Чтение онлайн

Интуиция молчала, значит, воспользуемся разумом. Центральный ход спускался вниз и щетинился нетронутыми сталагмитами-сталактитами, а еще оттуда явственно несло сыростью и слышался тихий плеск воды — похоже, под горой текла подземная река. Левый и правый проход, судя по цепочкам грязных следов, использовались чаще, из последнего еще и ощутимо дуло.

Там выход на поверхность?

Я собрался было повернуть туда. Не найду жителей Няньшань, так хоть огляжусь: пойму, насколько далеко ушел от камер, оценю обстановку — все ли поселение дикарей поставил на уши этот белобрысый придурок или только половину.

Слева эхо донесло неразборчивый гомон голосов, и я, больше не раздумывая, направился вглубь горы.

Шагов через сорок ход оборвался тупиком.

Великий Дракон! Что за невезуха!

Я поднял факел выше, проверяя, не пропустил ли какую-нибудь щель-ход. Круг света выхватил обломанные пеньки сталагмитов, пятна коричневого мха на стене, кварцевую жилу. Рисунок. Выжженный в камне круг с расходящимися от него кривыми лучами напоминал солнце. То самое Черное солнце, которому поклоняются и приносят жертвы дикари?

Я огляделся в поисках алтаря или чего-то похожего, но к облегчению не нашел ни его, ни следов крови. Снова вернулся к изображению. А ведь где-то я его видел, причем совсем недавно. Ну, конечно! Тот же символ был изображен на застежке, что украшала хвост тряпичного тигра в доме дядюшки Дубу! И что все это значит?!

Отвлекшись, я не сразу обратил внимание на шорох позади. Обернулся, роняя факел и призывая «Рой шипов».

Путь мне преграждал десяток дикарей в демонических масках с каменными топорами. Эти вырожденцы были крупнее всех, что я видел до этого. На их фоне стоявший впереди старик выглядел совсем хилым. Загорелое до меди лицо изрезали глубокие морщины. Тщедушный, будто высушенный временем, одетый в накидку из вороньих перьев, он напоминал старую больную птицу. В руках у него был закрытый плотной крышкой горшок.

Похоже, это и есть пресловутый шаман? Пришел помолиться своему кровожадному божеству! Как удачно! Послужит проводником — и до пленников покажет как добраться, и остудит чрезмерно горячие головы соплеменников, если они решат помешать мне забрать жителей Няньшань. Вот только разберусь с его охраной. Я вытащил кристалл фохата.

Шаман еще не понял, что попал. Он указал на меня пальцем с длинным, кривым, напоминающим коготь ногтем и возвестил:

— Черное солнце лишить ума! Привести к нам и поймать в ловушку проклятый вор!

— Ага. Поймать. Вопрос только в том, кто кого, — согласился я, прицеливаясь, чтобы не зацепить старикашку.

Встретился взглядом с бельмами глаз, и на миг потерял контроль над шипами. Что за?!.. Плевать! Меня такими фокусами не возьмешь!

Воспользовавшись моим замешательством, шаман метнул в меня горшок. Я призвал терновый щит. Снаряд разлетелся на черепки, выплеснув фохат, в нос ударил едкий горький дым жженых трав… Фохат и травы?! Бородавки Чжун Куя!

В голове зашумело, будто там поселился рой пчел. Свет факела внезапно потускнел, мир поплыл перед глазами. Тело перестало слушаться, и кристалл выскользнул из непослушных пальцев. Призванные шипы растаяли в воздухе, так и не найдя свою жертву. Пол метнулся навстречу, и последнее, что я запомнил, удар, от которого перед глазами вспыхнуло солнце, то самое, черное. А затем меня поглотила вязкая ватная темнота.

Равнина. Безмолвие. Стелющийся под ногами туман.

Черноволосая девушка в темном ханьфу.

Пора уже привыкнуть к этому месту, чем бы оно ни было.

— Ты снова хочешь мне что-то показать?

Заклинательница кивнула — то ли отвечая на вопрос, то ли сама себе, а затем решительно направилась в мою сторону. Я думал, что она растает, как случилось в прошлых снах. Или наткнется на барьер. Но незнакомка беспрепятственно приблизилась вплотную, помедлила, а затем взяла меня за руку.

Земля резко ушла вниз, а сердце — в пятки. В лицо, ослепив, ударил воздух, ветер свистел в ушах, и несколько томительных мгновений моим единственным ориентиром были лишь тонкие теплые пальцы незнакомой заклинательницы, железной хваткой сжимавшие запястье.

Когда я опомнился, то обнаружил, что вишу высоко над землей — так высоко, как, наверно, летают только боги. Под ногами сквозь Космическую Пустоту, загребая ластами, величественно плыла огромная Черепаха Ао. На ее панцире, держа в хоботах плоский медный диск, стояли семь фарфоровых, подаренных мне учителем Лучанем, слонов. В центре диска горел огромный белый алмаз. От него расходился водоворот, который был одновременно и светом, и нарушившей уже привычное безмолвие музыкой. В воздухе пахло жасмином и свежестью после грозы.

Это наш мир? Спектр? Тогда алмаз наверняка его сердце, что находится в великом Белом Доме.

На несколько минут я забыл сам себя, зачарованный красотой и магией представшего перед моими глазами зрелища. Радужный свет фохата растекался по всему миру, достигая самых дальних краев, а затем покидал диск, поднимаясь вверх и накрывая Спектр огромным сияющим куполом-барьером.

Проследив взглядом за самым ярким потоком, напоминавшим уходящую в небо белую струну, я посмотрел вверх… и вздрогнул. В зените, жадно поглощая свет, зияло черное пятно, дыра. Хотя дыра — неверное слово. Солнце. Зловещее черное солнце, от которого у меня по спине побежали мурашки. Черный алмаз.

Что за порождение демонов?!

Заклинательница безбоязненно устремилась к нему. Я дернулся назад, удерживая безумную, но та выпустила мою руку, а когда я попробовал поймать ее сам, играючи увернулась — словно рыба выскользнула из рук неумелого рыбака.

Девушка подлетела к черному алмазу, замерла на мгновение, улыбнулась мне, а затем ласково, даже любовно коснулась его, и тот… лопнул. Гармония музыки нарушилась, словно струны цитры оборвали руки впервые взявшегося за инструмент музыканта. Острые осколки ливнем обрушились на мир. Часть из них сгорела, сожженная благословенным светом Сердца Мира. Другая достигла диска, который начал покрываться зелеными пятнами патины.

Распространяющие вонь гнили пятна разрастались, увеличивались в размерах…

Спустя пару мгновений я понял, что это не пятно растет. Падал я сам: когда заклинательница отпустила мою руку, исчезла и та сила, что удерживала меня в воздухе. Я попытался призвать «Лепесток», но фохат не послушался.

Быстрее и быстрее.

Вымахали вверх горы, вырос лес. Я уже мог различить каждую трещинку, каждую острую грань стремительно приближающихся камней.

Сжался, зажмурился, предчувствуя удар.

За секунду до того, как разбиться, я… проснулся.

Голова гудела. В горле горчило. Сердце бешено стучало в груди, а волосы на висках слиплись от пота.

Сон. Просто сон. Но снова до жути реалистичный.

Что это был за черный кристалл, пожиравший свет? Неужели это из-за него нарушилось равномерное течение фохата и появились Серые земли? Когда вернемся в Дом, нужно обязательно заглянуть в архив: любитель легенд господин Юйсян наверняка подскажет, попадалось ли ему что-то подобное.