Проклятая
Шрифт:
– Стой. Повелеваю, вывести ее за стены, дать малую толику времени и вернуть обратно.
– Княжич… - пронесся тихий шепот.
Взгляд Тонкой остановился на худом и высоком мальчике с тонким голосом. Она несмело улыбнулась ребенку, постаравшись вложить всю свою благодарность, прежде чем перехитрит выродка.
Тот надменно вскинул кудрявую голову на тонкой шейке и откровенно зевнул.
Стараясь не выказывать радость, она низко опустила голову. Ржавый механизм неохотно заскрипел и мост опустился.
Шаг. Еще шаг. Вернулись ли силы? Соседство камня так близко, но и силища ее велика. Куда больше – чем была раньше. А камень то в аккурат меж окнами темницы и бревном для отрубания голов находится. Кто-то его туда бережно положил. Отлавливал, видать, нечисть всякую да рубил ее буйны головы.
Вот ее руки – впереди, связанные. Веревка – тонкий кожаный ремешок. Хватит сил или нет? Подождать немного – еще не время.
Старый мост под ее ногами пел ей одной слышную победную песню. Стража вела под руки - глупцы, не долго им осталось.
Ее ноги, обутые в поистрепавшиеся башмачки, ступили на землю.
А вот теперь самое время.
Эмир смотрел в другую сторону и оттого пропустил начало бойни. Когда в ворота ввалились первые раненные конвоиры, исторгая стоны и крики, он повернулся вместе со всеми.
Двор мигом опустел, стражники кинулись на подмогу. Княжича увели в замок. Стражник, что стоял в непосредственной близости, от удивления раскрыл рот. Эмир счел нужным этим воспользоваться. С силой толкнув стражника связанными руками, пронесся по мосту.
Увиденное, заставило и его остолбенеть.
Все стражники были мертвы. Их вывернутые и даже выпотрошенные тела не оставляли в этом сомнений. Над ними одиноко высилась пепельно-бледная Тонкая.
– Это… ты с ними? – шевеля ссохшимися губами прошептал Эмир.
– Я … не хотела так. Я просто не рассчитала силы. Они начинают выходить из-под контроля. Как те и говорили… - глаза девчонки наполнились слезами. Он нервно сглотнул и приблизился, стараясь не смотреть под ноги. Тонкая протянула к нему ладонь, словно хотела, чтоб он ее пожал.
Эмир невольно отшатнулся, но взял себя в руки и коснулся кончиков ее пальцев.
Кто ты? Ты, подающая руку мне. Маленькую ладошку с острыми коготками. Кто ты, синеглазая девочка… а человек ли ты?
38 глава
Они уходили от погони краем леса.
Эмир заикнулся было, что неплохо укрыться в самом лесу, но получил в ответ столь выразительный взгляд, что надолго умолк. Он испытывал к ней смесь жалости и скребущего душу страха. Невнятного и зыбкого, как туман. В животе заурчало, но не стал заикаться о привале. Мальчишка бежал немного позади, все такой же тихий и незаметный. В какой момент он снова вошел в их крошечный отряд – Эмир даже не мог сказать. Но был несказанно рад его присутствию.
Все не наедине с Ней…
Кто она? Кто? Хотелось бы ему знать.
Когда Эмир осознал, что их взяли в кольцо, было поздно. Со всех сторон к ним стекались всадники. А сзади шелестел темный лес.
– Может?.. – он несмело мотнул головой в сторону дремучей чащи.
Тонкая на мгновение закрыла глаза.
– Я не хочу убивать их, я боюсь той силы, что живет во мне. Да! – она распахнула глаза, - Мы войдем в лес. Иного пути нет.
– Что так пугает тебя? Это же просто лес…
– Это лес-убийца…
Мальчик, бежавший позади, упал, держась за горло. Из худой, вздрагивающей спины торчали три стрелы. Эмир метнулся к ребенку, но Тонкая удержала его на удивление сильной рукой.
– Мальчик… - прохрипел он.
– В лес, скорее! Не могу удерживать стрелы так долго…
– Брат твой… - он посмотрел в ее лицо ошалелыми от гнева глазами, - мы должны защитить его!
– Нет у меня брата – это картинка… я создала ее для отвода глаз. Но меня хватило только на образ, сделать его говорящим оказалось не под силу… - она бормотала и тащила упирающегося Эмира к лесу.
Она прислонилась к стволу и закрыла глаза.
Может, ну их всех. Лечь на землю, сложить руки и ждать смерти?
Будь одна – так бы и сделала.
– Привал окончен, - многоголосица шорохов, шелестов и шлепков, раздавшаяся над ухом, вывела из недолгого равновесия. Настоящее надвинулось плетением веток над головой и близящимися сумерками.
Ночь в лесу – однозначная гибель.
Она повернула голову и всмотрелась в лицо такого же обреченного.
– Пошли. Может, прорвемся, а?
Лес не отпускал их из своих объятий, сдавливая офитовые ладони все сильней. Цепляясь крючьями веток. Заманивая в жадную топь.
А внутри нее рвались последние тонкие ниточки, сдерживающие бьющее наружу безумие.
Она оказалась бессильна. Упала, цепляясь за топкую, теплую землю. Тело отказалось слушаться и подниматься. Подошел Эмир, такой же истерзанный, замученный лесом.
– Играет с нами. Водит по кругу, не выпускает. Ночь скоро…
– И что… - с трудом выдохнул Эмир, - Что ночью то?
– Конец нам.
Они снова идут по лесу. Ноги слушаются с трудом, каждый шаг - преодоление. Каждая ветка – норовит выколоть глаз или расцарапать лицо. Каждая кочка неожиданно появляется из земли.
– Лес живой? – шепотом спросил Эмир.
– Да… - так же тихо ответила Ви.
– А чего злой такой?
– Когда то давно рос здесь обычный лес. Жил в нем колдун, - она с трудом перевела дух и совсем тихо продолжила, - не то чтоб чернокнижник, но и черной магии не гнушался. И тут в замке пропала княжна. Последний раз жители деревни видели ее на опушке леса. Жених ее перевешал уйму народа, пока один придворный на дыбе не сознался – мол, заплатил колдуну за смерть княжны. Убили чернокнижника стражники, хижину разломали, а лес подожгли.