Проклятая
Шрифт:
– Как я посмотрю, все в сборе, - произнесла принцесса Эль низким хрипловатым голосом, пододвигая себе стул. Слуги суетились поодаль, опасаясь коснуться важной гостьи.
– Ну что ж. В таком случае, приступим.
Я вся подалась вперед, гадая: загорится под ней стул или нет? Мебель и не думала возгораться, так же как и скатерть и сосед справа, неосторожно коснувшийся ее рукава и отдернувший руку.
– Все мы хотим мира, - король поднял руку с кубком.
– Кто мы - жалкие псы, питающиеся падалью, чтобы сложить оружие и склонить головы в поклоне врагам!
– Гневно возразил Акаж, вскочив со стула и опрокинув бордовый напиток. Алый ручеек вина капля за каплей стекал на каменный пол, невольно ассоциируясь с кровью.
– Тихо Акаж. Мы и так погрязли в этой бессмысленной бойне. Некоторые вещи должны закончиться, чтобы остаться в летописях навечно. Как напоминание. Как жестокий урок потомкам.
Я физически ощутила, как напрягся Амиль.
– С вашего общего позволения, - король повернулся к капитану, и вслед за ним повернулись все остальные головы, - мы готовы заключить с вами мир. Но есть одно условие…
– Какое же? – нетерпеливо выкрикнул Амиль.
– Навь. Ты найдешь ее, преподнесешь откуп и разорвешь наше с ней соглашение. Нас надурили. Мы слишком дорого заплатили за оказанную помощь. Слишком…
– То есть, вы договорились с кровожадным колдовским отродьем, - Амиль обвел короля и принцев брезгливым взглядом, - а когда пришла пора платить, умываете руки?
– Не совсем так. Тебе понадобится помощь. Мы готовы ее предоставить: Акаж и Эль пойдут с тобой.
Мне не хотелось встречаться с Навью. Черт возьми, мне очень не хотелось еще раз встречаться с Навью. Но я твердо решила идти вместе с Амилем. Это мой шанс заполучить Акажа. И свою душу.
По загону сновали гигантские крысы, стуча по полу когтистыми лапами. Их черные блестящие носы разом принюхались, шевеля усами, и шесть голов повернулись к нам.
– Мы поедем на огромной крысе?
– Смотри, какие милашки! – Амиль злорадно улыбнулся, игнорируя мой вопрос. С тех пор, как я вызвалась ехать с ними, мы постоянно ссорились. – А с этим малышом я уже знаком. Это Дип. И по строению они ближе к ящерице.
– К огромной и мохнатой ящерице с длинным крысиным хвостом и мордой.
– Думаю, не стоит так обижать Дипа, – Амиль подмигнул мне, - Тебе на нем еще ехать. Если ты, конечно, не передумала.
Плато больше всего напоминало обычную пустыню с глинистым грязно-рыжим песком и опасными тварями. По вытертой, потрескавшейся земле бегали огромные звери величиной с большую собаку, но необычайно похожие на муравьеда. Издалека их морды с длинными носами-хоботками казались беспрестанно шевелились, выискивая добычу. Всей стаей они могли напасть и на человека. Я поежилась и укрылась за камнем, опустившись на сухой песок.
Неподалеку от меня прополз черный длинный червяк с блестящей шерстью и розовыми бусинками глаз. Я с внутренним содроганием отметила острые шипы на хвостовом наросте. Планета колючих тварей и таких же колючих жителей.
– Хочешь, я постерегу лагерь за тебя? – Амиль опустился на корточки возле большого валуна, служащего мне убежищем и кивнул в сторону палатки, - иди туда. Не представляю, зачем ты вообще отправилась с нами в поход.
– Полагаешь, что единственное предназначение женщины – стирать кольчугу и ждать с ратными подвигами у окна? – Страх, недоверие и усталость выплеснулись в диком коктейле раздражения.
– О чем ты? Тебя же ни на минуту нельзя оставить одну – обязательно во что-нибудь вляпаешься…
Изящные брови капитана изогнулись. Отчего-то это стало последней каплей. Злость медленно и тяжело поднялась со дна души, отравляя все удушливым смрадом. Под ее влиянием я незамедлительно выпалила:
– Волнуешься за свой мирный договор? Что не с кем будет его подписывать? Знаешь что? – глаза Амиля опасно сузились, но я продолжила, - Ты не нянька! И мне не нужна твоя помощь!
– Хочешь сказать, чтоб я проваливал?
– Какой ты понятливый мальчик…
Амиль в бешенстве вскочил на ноги и смерил меня тяжелым взглядом.
– Ты все еще жива, только благодаря мне.
– Прости, капитан. Я забываю о стольких важных вещах, когда ты рядом. Мне надо держаться от тебя подальше.
– Я обращалась в пустоту. По склону уходил человек. Необычайно дорогой мне человек, а я так и не смогла его остановить.
22 глава
Четвертый день в пути. Сутки идет дождь. Одежда стала колом, мокрая, тяжелая. С каждым шагом ноги все глубже проваливаются в жидкую рыжую грязь, застревая в ней и выдергиваясь с чавкающим звуком. Крысоподобные ящерицы, понуро плетутся следом, увязая все в той же грязи. Ехать на них по такому размытому склону кажется смерти подобно. Акаж идет впереди, он единственный знает дорогу. Спина Эль, объятая едва видным в серой дождевой завесе пламенем, маячит перед глазами. «Странно, - думаю отрешенно, - пламя не гаснет». Я поскальзываюсь в очередной грязной луже, но сильные руки ловят меня. Амиль. Придержал, помогая встать, и разжал объятья, не сказав ни слова.
Шорох дождевых капель.
Четвертый день в пути.
Эль оттолкнула меня с дороги, выставляя вперед изящные белые руки, тонкие как березовые веточки. С кончиков ее пальцев яркой вспышкой сорвалось пламя. Стрелой взметнувшись в воздух, вонзилось в серые тени.
– Вот они - обреченные души, рабы Нави. Значит мы почти у цели. – Акаж выхватил кривой клинок, опустившись рядом. Искоса взглянув на меня, он тут же оглянулся в поисках Амиля, но тот ушел собирать хворост для костра.
Это было не лучшее время для разговора, но во все остальные дни Акаж, казалось, избегал меня.
– Разве Навь не твоя невеста?
– Нет, конечно! Разве я похож на сумасшедшего? Она была представлена во дворце в качестве невесты, чтобы избежать лишних вопросов.
Акаж поспешил к сестре. Эль удалось справиться с серыми прихвостнями Нави. Тонкая белая фигурка замерла в изящной позе, обхватив пальчиками хрупкие плечи жестом усталости. Этот вечер с заходящим солнцем и розовыми облаками как нельзя лучше оттенял ее красоту. Я невольно загляделась, очарованная. Эль заметила мой взгляд и усмехнулась.