Чтение онлайн

— А теперь пошла вон из моей лавки. Если я или моя женщина еще раз увидим твое светлое лицо в наших владениях, живой ты отсюда не уйдешь.

Иллирия не стала тратить время на гордые прощания. Она запахнула свой испорченный, дымящийся от моей магии плащ и буквально выбежала под дождь, растворившись в серой пелене непогоды.

Дверь с грохотом захлопнулась. Защитные контуры снова замкнулись, отрезая нас от улицы.

Тишина в мастерской казалась оглушительной после стольких угроз и выплесков магии. Я стояла, прижатая к Раэлару, тяжело дыша. Адреналин медленно покидал кровь, оставляя после себя холодное, липкое осознание того, что война действительно началась.

Раэлар молчал. Он медленно провел рукой по моим волосам, зарываясь пальцами на затылке. Его аура была густой и напряженной.

— Они не остановятся, — тихо сказала я, глядя в его потемневшие глаза. — Она сказала, что они не будут использовать ассасинов. Они хотят выжечь весь Нижний Город магией света. Они уничтожат всё.

— Я знаю, — ровно ответил Раэлар. В его голосе не было ни капли страха, только ледяной, математический расчет полководца, готовящегося к битве. — Светлые всегда были трусами. Они предпочитают массовые зачистки прямым дуэлям, но они забывают одну деталь...

Он обхватил мое лицо обеими руками, заставляя смотреть ему прямо в глаза.

— Я больше не один, моя заноза. Они понятия не имеют, на что способна моя тьма, когда она усилена твоим хаосом.

Его большие пальцы мягко погладили мои скулы.

— Нам нужно готовиться, Ева. Этот город не готов к их удару. Нам придется взять всё под свой контроль. Каждую гильдию, каждого наемника, каждый артефакт. Если совет хочет войны — они её получат. Мы заставим их захлебнуться в их собственном свете.

Я посмотрела на древнего принца-изгнанника, который ради меня отказался от всего, и поняла, что готова сжечь этот мир дотла, если это потребуется для нашей защиты.

— Значит, мы строим теневой синдикат, — я растянула губы в хищной, злой ухмылке, чувствуя, как моя мутировавшая магия радостно искрит в ответ на его слова. — Что ж, владыка, давай покажем им, как играют по правилам Нижнего Города.

Раэлар удовлетворенно зарычал, впиваясь в мои губы долгим, яростным поцелуем, который пах грядущей кровью и абсолютной властью.

Атака совета старейшин не сопровождалась громом боевых рогов или маршем закованных в сияющую броню легионов. Высшие эльфы всегда презирали открытую конфронтацию с теми, кого считали грязью. Они ударили подло, бесшумно и наверняка.

Я поняла, что что-то не так, когда воздух в мастерской вдруг приобрел тошнотворно-сладкий привкус ванили и цветущих лилий.

Это случилось ближе к полуночи. Я стояла у наковальни, пытаясь остудить свежевыкованный клинок, но вода в чане вдруг пошла золотистой рябью. Сквозь толстые каменные плиты пола начало пробиваться слабое, пульсирующее свечение. Оно не давало тепла, от него веяло стерильным, неестественным, абсолютным холодом.

А затем с улицы донеслись первые крики.

Они были полны агонии. Я бросилась к окну и распахнула ставни.

Нижний Город корчился в судорогах. Магические лей-линии — невидимые энергетические артерии, пронизывающие землю и питающие трущобы своей сырой, первобытной мощью, — светились пронзительным белым светом. Совет старейшин отравил сам источник. Они влили в подземные каналы концентрированную магию света высшего порядка.

Для обитателей Верхнего Города это было бы равносильно глотку свежего воздуха, но для жителей трущоб, для воров, контрабандистов и теневых магов, чьи ауры поколениями адаптировались к мраку, этот свет был чистейшим, разъедающим ядом.

Я увидела, как старый тролль-мусорщик упал на брусчатку, харкая светящейся золотой пеной. Беспризорники скорчились в подворотнях, их кожа покрывалась волдырями. Город задыхался. Светлые выжигали «опухоль» химиотерапией, уничтожая все живое на своем пути.

И тут свет добрался до меня.

Удар был такой силы, словно мне в грудь с размаху вбили раскаленный железный лом.

Я отшатнулась от окна, судорожно хватая ртом воздух, но вместо кислорода мои легкие наполнялись жидким огнем. Моя аура, еще недавно человеческая и хаотичная, после отката была насквозь пропитана древней тьмой Раэлара. Я была носителем метки истинной пары темного владыки. Для магии света я была врагом номер один.

Я рухнула на колени, из моего горла вырвался булькающий хрип.

Магический диссонанс разрывал меня на части. Свет, проникающий сквозь пол лавки, впивался в мои вены, пытаясь уничтожить, растворить ту тьму, что струилась в моей крови. Я посмотрела на свои руки. Под бледной кожей, словно ядовитые черви, пульсировали золотые вены. На предплечьях начали расползаться сияющие трещины, как на разбитой фарфоровой кукле.

Меня сжигали заживо изнутри.

— Ева!

Пространство лавки треснуло. Раэлар материализовался из теневого портала прямо посреди мастерской. Он только что вернулся с разведки, и его аура полыхала первобытным бешенством.

Он увидел меня, скорчившуюся на полу, и его лицо исказилось от такого нечеловеческого ужаса, что мне стало еще страшнее.

В долю секунды он оказался рядом, падая на колени и подхватывая мое бьющееся в судорогах тело. Его огромные руки обхватили меня, но как только его кожа коснулась моей, раздалось громкое шипение. Золотой свет в моих венах отреагировал на его тьму, обжигая его ладони.

Раэлар даже не поморщился.

— Они отравили лей-линии, — прохрипела я, чувствуя, как изо рта вместе со словами вырывается золотистый дым. Каждое слово было гвоздем, забитым в связки. — Моя кровь... она горит... Раэлар, я не могу дышать...

— Смотри на меня! Ева, смотри на меня! — взревел он. Его фиалковые глаза были расширены, вертикальные зрачки метались по моему лицу.

Он прижал пальцы к метке на моей ключице. Шрам истинной пары полыхал золотом — свет целенаправленно атаковал нашу связь, пытаясь разорвать ее, выжигая мою принадлежность ему.

— Твоя аура разрушается, — голос принца дрогнул, но уже в следующую секунду на смену панике пришла ледяная, свирепая решимость хищника, защищающего свою пару. — Этот свет... это не просто магия. Это ритуальный яд старейшин. Никакие зелья не помогут, он пожирает твою тьму.

— Сделай... что-нибудь... — я выгнулась дугой, закричав от новой вспышки боли. Золотые трещины поползли по моей шее к лицу.

— Я вычищу его, — пророкотал Раэлар, подхватывая меня на руки и рывком поднимаясь на ноги. — Я выжгу этот свет так, что от него не останется даже искры.

Он положил меня прямо на широкий, гладкий алхимический стол из черного камня, одним небрежным взмахом руки смахнув с него все инструменты.

— Что... что ты делаешь? — простонала я, когда его руки начали лихорадочно, но методично срывать с меня одежду. Ткань рвалась с сухим треском.