Чтение онлайн

— Честно? Я пыталась, искала информацию в библиотеке, но она довольно сухая. Задавала вопросы некоторым наставникам, но всё время утыкалась в то, что проклятье наложено магами по закону. Преподаватели как огня боятся этой темы и никто даже углубляться не хотят. Все беспрекословно верят в правильность и законность.

— Но вы не верите?

— Меня не оставляет чувство, что я что-то упускаю.

— Поясните, — потребовал ректор.

— Дома я видела сны и в них Агафью, иногда других людей, возможно моих предков. В этих снах Агафья вовсе не была чудовищем, желавшим другим зла, а только зашуганной девочкой, которую никто не принимал в свою компанию. В моих снах я видела и то, что стало причиной её наказания, но выглядит эта ситуация совершенно не так, как отражено в ваших документах. Поэтому я осмелилась предположить, что в деле моей пращурки кроется какая-то ошибка. И возможно она повлияла на мой магический дар и его искажение.

— Неужели мы будем верить игре воображения этой женщины?! С каких пор сны являются доказательством?! — возмутился Лоуренс Олдред.

— Позвольте задать вопрос? — обратилась я к комиссии, игнорируя обвинителя. — Игнира Кристабелла Вайпери вела у Агафьи один предмет. И она единственная вступилась за неё на суде, а после просила о пересмотре или хотя бы смягчении наказания. Почему её мнение проигнорировали?

— Боюсь, я не понимаю, о чём вы, — задумчиво ответил мне Кассиан Арден.

— Она говорит об этой бумаге, ректор, — до сих пор молчавшая Веллария достала монографию, вытащила из неё сложенный вчетверо листок и положила перед ректором. Старик долго вчитывался, вертел листок в руках, затем поднял на меня тяжёлый взгляд.

— Обращение подлинное. Но я впервые вижу его. Я изучал дело вашей пращурки и там не было этого документа. Лоуренс, потрудитесь объяснить, почему?!

— Простите, ректор, но я тоже не понимаю о каком документе речь, — искренне растерялся Олдред. — Позволите?

Кассиан протянул ему бумагу и мой оппонент тоже долго изучал её, даже лицо его побледнело от осознания, уж не знаю какого.

— Ручаюсь своей честью, этого документа не было в материалах дела никогда.

— И именно ваш отец отказал в его принятии, — добавил ректор.

— Очевидно, у него были на то причины, — парировал профессор.

— Знахарка смогла вам помочь? — перетянула внимание профессор Россен.

— Как бы сказать… — я не сразу вспомнила о чём она, слишком увлечённая перепалкой за трибунами.

— Скажите правду.

— Она считает, что при наложении проклятья имело место некое нарушение.

— В части чего?

— Возможно при наложении проклятья допущена ошибка или не учтено важное условие.

— И снова эта женщина ставит под сомнение репутацию высших магов! — воскликнул Олдред, так что все повернулись к нему. Кажется, былая уверенность вернулась к нему слишком быстро.

— Если позволите, не только слова знахарки меня смутили.

— А что ещё? — оживилась Серафина.

— Раньше, когда мы проникли в архивы, то встретились там с Полуночным стражем. И он сказал, что моё проклятье нестабильно.

— Прямо так и сказал?! — уточнил Солен.

— Слово в слово.

— А как вы вообще выжили после встречи с ним?

Все члены суда с интересом уставились на меня.

— Ну, я не знаю, если честно. Я разозлилась, что он отбирает годы жизни, пошла к нему навстречу и тоже стала считать. А он остановил меня и сказал, что проклятье нестабильно. Потом сказал, что отпустит нас, но прежде согласился помочь найти бумаги.

— Призрак помог вам?! — кажется профессор некромант удивился сильнее некуда.

— Как-то так, — пожала плечами я.

— Если подумать, это уже не кража, здесь имеет место только незаконное проникновение, — высказался кто-то из магов на галёрке.

— И то верно, — согласился ректор. — Зачеркните эту часть в обвинении и подробно внесите рассказ Лукерьи в протокол. Позже обсудим. Солен, попытайтесь выведать что-то у призрака.

— Он не то, чтобы сговорчивый, вам ли не знать, — засомневался некромант.

— И всё же попробуйте.

— Как прикажете. Однако, если уважаемая комиссия сочтёт возможным, я бы пригласил на допрос Слепую Айну.

Маги зашушукались, зашумели, стали переговариваться.

— Боюсь, она не явится, — предположила Веллария Россен.

— Явится, если не хочет сесть за решётку, — отрезал некромант. — Проверим, правду ли нам сказала подсудимая об этой встрече, или у знахарки будет другая версия. А кроме того, в свою бытность преподавателем здесь, Айна специализировалась как раз на проклятьях. Она либо утаила что-то, либо ей не хватает исходных данных, чтобы разобраться со случаем Лукерьи.

Я удивилась такому предложению, хотя если подумать, оно вполне логичное. В любом случае я сказала правду, и оставалось надеяться, что знахарка тоже не станет врать. А то мало ли, захочет выгородить себя, как уже поступила Сарина.

— В этом уравнении слишком много неизвестных, — пророкотал Кассиан Арден, так что многоголосье утихло за секунду и все внимательно слушали. — Полагаю невозможным продолжать слушание по другим пунктам, пока не разберёмся с уже озвученными. Следует вызывать Слепую Айну на допрос, попытаться выведать у Полуночного стража, что он имел ввиду, и дать время профессору Соль уточнить информацию о ключе. Так же нам предстоит проверить экзаменационные листы шестисотлетней давности. Выдайте Лукерье чистую бумагу и письменные принадлежности. А вы, студентка Смирнова, запишите подробно свои сны, каждая деталь может иметь значение. До выяснения всех обстоятельств Лукерью и Райнера содержать под стражей. Слушание продолжится завтра в полдень.

Нас с Райнером первыми вывели в коридор.

— Ты молодец, — сказал мне он, когда мы остались вдвоём на несколько секунд. Секретарь вернулся за бумагами, а четверо высоченных охранников только шли к нам навстречу по коридору.

— Спасибо. Я уже ни в чём не уверенна.

— Всё получится.

— Мы…

— Прекратить разговоры! — раздался за нашими спинами зычный голос Лоуренса.

— Почему нам нельзя поговорить?! — не выдержала я.

— Чтобы вы не смогли договориться о единой линии поведения, это же очевидно, — презрительно бросил мне профессор-обвинитель. — Суд должен выяснить правду и я приложу к этому все усилия.

— Раз так, потрудитесь найти мой кристалл памяти, — огрызнулась я, резко подавшись ему навстречу.

Олдред отпрянул, ухмыльнулся, затем быстрым движением надел на мои запястья какой-то жгут, который стянул мои руки, но боли не причинял.

— Боишься, что женщина тебя ударит? — усмехнулся Лука ему в лицо. — Впрочем, я бы её не осудил.

Только теперь я заметила, что руки Райнера скованы таким же жгутом. Стражники заняли места по бокам от нас обоих и повели по коридору раздельно.

Глава 20

Поиски истины

Лукерья.

Не знаю, почему я была уверена, что меня снова запрут в лазарете, но ожидания не оправдались: мы направлялись в подвалы. В конце лестницы коридор делился на три: левый вёл в зверинец, центральный в оружейную комнату, хранилища и архивы, а правый, как выяснилось, в темницы. За первой дверью оказался довольно просторный приёмник с кандалами на стенах, столом и журналом, куда вписали моё имя. На противоположной входу стене имелось ещё две двери.