завертелись в безумном хороводе. Пропал контроль над телом – попытки преодолеть оставшиеся несколько метров приводили только к нелепым взмахам руками и ногами. Перед глазами поплыли черные круги, к горлу подкатила тошнота. Корзина с бутылками полетела в грязь, жалобно звякнуло стекло. Последним усилием мутнеющего сознания Егор попытался крикнуть, в надежде, что в доме его услышат, но вместо крика вышел невнятный стон, и Егор медленно осел на землю. Последнее, что он почувствовал – горячий, влажный язык, вылизывающий щеку…

– Нет, ну его только за смертью посылать! – Стас в третий раз выглянул в окно, выходящее на задний конец участка, где находился сарай. – Объясни мне, сколько можно нести десяток бутылок? Или он их там каждую в вату обворачивает, чтобы не разбить?!

Сергей мрачно пожал плечами.

– Шут его знает. Пойду схожу, потороплю.

Но не успел он сделать и шаг в сторону двери, как на крыльце послышался быстрый топоток собачьих лап, и Рей заскребся, требуя пустить его в дом. Сергей открыл дверь, и пес сразу заметался вокруг хозяина, скуля и заглядывая в глаза.

– Что случилось, малыш? – присел на корточки хозяин.

Собака в ответ схватила его за штанину и потянула к двери. Переглянувшись, друзья бросились наружу.

Со стороны могло показаться, что Егор просто устал и присел отдохнуть, если бы не вода и грязь, пропитавшие насквозь одежду, и не мертвенно бледное, запрокинутое вверх лицо.

– Твою мать! – Коротко и зло выругался Стас, привычно подхватывая его на руки. – Да что ж за непруха такая?!

Он пинком распахнул входную дверь, прошел в комнату и осторожно уложил бесчувственного Егора на кровать. Быстро освободил от верхней одежды, положил руку на лоб и прошипел что-то сквозь стиснутые зубы, когда подошедший следом Сергей тронул его за плечо.

– Слав…

Стас дернул плечом, сбрасывая руку.

– Слава!

Он обернулся.

– У нас нет на это времени.

– Серега, я должен…

– Ты должен сейчас помочь мне. Потому что, если ты этого не сделаешь, помогать ему, – Сергей кивнул в сторону неподвижно лежащего Егора, – будет уже некому.

Стас нехотя встал и, кинув последний взгляд на кровать, вышел из комнаты. Егор остался один. Его глаза под плотно сомкнутыми веками быстро двигались из стороны в сторону, точно ему снился какой-то живой и яркий сон.

====== Глава 11 ======

Отъехав от дома километра на полтора, я заглушила мотор и без сил уронила голову на руль. Слезы струились по щекам, застилая дорогу, голова горела как в огне. Все попытки успокоиться приводили только к тому, что я еще сильнее начинала всхлипывать. В голове творилось черт знает что. Мысли бессвязно метались, словно вспугнутые птицы, не в состоянии сосредоточиться на чем-то конкретном. Перед глазами молниями проносились образы: Сергей прижимает меня к себе, а меньше чем через минуту ледяным тоном обвиняет в эгоизме; растрепанный Стас приказывает идти к Егору, и он же с безразличным лицом, кидает через всю кухню ключи; вытянутая в запрещающем жесте рука Сергея, когда я попыталась коснуться его…