Чтение онлайн

Я не знала. Дверь открылась. Вошли гвардейцы. Подняли меня со стула, повели обратно в темницу. Я шла, не сопротивляясь, не говоря ни слова.

В камере было холодно. Я села на гнилую солому в углу, обхватила колени руками. Кандалы на запястьях тихо звенели при каждом движении. Я сказала правду. И теперь мне оставалось только ждать.

Ждать его решения. Его приговора. Его веры — или неверия.

Я закрыла глаза. Перед внутренним взором встало его лицо — бледное, потрясенное, с расширенными глазами, в которых боролись надежда и ужас.

«Может быть, потому что я и есть она?»

Я повторила эти слова в своей голове. Они звучали безумно. Невозможно. Но они были правдой. Где-то наверху, в замке, выл ветер. Я сидела в темноте, в холоде, в неизвестности, и ждала. Чего — я не знала.

Но впервые за долгое время я чувствовала не только страх. Я чувствовала надежду. Робкую, хрупкую, почти невесомую. Но живую.

Я сказала правду. И теперь все зависело от него

Глава 31

Я не помнил, как вышел из кабинета.

Ноги несли меня по коридорам замка сами — мимо гобеленов, мимо гвардейцев, вытягивающихся по стойке смирно, мимо слуг, прижимающихся к стенам при моем приближении. Я не видел их. Не слышал. В ушах звучали только ее слова.

«Может быть, потому что я и есть она?»

Я вошел в свой кабинет, захлопнул дверь. Прислонился спиной к дереву. Закрыл глаза. Безумие. Это безумие. Такого не бывает. Мертвые не возвращаются. Души не переселяются в чужие тела. Это сказки, легенды, бредни сумасшедших.

Но браслет горел.

Я поднял левую руку, закатал рукав. Изумрудная вязь пульсировала — ярко, живо, яростно. Так, как не светилась с того самого дня, когда Элиана умерла у меня на руках. Четыре года браслет тлел тусклым, мертвенным светом — а теперь пылал, будто внутри него билось сердце. Ее сердце.

Я оттолкнулся от двери, подошел к столу. Рухнул в кресло. Обхватил голову руками.

Если это правда — если она действительно Элиана, вернувшаяся в чужом теле? Четыре года назад я убил ее. Своими руками.

А если это ложь? Если Селения Романдэ просто самозванка, одержимая, шпионка, тогда почему браслет светится? Почему Вихрь признал ее? Почему она знает приемы, которые я никому не показывал? Почему поет песню, которую слышали только мы двое?

Совпадений не бывает. Я не верил в совпадения.

Я встал, подошел к окну. Внизу, во внутреннем дворе, горел одинокий фонарь. И под ним никого не было. В прошлый раз она стояла там — смотрела на мое окно. Теперь она сидела в темнице, в кандалах, по моему приказу.

Я арестовал ее. Снова.

— Проклятие, — прошептал я.

Развернулся, вышел из кабинета. Прошел по коридору, спустился по лестнице, постучал в дверь Корвина.

Старый маг открыл не сразу. Он был в домашнем — простая рубаха, штаны, волосы растрепаны. Видимо, я разбудил его. Но, увидев мое лицо, он мгновенно проснулся.

— Ваша светлость? Что-то случилось?

— Проверь все заново, — сказал я. — Письма. Следы. Показания. Все, что у нас есть на Романдэ.

Он нахмурился.

— Мы уже проверяли. Дважды.

— Проверь в третий раз.

Он смотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Выцветшие голубые глаза, казалось, видели больше, чем я хотел показывать.

— Вы хотите найти доказательства ее вины, — сказал он наконец, — или ее невиновности?

Я не ответил. Он кивнул, будто понял что-то.

— Я сделаю, что смогу, ваша светлость. Но вы должны понимать, что если ее подставили, тот, кто это сделал, — профессионал. Следы будут запутаны.

— Сделай, — повторил я и вышел.

Остаток ночи я провел в кабинете. Не спал. Сидел в кресле, смотрел на браслет и думал.

«Может быть, потому что я и есть она?»

Я вспоминал каждую нашу встречу. Первый раз на отборе в Академии — она стояла в строю, бледная, напряженная, и смотрела на меня так, будто знала. Патруль, где она нашла след, который не заметили опытные следопыты. Пещера, где она бросилась спасать ребенка, не раздумывая. Тренировка, где она использовала «Крыло падающего ястреба» — прием, который я придумал для Элианы и никому больше не показывал. Вечер, где она напевала нашу песню.

Слишком много. Слишком много для одной случайной девчонки.

Я закрыл глаза. Перед внутренним взором встало ее лицо — чужое, незнакомое, но с таким знакомым выражением. Эти голубые глаза, которые в гневе становились почти зелеными. Эта манера сжимать губы, когда она злится. Этот прямой, дерзкий взгляд, который она никогда не отводила.

Элиана смотрела на меня так же.

— Кто ты? — прошептал я в пустоту. — Кто ты, Селения Романдэ?

Ответа не было. На рассвете в дверь постучали.

— Войдите.

Это была Илдиана.

Она вошла бесшумно, как тень. В бледно-голубом утреннем платье, с распущенными волосами, без косметики — она выглядела юной, беззащитной, искренней. Идеальная маска.

— Брат, — сказала она мягко. — Ты не спал.

— Не спал, — подтвердил я, не двигаясь.

Она подошла ближе. Опустилась в кресло напротив. Сложила руки на коленях. Посмотрела на меня с тревогой и заботой.

— Я беспокоюсь о тебе, Тамир. Ты сам не свой с тех пор, как появилась эта девчонка. Ты не ешь, не спишь, ты отстранился от всех. Ты готов поверить в безумные фантазии, которые она тебе внушает.

— Какие фантазии? — спросил я.

Она чуть заметно напряглась. Только на мгновение.

— Я не знаю, что она тебе наговорила. Но я вижу, как ты смотришь на нее. Как ты готов оправдать ее, несмотря на все улики. Она околдовала тебя, брат. Одержимые так умеют. Они проникают в разум, затуманивают мысли, заставляют верить в невозможное.

— Одержимые, — повторил я. — Ты думаешь, она одержима?

— Я уверена, — она подалась вперед. — Посмотри на факты, Тамир. Болезненная, слабая девочка, которая чуть не умерла от магического истощения. А после — внезапный талант, сила, уверенность. Так не бывает. Это не она. Это что-то другое, поселившееся в ее теле. Что-то опасное.