Чтение онлайн

Я смотрел на нее. На свою сестру. На женщину, которая была рядом со мной всю жизнь. Которая утешала меня после смерти Элианы. Которая заботилась обо мне, поддерживала, помогала.

И впервые я заметил что-то в ее глазах. Что-то, чего не видел раньше. Фальшь. Тонкую, почти незаметную, но фальшь. Как трещина в идеально отполированном зеркале.

— Откуда ты знаешь о ее болезни? –– насторожился я.

–– Я же не могу допустить, чтобы в нашем доме жили люди, которых я не знаю, – ничуть не смутившись моим вопросом, ответила сестра, –– Конечно, я обо всех наводила справки.

–– Ты не должна лезь не в свое дело, — сказал я медленно.

— Я знаю, — она накрыла мою руку своей. — Но я твоя сестра, Тамир. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты был в безопасности. А эта девчонка — она опасна. Для тебя. Для всех нас.

Я отнял руку.

— Я подумаю над твоими словами.

Она улыбнулась — тепло, ласково, фальшиво.

— Это все, о чем я прошу. Подумай. А пока — отдохни. Ты измучен.

Она встала, поцеловала меня в лоб и вышла.

Я остался сидеть в кресле, глядя на закрытую дверь. Фальшь. Я видел ее. Впервые за все годы — видел. Но я отогнал эту мысль. Не мог поверить. Не хотел. Илдиана — моя сестра. Моя семья. Единственная, кто остался со мной после смерти Элианы. Она не могла лгать мне. Не могла желать мне зла.

Или могла?

Я встал, подошел к окну. Солнце уже поднялось над серыми стенами замка, окрашивая их в блеклые, размытые тона. Где-то внизу, в темнице, сидела Селения. Ждала моей веры. Или моего приговора.

Я посмотрел на браслет. Он горел.

— Кто ты? — спросил я снова. — Кто ты, Селения Романдэ?

Ответа не было. Только ветер выл за окном, да браслет пульсировал изумрудным светом, будто пытаясь что-то сказать.

Я не знал, кому верить. Сестре, которая была со мной всю жизнь. Или девчонке, которая появилась месяц назад, но заставила мой браслет светиться так, как он не светился четыре года.

Я не знал. И это незнание разрывало меня на части.

Глава 32

Илдиана Де Жамбер стояла у окна своей спальни и смотрела, как серый рассвет наползает на стены замка.

Она не спала всю ночь. Не могла. Слова, сказанные этой девчонкой в темнице, звенели в ушах, как набат. «Ты даже не представляешь, кто я». И этот взгляд — полный такой ненависти, такой древней, такой знакомой злобы, что Илдиана на мгновение отшатнулась. Она, Илдиана Де Жамбер, которая не боялась ни богов, ни демонов, ни собственного брата, — отшатнулась от какой-то безродной выскочки.

Это было невыносимо и унизительно.

Она отошла от окна, опустилась в кресло у камина. Пламя плясало на поленьях, отбрасывая длинные тени на стены. Илдиана смотрела в огонь и думала.

Тамир колебался. Она видела это сегодня утром, когда говорила с ним. Он смотрел на нее иначе — не как на сестру, которой доверял всю жизнь, а как на чужого человека. Как на врага. Он никогда не смотрел на нее так раньше. Даже когда она подставила Элиану, даже когда та умерла, даже когда все улики указывали на измену герцогини, Тамир верил сестре безоговорочно.

А теперь — сомневался. Из-за нее. Из-за этой девчонки с чужим лицом и знакомыми повадками.

Илдиана сжала подлокотники кресла так, что побелели костяшки. Она не могла допустить, чтобы все рухнуло сейчас. Не после того, как она четыре года строила этот мир. Мир, в котором она — единственная женщина рядом с Тамиром. Единственная, кому он доверяет. Единственная, кто имеет влияние на герцога Опальных Земель.

Она встала, подошла к секретеру. Достала лист пергамента, перо, чернильницу. Замерла на мгновение, обдумывая слова.

Инквизиция и Высший Совет. Только они могли остановить Тамира, если он окончательно выйдет из-под контроля. Только они имели власть, превосходящую власть герцога-инквизитора. И у них были методы, способные выжечь любую скверну. Любую одержимость. Любую угрозу.

Она обмакнула перо в чернила и начала писать.

«Высокому Совету Священной Инквизиции.

Я, Илдиана Де Жамбер, сестра герцога Тамириуса Де Жамбера, обращаюсь к вам с прошением о немедленном вмешательстве. В Опальных Землях появилась угроза, которую мой брат, по причине помутнения рассудка, не способен распознать и устранить самостоятельно.

Женщина, именующая себя Селенией Романдэ, проникла в замок под видом новобранца. С момента ее появления герцог ведет себя странно: он отстранился от привычных дел, пренебрегает обязанностями инквизитора, проявляет необъяснимую привязанность к означенной женщине. Его магический браслет — артефакт, связанный с покойной герцогиней, — светится в ее присутствии, чего не случалось четыре года.

Убеждена, что Селения Романдэ одержима. Сущность, поселившаяся в ее теле, заколдовала моего брата и представляет угрозу не только для дома Де Жамбер, но и для всего королевства. Одержимые такого уровня опасности должны быть уничтожены, а герцог — очищен, даже если для этого потребуется применить силу.

Прошу прислать отряд для расследования и проведения необходимых ритуалов. Медлить нельзя — с каждым днем влияние одержимой усиливается.

Верная слуга Короны и Инквизиции,

Илдиана Де Жамбер»

Она перечитала написанное. Удовлетворенно кивнула. Сложила пергамент, запечатала своей личной печатью — не гербом дома, а маленьким перстнем с изображением лилии, который носила с детства.

Подошла к окну, распахнула створки. Холодный утренний воздух ворвался в комнату. Илдиана сунула два пальца в рот и свистнула — коротко, пронзительно.

Черный ворон спикировал с крыши, опустился на подоконник. Его глаза — красные, умные, неживые — уставились на нее.

— В Инквизицию, — сказала она, привязывая послание к лапке. — Лично Верховному Инквизитору. Быстро.

Ворон каркнул и взмыл в серое небо. Илдиана смотрела ему вслед, пока он не растворился в тумане.

Она не заметила, что из тени у стены за ней наблюдали. Финн не должен был оказаться здесь в такой час. Он просто не мог уснуть. После ареста Селении, после всего, что случилось в лесу, сон не шел. Он бродил по замку, пытаясь унять тревогу, и сам не заметил, как забрел в восточное крыло — туда, где располагались покои леди Илдианы.

Он уже собирался повернуть назад, когда услышал свист.

Финн замер, прижался к стене. Увидел, как распахнулось окно на втором этаже, как на подоконник опустился ворон — огромный, черный, с красными глазами. Увидел, как женская рука привязывает к его лапке послание. Увидел, как ворон взмывает в небо и исчезает в серой дымке.

Леди Илдиана отправила ворона. На рассвете. Тайно.

Финн не знал, что было в послании. Но он чувствовал: что-то не так. Что-то очень, очень не так.